Калибр Личности 3 (СИ)

Неизвестное место, храм Иссу
Быть целителем — это значит видеть то, чего не способен за собой заметить пациент. Дёргающееся веко, странная походка или запах, который чуют лишь собаки. Мы видим отклонения, которые для человека, эльфа или орка уже стали нормой.
— ЧТО-О-О? — бог-дракон Иссу зарычал так, что у меня кости в теле задрожали. — Как смеешь ты, жалкая букашка, называть меня подделкой? Я бог-дракон… Небесный владыка и защитник мира Солэнберг и ещё двенадцати миров!
— А я целитель, — мой голос спокоен, а взгляд не отрывается от дракона. — Ваша форма тела и черепа искусственно изменены. Вы не оборотень, и это родовой дар полиморфизма. Ровные надбровные дуги, излишне правильная челюсть. Тот, кто изменял вам внешность, стремился к воображаемому им идеалу. Эдакий скульптор кости и плоти. Иссу, которого я видел в прошлом, плевать хотел на собственное несовершенство.
Дракон гневно зарычал, испепеляя меня взглядом.
— Моя память совершенна, жалкое ты создание! — Иссу когтями высек искры из каменного пола. — Я помню всех, кого видел и слышал за последние четыре сотни лет. Вы, зачарователи, народ редкий. Таких, как ты, было всего семнадцать… И только один из них сумел достичь ранга учителя [3]. Я помню его запах, ауру и даже поле ментального напряжения. Ты не он… Вообще ни один из них!
— Дело было в Стене.
— Лжец! — глаза Иссу гневно засверкали. Пространство вокруг нас залило чудовищной силы Жаждой Крови. В строении храма за драконом на пол попадали храмовники. — Какая ещё Стена? У тебя даже метки Первопроходца нет.
Содрав тонкий верхний слой кожи с правого запястья, я показал дракону свои метки. Будь передо мной и впрямь бог-дракон, и он же хранитель 77-го этажа Стены, сразу бы почуял метки. Тот же Библиотекарь увидел их сквозь кожу.
Настоящий Иссу давно бы меня испепелил за грубость и фразу «мы встречались». Бог — это бог. В смысле, реально БОГ. Такая личность не потерпит даже косого взгляда в свою сторону, не говоря уже о сомнениях в его подлинности. А этот боится, что его личность раскрыта, и пытается выудить побольше информации.
Увидев мои метки, лже-Иссу гневно задышал. Двойник понял, что его поймали на горячем. Разлитая в пространстве Жажда Крови усилилась настолько, что теперь была способна убить даже магистра [4]. Несмотря на Власть в семёрку, у меня самого аж скулы сводит от давления.
— Так могу я поговорить с Иссу? — смотря в глаза дракону передо мной, я чуть наклонился и крикнул в сторону храма.
— Склизкий мерзкий урод, живущий в канализации! Джехайра, я знаю, что ты там. Твоя вонь даже сюда доносится.
*Ву-у-у-ум!*
Удушающая аура ментата-архимага [8] разлилась по пространству.
— Наглец! — донёсся полный гнева крик из ближайшего храма.
Жажда Крови снова подскочила. Воздух задрожал, заныли зубы. Давление на сознание увеличилось вдвое. Казалось, я очутился на поле боя двух архимагов, и оба находятся на пике своей силы.
Само поведение Джехайры, как и буравящий взгляд лже-Иссу, сказали о том, что эти двое заодно… Лже-бог с иллитидом… Происходящее всё сильнее походило на кошмарный сон.
Джехайра в уродливом обличии иллитида вышел из храма. С бороды и из щупалец капала слюна. Тварь явно оторвали от обеда. Всех простых людей и храмовников в том помещении давно убило давлением Жажды Крови.
— Такой день испортил! — шагая к нам, Урулоги в гневе сорвал с себя дорогой фрак, фонящий артефактами. — Я собирался дать тебе сутки на прощание с близкими и лишь потом пригласить на ужин. Надеюсь, ты хорошо рассолом пропитался.
Джехайра стёр со щупалец выступившую слюну. Его при этом трясло от гнева.
— Твоих друзей, уру-ру-ру, — тварь захохотала, — наставников, твоего слугу… Альфи, кажется⁈ Не переживай. Я всех их приглашу на ужин в честь перехода на ранг ишвар [9].
Чем дольше Урулоги говорил, тем спокойнее у меня становилось на душе. Одно я знаю точно: Иссу жив, иначе в мире Солэнберг не было бы Стены Древних. Однако вместо Иссу кто-то другой проводит турниры Сотни Талантов. Как так?
  
Лже-Иссу передо мной, скорее всего, ишвар [9]. То есть апостол [9] — название ранга так и переводится.
Жажда Крови сгустилась и стала практически материальной. Меня колотит, сердце в груди бешено стучит, ладони вспотели за мгновение. Чувствую себя смертником, идущим на эшафот. Палачи уже на месте.
— У меня всего один вопрос, — мой голос обманчиво спокоен. Взгляд устремился к лже-Иссу, уже собравшемуся меня убить. — Мы сейчас в мире Солэнберг?
— И да, и нет, — Джехайра ответил первым, взглядом уже разделывая меня на части. — Это место, домен силы полубога [10]. Личные владения Иссу, связанные со всеми тринадцатью мирами… Хех… Опять я с едой начинаю говорить…
Иллитид довольно хохотнул.
— Придёт время, и я избавлюсь от этой дурной привычки.
Прикрыв глаза, я сделал глубокий вдох.
— Древние мне в свидетели, я не хотел этого делать. КАМЕНЬ! — мой усиленный Властью голос эхом разносится по округе. — Моя просьба такова. Убей всех, кто сейчас находится в этом домене силы, кроме меня и самого Иссу.
Джехайра сначала потрясённо замер, а потом противно захохотал.
— Уру-ру-ру! Удивил, букашка. Где ты, и где Древнее Божество? Ты ведь к нему обратился? Я думал, ты достанешь абсолют-оружие из личного хранилища…
— Заткнись, — лже-Иссу надавил своей аурой на иллитида и на меня. — Здесь не работают никакие формы пространственных хранилищ! Я всё заблокировал ещё сто тридцать лет назад.
Джехайра гневно глянул на меня.
— Тогда…
Сила… Невообразимая, всеподавляющая и всеобъемлющая, вломилась в домен Иссу. Без ауры, без следов эссенции или энергии веры… Она пришла в движение, будто всегда тут находилась.
Вмиг посерел весь воздух. Казалось, сам свет в нём обратился в камень. Разлитая в пространстве святая сила песком осыпалась на землю. С маской ужаса на лице Джехайра Урулоги обратился в статую. Даже капающая с его щупалец капелька слюны, и та застыла в воздухе… Окаменевшем воздухе.
Лже-Иссу успев полыхнуть аурой святой силы, тоже обратившись в статую. Теперь я отчётливо чувствовал его реальный ранг ишвар [9]. Причём со стихией Пустоты, а не света, как у настоящего бога-дракона.
Волна силы Камня прошла сквозь домен Иссу вообще без намёка на применение плетения. Камень — это одновременно и стихия, и катастрофа, столь же естественная, как солнечное затмение или ураган.
Волна силы Камня исчезла так же быстро, как и появилось. Десять секунд я не мог ни дышать, ни шевелиться. Воздух обратился в твёрдый камень, как бы странно это ни звучало. На одиннадцатой секунде сила Камня вдруг исчезла…
*Ы-ы-ы-х*
Я сипло задышал, чувствуя, как в груди гулко бьётся сердце. Стоило мне прикоснуться к воздуху, как он начинал крошиться, словно невидимый песок. Возможно, так проявляется влияние Камня на верхние слои астрала в материальном мире.
Джехайра, лже-Иссу… Оба встретили свою кончину. От каменных статуй я смутно улавливал лишь запечатанные источники маны, но никак не жизнь. Одежда и артефакты частично уцелели. Батя Валеры обратил в камень всю живую органику.
Обойдя статуи двух могущественных адептов, я добрался до ближайшего храма. Тут находилось что-то вроде прихожей домена Иссу. Шкафы с вещами, папки с документами, гостевая кухня. Беглый осмотр показал, что погибли все находящиеся тут храмовники и обслуга. Не всех из них настигла сила Камня. В углу гурьбой валялись свеженькие трупы. Урулоги сожрал троих эльфов, прежде чем я его отвлёк. Судя по количеству кастрюль и поваров, здесь готовились к праздничному ужину. Видимо, Джехайра и впрямь собирался прорваться в ряды ишвар [9].
Шкафы с документами, полки с зельями и артефактами — вокруг было много интересного, но я пришёл сюда за Иссу. Мне всё ещё страсть как сильно нужен союзник-полубог [10] для войны с Олимпом. Ради этого я, вообще-то, и пришёл на турнир Иссу.
Опасаясь того, что в любой момент в домен бога-дракона могут нагрянуть ещё враги, я бегал туда-сюда под «Ускорением». Нет времени изучать документы и грабить сокровищницу полубога [10]. Кто знает, может, потом мне за это снова попытаются голову открутить.