Зараза. Трилогия (СИ)

Я всегда думал, что шахта или рудник – это прямая линия, как червячок идет вперед, копает тоннель перед собой, опускаясь все глубже и глубже. Но здесь оказался целый лабиринт с перекрестками, брошенной в тупиках техникой, завалами камней, залами с толстенными столбами, да еще и с несколькими уровнями – мы нашли лифтовую площадку, но та, к сожалению, уходила только вниз.
За спиной неумолимо пыхтел «опарыш», а спереди повсюду слонялись шаркуны – то один, то парочка, то опять сразу целая толпа. Сначала мы их не трогали, проносясь мимо на максимально возможной скорости. Но потом, стали убивать одиночек, просто чтобы оставить след, что мы здесь уже были, и проверить идею, что мы ездим кругами.
– И сколько мы здесь будем вертеться? – я чуть снизил скорость, чтобы не пропустить какое‑нибудь ответвление. – Вы же колдуны, включите уже какую‑нибудь свою магию?
– Ты, ты, ты… – чуть не задыхаясь, начал заикаться Али.
– Андрей, если кто сейчас и может услышать зов, так это ты, – Дедушка Лу положил руку на плечо Али, – Мы свой зов давно заглушили.
– В смысле? Вы что ли были заражены?
– Каждого охотника еще с детства заражают, учат бороться. Налево сейчас давай попробуем, – Дедушка Лу махнул рукой, – А что ты думал, мы вживляем под кожу вместе с татуировкой?
– Стоп, стоп, стоп, – я даже притормозил и непроизвольно начал чесать узоры на правой руке, – То есть у вас давным‑давно есть образцы вируса? И всего этого можно было избежать, просто поделившись знаниями с учеными?
– Все не так. Ты бы поехал, а то сзади догоняет кто‑то, – вздохнул Дедушка Лу. – Все, что у нас есть – это прах наших предков. Тех, кто по легендам, пал на поле боя со злом.
– Вот вы дебилы…
– То, что вы считаете странным, не всегда странно у нас на континенте, – Лу не стал обострять, реагируя на мое оскорбление, – Есть племя, которое детей мухами цеце жалит, чтобы с возрастом иммунитет выработался. Для наших племен это нормальная практика.
– Да и они дебилы! Там же, небось, выживаемость от таких экспериментов минимальная… Вы мне что прах какой‑то мумии под кожу набили?
– Дедушка Лу, можно я его ударю? – взмолился Али.
– Андрей, не о том ты думаешь, – Дедушка Лу покачал головой, – Думай о зове. Слушай.
Я махнул рукой. Переключил передачу и резко сдал назад, задавив трех шаркунов, догнавших «дефендер». Проехался по ним вперед и назад, выплескивая приступ злости и успокаиваясь.
Окей! Слушать, значит слушать. Еще бы знать, как? Прием? Прием!
Что‑то как‑то ничего. Ни призывов убивать, ни жажды, ни голода. Али что‑то бурчит про своего прадеда, великого воина. Дедушка Лу скрипит тряпочкой, протирая очки. Машина урчит, скрипит и хлюпает резиной по размокшему бездорожью.
Я заглушил мотор, остановившись на перекрестке. Выключил фары и мигалку, попросил всех замолчать и откинулся на спинку сиденья. Закрыл глаза и меня сразу же потянуло в сон.
М‑да, так тоже не пойдет.
Встряхнулся, сосредоточился, оттопырил пальцами ухо и стал крутить головой, как локатором. Послышался шелест, я даже подумал, что приближается шаркун и включил фары. Но поблизости никого не было.
Выключил и прислушался снова. Сосредоточился. И практически сразу что‑то начал слышать. Где‑то далеко на границе слуха. Будто не в кабине разбитого внедорожника под землей сижу, а в кабинете на приеме у лора. Когда он проверяет твой слух и шепотом, стараясь делать все максимально тихо, называет какие‑то цифры. Вот только мой лор был каким‑то кровожадным. «Гоооолооод…», «Смееееерть»... 
Не хочу думать, что это было. Последствия укуса, прах дедушки Али под моей кожей, покрывшейся мурашками, или обычное шестое чувство. Все это сформировало чувство опасности, которое исходило спереди, сзади, слева и снизу. Причем снизу помимо волны неконтролируемой ярости, уже слышался и треск ломаемых камней.
Я щелкнул коробкой передач и втопил педаль газа, выкручивая руль в правый тоннель. Чувствовал, как с облегчением, вздохнули камаджоры. Видел, как вздыбилась земля ровно на том месте, где мы только что стояли. Слышал топот ног, несущихся теперь уже с левой стороны. Но все это было в каком‑то тумане – главным ориентиром, наоборот, стало чувство безопасности.
 
Я ехал и, ускоряясь, поворачивал в ту сторону, откуда не слышал ничего. Белый шум, вакуум, абсолютная глухота – можно было как угодно это назвать, главное – там молчала тревога.
Наконец, фары высветили тот самый обвал, через который мы сюда попали. И если тогда это была горка, то сейчас получался настоящий трамплин.
– Не, не, не, не пройдем, – крикнул Али.
– Сам знаю, – я только крепче вжался в руль, сморщил лоб, в надежде, что это усилит внутренний локатор и склонил голову, – Это где‑то рядом…
– Ты только не тормози, нас что‑то быстрое догоняет, – закричал Дедушка Лу, а следом послышался выстрел.
Первый раз, кажется, я видел, чтобы Лу взялся за огнестрел. И точно, то что его напугало, не даст нам возможности покинуть машину и попробовать пешком взобраться по обвалу. То, что машина не пройдет, я понимал даже в своей полутуманной реальности. Похоже, так себе суперсила, чувствовать зов и опасность, исходящую от мутантов. Обычный бетон внавалку с камнями просто на нет сводит все откровения подсознания.
Но зачем‑то же я сюда рвусь? Вот оно! Ответвление, где мы заметили первую толпу шаркунов, сейчас не только было практически свободно, но и свет мерещился где‑то вдалеке.
Колеса налетели на первые трупы, раздавленные после столкновения с опарышем, машину стало шатать. А когда джип забуксовал (даже не хочу представлять на чем именно), мы с Али начали орать, в легкую перекрикивая рев двигателя.
– Давай, давай, давай, родная! – я уже, как Али, на нервах стал проговаривать все по три раза, – тащи, тащи, тащи нас, девочка!
Уж не знаю, почему я решил, что «дефендер» девочка, но она будто услышала. О да, детка! Это полный привод! Машину повело из стороны в сторону, с хрустом из‑под правого колеса полетели короткие острые кости, и мы, наконец, вырвались. В забрызганном мясными ошметками боковом зеркале мелькнула пузатая туша какого‑то, видать, начальника с раздробленными ребрами, над которым пронеслось две тени. Раздался новый выстрел от Дедушки Лу и одна из теней сбилась и налетела на каменный выступ на стене.
При виде светлого пятна впереди, «дефендер» будто почувствовал наше настроение. Попал в колею, взревел, и как бронепоезд помчал вперед!
***
– Нам нужно искать другую машину? – спросил Али, когда мы подкатили к заброшенной заправке.
– Уронили мишку на пол, оторвали мишке лапу, – я осклабился на камаджора, – Все равно его не брошу, потому что он хороший…
– Космос, ты в порядке? Или головой ударился?
– Али, не обращай внимания, – Дедушка Лу, убедившись, что на заправке нет зомби, выбрался из кузова, – Это у русских фольклор такой или он духов машины задабривает. У них с машинами тоже бывают духовные отношения.
– Ну, конечно, – я выбрался из машины и погладил капот, – Это ваши предки нас вытащили. Табун призрачных лошадей, видать, под капотом тут старался, а не полный привод.
Я обошел «дефендер», стараясь оценить степень повреждений и понять, нужна ли нам и правда новая машина.
Кузов пострадал. Дыра в крыше, будто нас ковшом бульдозера цапнули. Все бока ободраны, на капоте вмятина и замок заклинило, решетка радиатора треснула и забита мерзотными ошметками. Лобовое стекло проще выкинуть, чем что‑то за трещинами разглядеть. Зеркала левого нет, дворник один даже оторвали, а в остальном не машина, а огонь.
– Дедушка Лу, ты на стреме, надо убедиться, что никто залётный за нами не пошел. Али, тащи из магазина всю еду, что там осталась. А я заправлюсь и дальше двинем.