Зараза. Трилогия (СИ)

От нашей драки остались только новые проплешины на газоне, да разбросанные запчасти костюма. Которые сейчас собирал незнакомый мне техник. Он посмотрел на меня и вопросительно развел руки, тряхнув головой.
Склад на острове изначально не подразумевался, поэтому под него переоборудовали бассейн. Слили воду и все заставили ящиками, оставив только три узких прохода. Мирный где‑то подхватил три здоровых сумки, расстегнул молнии и оставил на бортике бассейна. И не дожидаясь меня, спрыгнул вниз и начал таскать спаренные барабанные магазины к своему пулемету. Ну, да – он большой, я даже сейчас с такой дурой особо не набегаюсь.
Логике в расстановке ящиков не было никакой. В первом лежали кевларовых шлемы, потом автоматы М4, за ними разгрузки, потом опять автоматы, на этот раз «Калашниковы». Что‑то новое, что‑то уже юзанное – ощущение праздничного шоппинга, конечно, захлестнуло меня еще, как только я в здание зашел, вот только это больше напоминало магазин секонд хэнд, где чтобы найти что‑то стоящее, надо тонну барахла перекопать.
Но халява – все‑таки волшебна, и посильнее магии камаджоров будет. Я сделал несколько ходок. Сначала закинул в сумку тактический рюкзак, разгрузку, подсумки, ремни, аптечку и обулся в новые «коркораны», потом притащил связку гранат, сверху положил несколько мощных фонарей с запасными аккумуляторами. Потом долго выбирал между скорострельностью и бесшумностью, и сделал ставку на компактность, взяв сразу два восемнадцатых глока с увеличенными магазинами на тридцать три патрона. Тысяча двести выстрелов в минуту, и пусть эффективная дальность очередями всего около десяти метров, но мне больше и не надо – если прижмут в пещере или толпой шаркуны налетят, то самое то.
С автоматом пришлось повозиться. Сперва сделал ставку на пиндосовскую «эмку» с глушителем и фонарем. Но потом отнес ее обратно, когда вскрыл одиноко стоявший в уголке ящик.
– То, что доктор прописал! – я даже руки потер от нетерпения.
Вскрыл ящик и взял в руки отечественный АШ‑12, он же ШАК‑12, он же крупнокалиберный штурмовой автоматный комплекс. Не «нитро‑экспресс» конечно, слона на скаку не остановит, а автомобиль может. Тяжелые бронежилеты шьет, что же говорить про «опарышей» и «циркулей» – да они у меня свистеть на сквозняке будут. Автомат особым дизайном не отличался, грубый и прямой, как шпала, но я опять же не прибором хвастаться перед Шекхед собираюсь. В руки лег комфортно, я хоть и не фанат системы булл‑пап, но приноровился быстро.
С удвоенной силой я стал копаться в ящиках в поисках магазинов и патронов. А потом еще разгрузку пришлось поменять, чтобы разместить и магазины для «Шака» и для «Глока», плюс гранаты и фонари.
– Парни, я все, – я приподнял сумку, переживая выдержат ли ручки, – Еще нужна взрывчатка и побольше. Ну, может, еще огнемет пригодится, если есть?
– Этого нет, а про взрывчатку в курсе. Ваш дедуля с утра уже всем мозги проел, – ко мне подошел Мирный, заглядывая в сумку и оценивая выбранный арсенал. – Здесь такого нет, но Гринч – это сапер «глобалов», сказал, что сделает все, как надо. Только у шахтеров со склада нужно кое‑что забрать.
– Далеко?
– Не очень, но утром уже, пока давай со стволами разберемся. Проверим все, подготовим. Я гляжу на твой выбор и понимаю, что их нелегкая работка ждет, – Мирный кивнул на амазонок. – А подружкам твоим что‑то надо из оружия?
– Да, вроде нет, – я посмотрел на торчащую из‑за плеча Фламинго рукоятку меча, который выковал Саед, – Это же макуто, они сами оружие.
***
– Я думал, будет сложнее, – задумчиво произнес Мирный и запульнул пустую консервную банку в дальний угол склада.
– Может, все‑таки они дождя боятся? – спросил Саня, водя стволом автомата по сторонам.
– Тогда они бы на складе как раз и прятались, – Мирный включил фонарик и стал шуровать лучом в темном проходе, пытаясь рассмотреть, нет ли кого за столбами, – Не расслабляемся. Гринч дал четкие инструкции забрать столько октогена из сейфа со склада горняков, сколько унести сможем. Так давайте это сделаем!
 
– Ты в нем уверен?
– В Гринче – да, в октогене не очень, но это лучшее, что здесь есть. Ну, ни нитромочевины, ни «эсэл двадцать» у нас нет, да и к лучшему. Гидрозин бы еще зашел с его токсичностью для всего живого, но тоже ну его нафиг, – Мирный раскрыл кулак, изображая взрыв и добавив спецэффект, сухо причмокнув губами, – Ты не ссы, сапер свое дело знает, обещал подготовить такой подарочек, который ваша Шахерезада на всю свою паразитскую жизнь запомнит.
– Успокоил, блин, – я подтянул ремень разгрузки, чтобы ничего не болталось. – Ладно. Бамоса ждем и заходим.
Солнце, едва проглядывающее сквозь облака, было в зените, так что распахнутые ворота склада стояли ровно на границе света. Мы шагнули на темную сторону и ждали, пока привыкнут глаза. Совсем темно не было, но из‑за скопления широких стеллажей больше половины ангара оставались для нас темными пятнами. И особенно перекрытия под потолком.
Я был налегке – в руках «шмайсер», на бедре «глок» в кобуре. С одной стороны Саня с амазонками, с другой – Мирный с пулеметом. Вадик чуть поодаль в «пиранье», а Бамос с Валькой, которых мы высадили чуть раньше, сейчас занимали позиции на пожарных вышках, раскиданных по территории складского комплекса.
Напрягало, что вокруг нет мертвяков. И по городу пока ехали, в лучшем случае парочку шаркунов спугнули, а когда к складам подкатили, так вообще даже следов не нашли. Будто действительно их дождь растворил, как сахарных.
– Ну, по крайней мере, тело охранника на месте, – Мирный высветил разложившееся тело метрах в двадцати от прохода, – Это мы в прошлый раз чистили тут, троих ходячих сторожей завалили и у одного помню, связка ключей была.
– А взрывчатку‑то чего не взяли?
– У нас продуктовый рейд был, да и как‑то не к месту было, – Мирный перехватил пулемет, используя сошки, как ручку, – Все, выдвигаемся. Следите за секторами.
Мы с Мирным практически одновременно вошли внутрь. Здоровенный ангар, раза в полтора больше, чем у Грека, но практически пустой. Повсюду пустые стеллажи, только на нескольких верхних полках осталось несколько ящиков. В самом конце дополнительный забор из сетки с красно‑желтым знаком: DANGER. Explosion risk и навесным замком на двери. За забором еще один стеллаж с черными контейнерами с еще большим количеством наклеек и маркировок, предупреждающих об опасности взрыва.
Амазонки остались караулить вход, а мы втроем, сосредоточившись по проходам между стеллажами, двинулись внутрь. Я спрятал «шмайсер» за спину и достал фонарь с «глоком». Шел медленно, стараясь высветить каждый угол и каждую полку, параллельно прислушиваясь к чутью. Но то ли отсюда все ушли, то ли алмаз на шее мешал поймать нужную волну. Что‑то елозило на уровне взрывоопасного риска, но ухватить это чувство я не мог. Может и правда близость с алмазом сбивала настройки.
– Ключи у меня, – зажимая нос, прогундосил Мирный, – Какие же они все‑таки вонючие. Обглодали, как шакалы, а от трухи все равно блевать тянет.
– Тихо, – шикнул Саня, – Слышите?
Все замерли прислушиваясь. Сначала звякнула связка ключей, которую Мирный вытер о штанину и спрятал в карман. Потом Саня щелкнул затвором автомата. И только потом пошли звуки не от нас – стук прогибаемого металла, будто по крыше кто‑то крадется. Что‑то заскрежетало в дальнем углу над стеллажами, потом совсем рядом, а перед нами заблестела пыль, посыпавшаяся сверху.
– Бамос, Валька, прием? Вы там все уснули что ли? На крыше есть кто‑нибудь?
– Бдим во все глаза, как новогоднее поздравление президента по телику. У меня чисто.