За магическим прилавком. Дилогия (СИ)

Я едва не выругалась. Ну конечно, можно хоть целую неделю подряд тщательно приводить себя в порядок и даже регулярно выпивать по капельке зелья красоты, но тот, для кого все эти манипуляции производятся, явится именно после полубессонной ночи, когда на голове у тебя бардак, под глазами круги, а платье помято, потому что в нем ты уснула.
Черт‑черт‑черт!
Ну с чего коту вздумалось притащить инспектора именно сейчас! Что такое случилось?
  
– Ну и? Что случилось? – инспектор словно высказал мои собственные мысли вслух. – Как‑то ты выглядишь… не очень. И кот несколько обеспокоен.
Обеспокоен? Да он еще не знает, что такое беспокойство! Вот уйдет инспектор, оттаскаю этого гада за шкирку, чтобы в следующий раз думал, что делает. А заодно – кого и когда сюда ведет! Выгляжу я не очень, ну спасибо!
Это я думала про себя, а вслух сказала со всей возможной невозмутимостью:
– Добрый день, а разве что‑то случилось?
Инспектор окинул меня оценивающим взглядом. Результаты этой оценки были явно не в мою пользу. А затем вздохнул и проговорил:
– Сделаем так. Ты приведешь себя в порядок, я подожду здесь. А потом закроешь лавку, и мы выпьем кофе.
– А у вас есть кофе? – с надеждой спросила я и тут же себя обругала: ну что за глупость, видно, что никаких стаканчиков у него в руках нет. А раз он предлагает закрыть лавку, значит, и кофе пить мы собираемся не здесь, а в каком‑нибудь кафе. Например, в той же «Тихой вкусности».
Я кивнула и поспешила исчезнуть с глаз долой. Слишком уж настойчиво сверлили меня эти глаза. Умыться, надеть свежее платье… Ах да, не забыть о флакончике зелья красоты…
Этого оказалось достаточно, чтобы выглядеть, ну, по крайней мере, сносно. И все же круги под глазами хоть и побледнели немного, но остались на месте. Обидно!
Я еще какое‑то время покрутилась перед зеркалом, словно и правда надеялась, что со временем там начнут показывать что‑то другое, и вышла в торговый зал.
К «Тихой вкусности» мы шли молча. Инспектор не задавал вопросов – видимо, решил, что важный разговор не следует начинать, предварительно не выдав собеседнику кофе с пирожным. Особенно, если этот собеседник – я.
Что ж, тут он был прав.
У меня тоже имелась к нему парочка вопросов, но задавать их я не стала. Не спрашивать же, где это вы уважаемый граф шлялись столько времени? Да я, может, и вообще не заметила, что его не было! И без того дел хватает.
Кафе встретило теплом, уютом и ароматными запахами свежей выпечки. А ведь давненько я здесь не бывала, очень уж замоталась со своими делами, и теперь с удивлением оглядывалась по сторонам. Непривычно было видеть людей, которые пьют кофе, болтают и даже не думают приставать ко мне с просьбами объяснить, как работает тот или другой магический артефакт.
Мы сделали заказ, дождались, пока его принесут, и только потом инспектор спросил:
– Ну, что же у вас пошло не так?
– Все так! Торговля идет, покупатели имеются, лавка, как видите, не рухнула, – бодренько отрапортовала я.
Рассказывать о вчерашнем минутном помешательстве я все еще не спешила. Я ведь даже не знаю, померещился мне мрачный лес за порогом или он действительно там был?..
– Мне кажется, вы уже должны были понять, что молчать о важных вещах не следует, – с укором возразил инспектор. – Если уж кот решил, что что‑то не так, значит, что‑то не так. Поверьте.
Я чуть не задохнулась от возмущения. То есть кот у нас теперь эксперт? По первому его писку инспектор бежит разбираться, что случилось, а над моими подозрениями только посмеивается? По крайней мере, раньше посмеивался!
Но под долгим, суровым взглядом я все‑таки сдалась. Краснея и бледнея, рассказала о том, что видела прошлым вечером.
– Думаете, со мной что‑то не так? – спросила я, закончив живописать жуткий, мрачный лес за порогом. – А кот, получается, беспокоится о том, что хозяйка лавки окончательно сбрендила и ее нужно заменить?
Хм… А ведь и правда. Эта мысль мне очень понравилась, поэтому я с воодушевлением продолжила:
– Да‑да, действительно! может, меня пора отправить домой и найти на замену кого‑то более адекватного? Марьяну же удалось вернуть в наш мир и без всяких дурацких планов продаж!
Вот! Пусть знает, что я знаю, хоть он и не счел нужным мне об этом сообщить!
Впрочем, теперь я смотрела на инспектора с некоторой надеждой. А вдруг прокатит? Вдруг и правда он решит отправить меня домой по причине ненадежности? Если так, не буду таскать кота за шкирку, а наоборот – накормлю вкусняхами, заслужил.
Инспектор только поморщился.
– Сомневаюсь, что дело в вашем рассудке…
Хм, то есть он считает, что с моим рассудком все в порядке? Это уже комплимент или еще нет?
– Думаю, следует хорошенько разобраться в том, что происходит.
Ясно. Никаких коту вкусняшек, а вот трепки ему теперь не избежать!
– И как же вы будете разбираться? На психологическую экспертизу меня отведете? К лекарям? Или сразу поместите в местную психушку? – на всякий случай уточнила я.
Откровенно говоря, ни один из этих вариантов мне не нравился.
Инспектор меня удивил.
– Нет, конечно. Разбираться мы будем не с тобой, а с лавкой. Думаю, мне следует остаться там на пару дней и увидеть все своими глазами.
– Что значит «остаться»? – не поняла я.
– Проведу какое‑то время у вас, – с готовностью пояснил инспектор.
– В смысле, будете торчать там целый день?
Он кивнул.
– И ночь тоже.
– Но там же негде! – в ужасе воскликнула я.
Торговый зал, небольшая комнатка с узкой кроватью, в которой сплю я… Для инспектора там точно нет места. Да ни для кого нет!
Разве что для кота… Точно, кот. Это он во всем виноват. Ох, я ему устрою!
– Там негде ночевать!.. – повторила я испуганно.
– Ничего, что‑нибудь придумаем, – вроде как успокоил меня инспектор.
Только вот я совершенно не успокоилась.
  
Глава 4
 
– Но ведь это неприлично!
Инспектор размашистым шагом шел в сторону лавки. Я быстро семенила за ним, едва‑едва успевая. Попутно пыталась решить геометрическую задачу на расположение фигур в пространстве. И фигура инспектора в пространство моей торговой точки никак не укладывалась… Разве что разместить ее под прилавком. Но длинный же, зараза, не поместится.
– Что именно неприлично? – поинтересовался он, как будто сам не понял.
– Ну, знаете ли, до сих пор у меня в лавке мужчины не ночевали. Вы хоть представляете, что будет с моей репутацией?
Инспектор резко остановился и так же резко развернулся ко мне. От столкновения нас уберегла только моя отличная реакция. Выработалась за время работы в лавке. А как не выработаться, если то кот флакон с полки скидывает, то покупатель дорогой амулет роняет, а то и вовсе обокрасть пытаются!
– Зачем тебе репутация? – похоже, он совершенно искренне удивился. – Ты ведь все равно собираешься отправиться в свой мир. Или уже передумала? Решила осесть здесь, обзавестись семьей, детишками…
– Вот еще, – фыркнула я. – И что же, по‑вашему, репутация только для семьи и детишек важна? А что будет, если все порядочные дамы сначала решат, что от такой развратной девицы надо мужей держать подальше, а потом и сами начнут обходить мою лавку десятой дорогой? Много я тогда наторгую? Так и застряну здесь до старости.
Инспектор замолчал, будто бы всерьез обдумывал мой аргумент. А потом тряхнул головой.
– Ерунда. Наоборот, на следующий же день начнут кучковаться у тебя в лавке из любопытства, чтобы выяснить, что было, а чего не было. Люди любят посплетничать.
  
Вот же негодяй! И ведь не возразишь же ничего. Уверена, именно так и будет.
– Впрочем, – добавил он, – если ты так волнуешься, могу выписать официальную бумагу. Мол, так и так, ночевал в лавке исключительно по служебной надобности и никакого личного интереса не имею.
Я же представила, как показываю эту филькину грамоту всем посетителям, и только фыркнула: