Зараза. Трилогия (СИ)

Лесли еще раз довольно пристально на меня посмотрел, но дал себя увести. И мне даже показалось, что припустил первее коллеги, таща его за собой. А я так и стоял в проеме распахнутой двери, заглянул внутрь, развернулся и пошел за футбольными фанатами.
Далеко за угол они не ушли, метров десять. И к моему счастью, здесь камер я не видел. Лесли что-то нервно шептал напарнику, я уловил слова: чужой, охрана, надо предупредить.
Договорить я ему не дал, метнул нож между лопаток и наставил пистолет на ничего не понимающего коллегу. Стрелять стремно, какой бы бесшумный пистолет не был, но в туннеле все равно будет палевно. Но мужик этого не знал, бросился сначала поднимать осевшего, но еще живого Лесли, а потом вскинул руки и, глядя на меня начал заикаться и просить не стрелять.
— Тихо, тихо, не глупи и все с тобой будет хорошо, — я сорвал с шеи Лесли его пропуск на ленточке, — Кто там сегодня играет?
— Я, я, я..не понимаю, — мужика трясло, а мне бы хотелось с ним поговорить.
— Ну, футбол. Что вы там смотреть собираетесь?
— Манчестер Юнайтед против Ливерпуля, в девяносто четвертом они…
— Стой, потом расскажешь, — я посмотрел на Лесли, похоже не выживет, отрубился уже, — В здании есть тюрьма?
— Тюрьма? — он переспросил, будто плохо расслышал из-за акцента, я кивнул, — Зачем тюрьма, мы же не полиция, мы ученые.
— Может место, где пленных держат? Или тех, кто провинился как-то? Зачет не сдал или докторскую не защитил?
Ладно, не надо так. Он и так меня с трудом понимает, повторил, но уже просто — место, где могут быть пленные. Он не знал.
— Может места, куда никого не пускают?
— В арсенал не пускают, в личные апартаменты и офис главы службы безопасности не пускают, — он начал перечислять, поглядывая то на Лесли, то на пистолет в моей руке, — Не убивайте, у меня семья.
— У всех семья, но не все тут опыты ставят. Думай! Место. Не личные апартаменты, а что-то общее, но с усиленной охраной или под замком.
— Лабораторный корпус — оранжевая зона. Точно. Это третий уровень, мы туда не ходим, он закрыт уже месяц, но там точно что-то есть.
— Пропуск этот, — я взмахнул карточкой, — подойдет?
— Нет, у нас только синяя и зеленая зона. Не убивайте…
— Как туда пройти?
— Так по стрелкам же…
Я посмотрел на стену, там действительно тянулись разноцветные линии: синяя, зеленая, фиолетовая и оранжевая. Ладно, с навигацией сам разберусь, а вот ключ надо где-то искать.
За углом послышался скрип двери, женские голоса и шаги.
— Слышь, Манчестер, поднимай своего Ливерпульца, — я жестом показал на Лесли, — И шустрее. Рыпнешься, завалю.
Он под одну руку, я под другую, мы подняли Лесли и будто пьяного потащили по коридору в сторону парковки с грузовиками. Как назло, ни поворота, ни ниши какой, ни подсобки, а палиться еще рано. Я торопил, а силенок у ученого оказалось маловато. Пришлось пару раз в бок глушителем пихнуть, чтобы придать скорости.
Но успели, свернули к пандусу и выбрались на парковку ровно в тот момент, когда за спиной из-за поворота вышли люди.
Я затолкал обоих за грузовик, придушил и выключил, начавшего поскуливать ученого и сам притих за колесом. Мимо (на выход) прошли три женщины, споря и удивляясь, почему они никого не догнали. Но шариться не стали, забрали какие-то вещи из шкафчиков и вышли через служебную дверь на улицу.
Я поискал Али, но нашел только пыль от травок, пятна крови, да пустую упаковку от бинта. Потом залез в грузовик и запер обоих ученых в пустой клетке. Лесли все, футбол ему больше не смотреть, а коллегу пришлось привязать к прутьям и кляп добавить. Как очнется, пусть тихонько тут посидит еще.
Вернулся к двери и, воспользовавшись, карточкой Лесли, прошел в новый коридор, но уже с дверьми в кабинеты. Цветные стрелки-указатели, наконец, разошлись. Зеленая линия распалась на множество мелких, упиравшихся в кабинеты, а остальные побежали дальше. Фиолетовая куда-то вбок на одном из ответвлений, а синяя с оранжевой вели к лестнице и грузовому лифту.
 
Я заглянул в пару кабинетов, которые оказались обычными офисами. Белые халаты на крючках, компьютеры, документы, но никакой медицины или монстров в разрезе, как бывает изображают кошек в кабинетах ветеринаров. Работяги здесь, похоже, сверхурочно не работают, хотя за несколькими дверями кто-то стучал по клавиатуре.
Беспокоить я не стал, спустился по лестнице и попал в похожее помещение, только стен было поменьше. Оранжевая линия уходила ниже и проникала за массивную стальную дверь, а синяя разбегалась по этажу.
Большая часть кабинетов легко проглядывалась через высокие окна-витрины. И вот тут уже шла движуха. Если и бывает рай для патологоанатомов и директора Кунсткамеры, то я его нашел.
Я прильнул у одному стеклу, свет приглушен, людей внутри нет, но все остальное как на ладони: хирургические столы со вскрытыми шаркунами, на полках банки с забальзамированными запчастями монстров, столы с пробирками и микроскопами, рентгеновские снимки на стенах. А вдобавок еще почти перед каждой дверью стояло по клетке с рычащими новыми экспонатами.
Я прошел мимо нескольких витрин, за которым трудились люди в таких же комбинезонах, как и у меня, только в шлемах и с перчатками по локоть. Остановился у небольшого кабинета без клетки у входа. Разглядел внутри женщину, которая сидела с длинной пипеткой, и то капала что-то в пробирки, то другой рукой строчила по клавиатуре на ноутбуке. Я уже собирался идти дальше, но она подняла голову и даже через шлем и маску, я все равно ее узнал.
  
Глава 27
 
Астрид Лингмар. Та самая снежная королева с чудными шрамиками на щеке, с которой я не успел поговорить в отеле. Подняла глаза, скользнула по мне своим фирменным взглядом, не узнала и продолжила работать.
— Астрид, — я довольно громко произнес ее имя, но сразу же понял, что шансов услышать меня через стекло, да еще в маске, не было никаких.
Постучал костяшками пальцев в окно, но также без внимания. Судя, по тому как, увлеченная процессом, Астрид двигала головой, работала она в наушниках. Я проверил карточку Лесли на замке, и с тихим щелчком раздвижная дверь открылась.
Я быстро преодолел расстояние до ее стола. Она среагировала не сразу, но потом скинулась и потянулась к стационарному телефону на столе. Одновременно сдернула маску и попыталась закричать.
Я успел. Перехватил руку, скрутил ее в охапку, прижав к себе, и второй рукой закрыл ей рот. Астрид зубами впилась в мои пальцы, прокусывая перчатку. Скорее от неожиданности, а не от боли (хотя цапнула она сильно), выпустил ее, оттолкнул и направил на нее пистолет.
— Стой, стой, стой! — покусанной рукой стянул капюшон и маску с очками и, наконец, смог нормально говорить, — Астрид, это Андрей!
Она не среагировала. Взъерошенная, как бешеная, плевалась, чуть ли не пытаясь язык себе вырвать и подвывала. Будто укусила шаркуна и пытается теперь паразита из себя вывести.
— Астрид, успокойся, — я пощелкал пальцами у нее перед глазами, фокусируя и переводя ее взгляд из стороны в сторону, — Астрид, ну вот, я нарушил твой совет.
— Андре? — девушка перестала плеваться и прищурила глаза, косясь на меня и пистолет, но узнала и вспомнила, пусть и коверкая мое имя на французский манер. — Какой совет?
— Ни с кем не целоваться и не давать себя кусать. Ты не заразна? — я помахал прокушенной перчаткой, дождался, пока она покачает головой, и развернул «ПБ» стволом в потолок, показывая, что стрелять не собираюсь, — Я сейчас это уберу, но ты только не кричи, окей?