Зараза. Трилогия (СИ)

Восемь пуль в магазине — как же мне этого было мало, но тварь заверещала и, обдав меня гнилыми слюнями, свалилась с лестницы, исчезнув из луча света. Оглушенный выстрелам я не только не слышал ее, но и не видел. Быстро перезарядил магазин и, подложив руку с фонариком под рукоять пистолета, медленно пошел по вниз. Надо добить, не ради научного интереса и не в угоду фильмам ужасов, просто не хочу оставлять подранка за спиной, когда буду одной рукой карабкаться по скобам. 
Нашел пятна черной и густой, будто машинное масло, крови, чуть не поскользнулся на гильзе, потом еще кровь и несколько сломанных костей на краю гнезда — место падения монстра. И все — ни тела, ни кровавого следа, уводящего в одну из труб — будто тут никого и не было. 
Тварь прыгнула сверху, полоснув когтями по воротнику бронежилета и отбросив меня в кучу листьев. Фонарик отлетел в мусорную гору, оставив совсем крошечное светлое пятно, через которое снова метнулась тень. 
В этот раз я успел среагировать, откатился к стене, и пока тварь меняла траекторию, нырнул в одну из труб и молясь, чтобы сзади к монстру не пришла подмога, спиной заполз вглубь и выгнулся, прикрыв яйца пистолетом в крепко сжатых, но дрожащих руках. 
А когда тварь темным силуэтом высунула морду в проем и стала шарить лапой, пытаясь меня достать, разрядил второй магазин ей прямо в лоб. На самом деле последние четыре пули я влупил уже в мертвую скотину и это был не контрольный выстрел для надежности, это была месть за тот ужас, что я пережил. 
Бывали случаи, когда прижимало на службе так, что уже с жизнью прощался, оценивая ситуацию. Но этот страх — что-то от первобытного, ядреная смесь ужаса, адреналина и жажды жизни. А еще какой-то межвидовой обиды, я же человек, высшая ступень эволюции, а ты вообще не должен существовать в природе. Не бывает таких, меня так в школе учили.
Еще вроде учили, что хищник в логове один, остальные боятся, так что я дал себе пару минут успокоиться, дождался пока перестанут трястись руки и перезарядил все магазины. Выберусь отсюда, надо будет ствол помощнее достать и с магазином побольше, но ТТ не выкину. Приберегу на удачу, пусть останавливающее действие у него спорное, зато проникающее отработало на ура.
Выбрался из трубы, когда понял, что уже просто нечем дышать: ручеек помоев, холодивший спину, едва ли уступал в вони трупу, перекрывшему выход. Пришлось, делая паузы на головокружение, активно работать ногами, чтобы вытолкнуть тушу монстра. Ботинок противно чавкал, с каждым ударом погружаясь в пробитое пулями месиво. Так что когда я, наконец, вылез, подобрал фонарик и попытался подробней рассмотреть, что же это за тварь, то еле сдержал тошноту. 
Бугристая лысина плавно переходила в канаты мышц по всему телу. Но все же это был человек, и похоже из местных. На спине прилипли замызганные до неузнаваемости остатки обычной майки-алкоголички, а на ногах такие же грязные шорты. Ни шерсти, ни каких-либо наростов или язв на черной коже не было, сплошные мышци, как у спортсмена на сушке. С пропорциями тела было что-то не так, когтистые руки казались длиннее или ноги короче, но явно именно это строение и помогало ему скакать на четвереньках. 
Когда я уже был у крышки люка и пытался поднять его здоровым плечом, помещение опять наполнилось звуками. Шаги, только медленные, и много: шарк-шарк, шарк-шарк и громкое дыхание, слившееся в один общий хрип, а потом и жадное чавканье. Эти вроде медленные, да заняты тварью, но общаться с ними я не стал и, поднатужившись, сдвинул крышку люка. 
Чуть не кончил от свежего прохладного воздуха. И минуту не двигался, наслаждаясь, а заодно и слушая, нет ли кого рядом.
Убедившись, что путь свободен, по крайней мере в зоне видимости, наконец, выбрался наружу. Обычная узкая улочка, так что два автомобиля одновременно не проедут, с невысокими (не более трех этажей) жилыми домами. 
В рассветной дымке здания выглядели пустыми, заколоченные двери и решетки на окнах первого этажа. В паре окон наверху заметил движение, занавески всколыхнулись, силуэт мелькнул. Но никакой агрессии не было, обычные похоже люди, которые боялись меня больше, чем я их.
 
Короткими перебежками, от угла до угла двинулся вперед, каждый раз замирая и изучая обстановку. 
В паре домов от перекрестка остановился совсем надолго, просто сполз по стене и не смог встать. Плечо уже не ныло, а пульсировало и вопило, будто утыканное раскаленными иглами, и мешало просто закрыть глаза и уснуть. Но в вязкое состояние полудремы я все же вошел, выключился буквально на секунду, так бывает, когда долго едешь за рулем, а тебя рубит. Ты держишься, держишься, а потом оказывается, что все твои потуги - это уже сон, и выныриваешь в страхе. 
Вот и сейчас меня повело, привиделось, что сестра шепчет на ухо: «закрой глаза, отдохни». Только вот шепот был какой-то странный, глухой и далекий. 
Вынырнул я от удара. Что-то мягкое прилетело по голове. Я вздрогнул и увидел перед собой детский мячик. Обычный резиновый мячик в красно-зеленую полоску отскочил от меня и катился по улице. Я посмотрел наверх и увидел пацана лет семи в открытом окне второго этажа, который строил мне рожи и махал рукой куда-то в сторону. В ту самую откуда слышался шепот.
Я повернул голову и увидел мертвяка шаркающего всего метрах в десяти по улице. Он то дергался, то зависал, шипел и что-то бормотал так, что это действительно было похоже на шепот. Меня он пока не видел, но еще несколько шагов и скорее всего учует. 
Пистолет ощущался как минимум с пудовую гирю, даже поднять сначала не смог, только на ногу положил. И только уже двумя, пусть и дрожащими руками, приподнял и попробовал прицелиться. 
За спиной над крышами выглянули первые лучи солнца и осветили мне мишень в полной, хоть и жуткой, красе. Но зомби это не понравилось. Он встрепенулся и зарычал, оскалился на встречу солнечным лучам, но тут же отвернулся и сменил траекторию движения подальше от меня.
Ага, сука темная, не нравится? Я выдохнул и сделал себе заметку — не вампиры, конечно, в труху не рассыпаются, но солнце явно не любят. Я без сил уронил пистолет обратно на ногу и посмотрел вверх, чтобы отблагодарить пацаненка. Улыбнулся ему, а потом, когда в окне мелькнуло перепуганное женское лицо и донесся звук подзатыльника, уже себе, вспоминая строгую маму в моменты моего дебоширства. 
Согревающий солнечный свет, вода и энергетический батончик из запасов Лехи слегка меня взбодрили. Я поднялся, размялся, разгоняя кровь и стряхивая усталость, и двинулся дальше. Где-то вдалеке послышался шум автомобиля, затем пронеслось пара мопедов, мелькнули пара бегущих человек на соседней улице — город, похоже, просыпался. Это радовало, значит не все тут повымерли всего за пару ночей.
Экономя силы, я перестал совсем уж шкериться и красться, но и на просматриваемые издалека места не выходил. За перекрестком разглядел торговый центр, причем обжитой по нынешним реалиям. Баррикады из металлического мусора по периметру, в ход там пошли жестяные куски крыш и заборов, какие-то самодельные ежи, сваренные из ржавых труб и обрезков арматуры, на некоторых из которых трепыхались насаженные мертвяки. Витрины первого этажа были забиты досками и усилены стальными листами с разными пацифистскими надписями типа SOS, «здесь живые», «помогите» на английском языке и еще какие-то каракули на местном.
На крыше виднелась огневая точка с группой уставших и напуганных африканцев. В другой ситуации я бы улыбнулся — худые чумазые аборигены все, как на подбор нарядились в модные бренды. Точнее паленые «Дольче габанны», «Армани», «Хьюго босс». Даже слепой бы заметил огромные логотипы, половина которых была написана с ошибками. Но улыбаться не хотелось. 
«Модные» парни не улыбались, а наоборот, стали верещать, суетиться и криво целиться в меня из «калашей», выглядящих в их тощих руках совершенно нелепо, как и явно великие им на пару размеров футболки и кофты. 
Оружия у меня на виду не было, я улыбался, пытался изобразить жестами, что дружелюбен, тыкал пальцем в надпись PRESS на бронике, просто поднял руки, но «модные» всполошились, как стая ворон, а один, самый шустрый даже выстрелил, всадив пулю в асфальт сантиметров в десяти от моего ботинка. Сам не поверил, что так метко меня припугнул, что начал трясти автоматом и радостно прыгать перед остальными. Быстро сориентировался гад, наверняка завалить меня хотел, но промазал. Я сделал шаг назад, сложив руки домиком, еще раз показывая, что намерения мои мирные.