Принц и Нищая. Проиграй и влюбись (СИ)

Так, Дашка, прекращай! Бери пылесос в руки и вперёд.
Но сначала надеваю наушники и включаю музыку на всю громкость. Пританцовывая убираю квартиру. Через полтора часа заканчиваю. Разбираюсь со стиркой и мойкой окон. Буду приезжать чаще и наводить порядок, чтобы маме не приходилось.
А теперь надо смыть с себя всю грязь. Я принимаю душ. После устраиваюсь за компьютером и снова ищу работу.
  
Внезапно раздаётся стук в двери. Открываю не сразу, сначала смотрю в зрачок. Но незваный гость в худи, на голове капюшон, лица не видно.
- Кто там? - спрашиваю.
- Это я, Даш!
Некрасов! Что он здесь делает? Не писал, не звонил и тут заявился.
- Зачем пришёл?
- Поговорить надо. - отвечает, опираясь рукой на стену. - Не уйду, пока не впустишь.
- Ты же знаешь, какая я упрямая.
- Проверим, кто упрямее. Я могу переночевать и здесь, на лестничном пролёте.
Не успеваю ответить. Он садится на бетонный пол и облокачивается спиной на дверь.
- Ладно. Сейчас. - бегу накинуть на себя что-нибудь.
Я ведь после душа так и сидела в банном халате. Натягиваю на себя оверсайз майку, которая длиной чуть выше колен, и спешу открыть.
Так резко это делаю, что Некрасов заваливается на порог. Смотрю на него сверху вниз, стараясь не заржать.
- Предупреждать надо, Елисеева! - говорит он. Но увидев мои бёдра, ведь я стою у него над головой, Кирилл перестаёт хмуриться. - Прелесть, а не ножки.
- Иди ты! - изображаю на лице крайнее недовольство, а в животе от удовольствия порхают бабочки.
Он встаёт и закрывает входную дверь. Я захожу на кухню.
- Чай, кофе, лимонад?
- Я замёрз сегодня. Давай чай.
Ставлю чайник на плиту. Он подходит сзади и приобнимает. Его ладони ложатся на мой живот. Некрасов принюхивается к моим влажным волосам.
- Как же скучал по тебе! - нежно целует в шею.
- Потому не звонил и не писал? - разворачиваюсь к нему.
Его пальцы касаются моей щеки. Они такие грубые и шершавые, кожа обветренная.
- Я работал. Хотел заработать побольше, чтобы пригласить тебя на ещё одно свидание.
- Работал? - переспрашиваю, отстраняясь и доставая чашки из шкафчика.
- Да. Больше никаких гонок. Обещаю! - он садится за стол.
Замечаю мозоли на его ладонях.
- Прости меня! Эта неделя без тебя помогла мне многое понять.
- И что же? - сажусь напротив него.
Некрасов берёт мои руки в свои.
- То что ты для меня слишком важна. И я готов ради тебя от всего отказаться.
Приподнимаюсь и целую его в губы.
- Очень скучала по тебе!
- За два месяца, что ты в моей жизни, столько всего изменилось. Я узнал, кто на самом деле меня окружает, понял цену деньгам, и самое главное больше не ненавижу своего отца. Спасибо, что поехала со мной увидеться с матерью!
- Я надеюсь, что со временем у вас с папой будут хорошие отношения.
- Кто знает.
- У тебя такой уставший вид.
- Я с работы заехал домой, принял душ, а потом сразу к тебе.
- Ты голоден? Давай что-нибудь быстренько приготовлю.
- Нет, мы сейчас закажем всякие вкусняшки. Мне наконец выплатили заработанное. Не писал и не звонил, потому что у меня на балансе не было денег.
- А почему не пришёл?
- Ты ещё злилась. Я тайно наблюдал за тобой, присматривал, чтобы никто не навредил. К тому же хотел получить свою первую зарплату, заработанную трудом, а не опасными развлечениями. А на это нужно было время.
Я подскакиваю со стула и крепко обнимаю его. Он усаживает меня к себе на колени.
- Что моя прелестная девушка хочет поесть?
- Большую вкусную пиццу с двойным сыром. - улыбаюсь ему.
- Теперь я обожаю тебя ещё больше. - смеется он.
Мы проводим прекрасный вечер. Я включаю новый фильм. Лопаем пиццу и наслаждаемся обществом друг друга. Но чем больше времени проходит, тем жарче становится рядом с ним.
Он снимает с себя худи, оставаясь в обычной чёрной боксёрке. Широкие плечи приковывает к себе взгляд. Невольно прикусываю губу. Хочется прикоснуться к нему. Впервые со мной твориться нечто подобное.
Находясь рядом с таким, как Некрасов трудно оставаться спокойной и контролировать себя. Особенно, когда его руки гладят мои бёдра. Сердце неистово стучит, отдаваясь в горле. Тело охватывает приятная нега, растекающаяся по венам жаром желания.
Кирилл слегка приподнимает мою майку. Горячая ладонь пробирается под тонкую ткань и ложится на живот. Вздрагиваю от ощущений.
- Как же приятно, что ты дрожишь от моих ласк.
Его указательный палец рисует круги вокруг пупка. С моих губ срывается стон.
- Ты такая нежная. - шепчет, целуя шею, а потом спускается к ключицам. - И пахнешь очень вкусно. - принюхивается к плечу. - Мне нравится запах твоей кожи. Тебе не нужны духи.
Я словно проглотила язык. Не могу сказать ни слова. Единственное, что делаю, обвиваю шею Некрасова руками и притягиваю ближе. Хочу чувствовать Кирилла всем телом. Хочу, чтобы на мне остался аромат моего несносного принца.
Он медленно снимает с меня майку и горячие губы начинают рисовать дорожку от груди к животу. Выгибаюсь навстречу этим страстным поцелуям.
- Кирилл! - выдыхаю невнятно, уносимая трепетом и предвкушением.
Я и смущаюсь, и хочу продолжения. На его откровенный взгляд сердце отвечает резкими выпадами. В лёгких совершенно нет воздуха, а в голове пропали все мысли. Есть только Некрасов, плевать на всё остальное.
Таю в сильных руках, забывая обо всём на свете.
- Я хочу тебя, Даша! - приподнимается на локтях и смотрит прямо в лицо.
Вдох-выдох, тону в глубоких красивых глазах. Он же ищет в моих разрешения продолжить.
Тянусь к нему, показывая, что хочу его не меньше. Тогда Кирилл стягивает и с себя боксёрку. Мои руки дрожат. Я неуверенно касаюсь его обнажённого торса.
Кирилл жадно исследует мои изгибы, не упуская ни одного уголочка. По телу проносится электрический разряд, оставляя за собой сладкую истому.
За окном стучит дождик, и сырой воздух через форточку попадает в комнату, обдавая наши разгорячённые тела прохладой. По моей коже пробегают мурашки, но не из-за непогоды, а из-за тех ощущений, которые дарят ласки моего парня.
Каждой своей частичкой, каждым стуком сердца, каждым вздохом отдаюсь ему. Острое наслаждение гуляет по венам, разжигая страсть всё сильнее.
Я больше не боюсь своих желаний. Становлюсь более уверенной. Мои ладони гладят широкую спину. Наши тела вжимаются всё плотнее.
Ни слова не сказала о своей невинности. Но он всё знает. Не торопится, не давит, очень осторожен. Столько трепета в его прикосновениях.
Уличные звуки, разносящиеся по комнате, растворяются в наших страстных вздохах и стонах.
- Ты моя, и только моя, малыш! - вновь и вновь твердит он.
Как же Некрасов прав. Я душой и сердцем принадлежу только ему. Парень поочерёдно втягивает в рот сначала одну губу, потом вторую. Мы оба получаем удовольствие от вкуса друг друга.
Наши потные тела объединяются не только в ритме движений, но и в такт бьющихся сердец. Провожу ладонями по натренированному торсу, чувствуя чёткие линии его рельефных мышц.
Не могу им насытиться, как и он мной. Мы делим дыхание на двоих. Накалённые до предела срываемся в дикие стоны. Крепко обнимаемся, охваченные чувством полной эйфории. Расслабляемся и тяжело дышим, одновременно достигнув вершины наслаждения, достигнув полного единения наших душ и сердец.
Кирилл ложится рядом. Кладу голову на твёрдую грудь. Слышу его учащённое сердцебиение.
- Я люблю тебя, Даш! - говорит и целует в затылок.
- Ты уверен? - шутливо спрашиваю.
Слишком мало времени мы вместе.
- Это не любовь с первого взгляда, это любовь с первого противостояния. - смеётся он.
  
- Вот прям с первого?
- Я до сих пор помню ту пощечину и искры из глаз.
- И потому позволял издеваться надо мной? От большой любви?
- Это Лизкина инициатива.
- Ох уж эта Жданова!
- Не переводи тему. Я вообще-то признался тебе в любви, но ответа не услышал.