Вик (ЛП)

— Есть один парень. Был один парень.
Мои уши навострились. Это очень быстро привлекло мое внимание.
— Кто? — немедленно вырвалось у меня изо рта, и это вырвалось громко.
Аника пожала плечами, словно сожалея о своем признании.
— Это неважно. — Она издала легкий смешок, но в нем не было юмора. — Это не имеет значения. Я все испортила. Слишком долго ждала. Я ему больше не нужна.
Хм?
Это было неправдоподобно.
Аника идеальная женщина. Она любящая и нежная. Я буквально видела, как мужчины из кожи вон лезли, лишь бы удостоиться секунды ее внимания. Но, конечно, она оставалась скромной. Это чертовски расстраивало, что она понятия не имела о своей привлекательности.
Иногда она была настолько невнимательной, что это причиняло боль.
Мина в замешательстве нахмурилась.
— Ты умная, красивая и верная. Как он может не хотеть тебя?
В этот момент Аника с горечью ответила:
— Лев не хотел меня, — тут же на ее лице застыло выражение ошеломленного удивления, и она приоткрыла рот. — Мина, я…
Мой мозг хлопнул рукой по рту, чтобы заглушить вырвавшийся воющий крик.
О, нет.
Она не просто так сказала.
Но Мина, святая, просто отмахнулась от нее.
— Мы не говорим о Льве. Мы говорим о твоем неуловимом кавалере. Ты сказала, что он больше не хочет тебя. Это означает, что он сделал это в какой-то момент. — Она осторожно спросила — Что-то изменилось?
— Да. — Любопытство всегда было моей слабостью. Я повернулась всем телом к Анике. — Что изменилось?
Алкоголь расслабил ее. Ее брови нахмурились, а губы опустились, выражение лица было полно сожаления.
— Я сказала ему кое-что. То, что, я думала, хотела в то время, но я не имела это в виду. Думаю, я сказала то, что сказала, потому что боялась его напористости, и теперь у меня нет второго шанса. — Она пожала плечами, и неуверенная улыбка тронула ее губы. — Мы не можем вернуть все назад.
Нет. Это не могло закончиться до того, как началось. Аника была солнечным светом и радостью, и она заслуживала счастья.
— Я отказываюсь верить, что ты ничего не можешь сделать, — заявила я, наклоняясь.
Еще одна порция шотов опустела, и Аника облизала губы, медленно моргая, пока ликер делал свое дело.
— Поверьте мне. Это закончилось. Он пытался, он боролся, и все, что я делала, это отвергала его снова и снова. А этот парень, — она посмотрела на каждую из нас, — он не из тех, кто прощает и забывает.
— Кто он? — спросила я, любопытство взяло верх надо мной.
Аника ответила.
— Кто-то, кто наконец понял, что я недостойна его. — Она выглядела мрачной, ее пальцы играли с пустой рюмкой. — И он прав. Я ужасный человек.
— Нет, — сказала Мина, утешительно положив свою руку на ее. — Если ты хочешь его, должен быть способ. Держу пари, ты даже не пыталась.
Официантка принесла еще восемь шотов и поставила их на стол. Я улыбнулась ей в знак благодарности и смотрела, как Кара толкает рюмку перед Аникой, прежде чем выпить свою.
— Мина права. Должно быть что-то, что ты можешь сделать. Что ты пробовала?
Слова Аники стали невнятными. Ах, да. Она была скованна.
— Я пыталась, — настаивала она, приложив палец к груди. — Все что могла сделать. Я пыталась поговорить с ним. — У нее был раздраженный вид. — Но он такой отчужденный. Так чертовски вежлив, понимаете? Например, я знаю, что ты злишься на меня. Просто накричи на меня, чтобы мы могли поцеловаться и помириться. Потому что я хочу поцеловать его. — Она повернулась, чтобы посмотреть на меня, ее глаза слегка остекленели. — Я хочу поцеловать его, Нас.
— Тогда ты его поцелуешь, — поклялась я, сжимая ее пальцы.
— Ты обещаешь? — Ани смотрела с такой надеждой, что на моих губах растянулась нежная улыбка.
— Обещаю, но мы не сможем помочь, пока ты не скажешь нам, кто это.
Аника уже мотала головой.
— Я не могу. Это слишком. Это изменило бы все.
Я не поняла. Почему это изменит все?
Если только….
Мое лицо ничего не выражало, но разум работал с сумасшедшей скоростью.
Нет.
Она не могла иметь в виду того, кого, как я думала, она имела в виду.
 
Она… Она не могла.
Или могла?
И пока мой мозг прокручивал формулы, пока я пыталась понять, кем был этот загадочный человек, вмешалась Кара.
— Ну, разговоры не помогут. Но есть кое-что, что ты могла бы сделать. — Она сделала еще один глоток, ее глаза потеряли фокус, когда она медленно кивнула. — Думаю, ответ ясен, Ани.
— Неужели? — тихо спросила Аника, широко раскрыв глаза в предвкушении.
— Конечно. — Кара ухмыльнулась. — Тебе просто придется соблазнить его.
Аника моргнула. Она долго моргала, прежде чем разразиться смехом. Почти в истерике она воскликнула.
— Я не могу этого сделать!
Когда мы все ухмыльнулись над ее весельем, ее смех замедлился, затем остановился, и выражение лица стало серьезным, когда она заговорщически спросила.
— Могу ли я это сделать?
Я подумала об этом секунду.
— Черт возьми, — сказала я, подстрекая ее. — Что тебе терять?
Аника усмехнулась.
— Только мое достоинство и самоуважение, — раздраженно пробормотала она.
— Секс многое меняет, — добавила Мина. — Все может пойти по любому пути. Это может все разрушить или возродить то, что вы потеряли. Но… — она поджала губы, — …такого экстрима он от тебя не ожидает. Я думаю, что действие говорит о многом.
Аника наклонила голову, слегка кивая, прислушиваясь к каждому мнению.
Кара захлопала, потом рассмеялась.
— Я знала, что вы, сучки, будете командой Тайного секса. — Она сосредоточилась на Анике. — Послушай, это легко, детка. Вам нужен элемент неожиданности. Еще лучше, если ты загонишь его в угол. — Она изогнула брови, глядя на Ани. — Поддерживай зрительный контакт, очень медленно снимай трусики и швыряй их в него. Остальное зависит от него. Поверь мне, ты очень быстро узнаешь, сражен он или нет.
Ну, я так никогда не делала.
Я нахмурилась. Затем пришло осознание. Мои глаза расширились, когда на моем лице расплылась медленная улыбка. Я повернулась лицом к Каре.
— Ты делала это раньше, не так ли, маленькая шлюшка?
Конечно, я вела себя более свято, чем она, но, по правде говоря, совсем не была удивлена. Кара была очень свободомыслящей, когда дело доходило до секса, и она не верила, что делить свое тело с кем-то, кого вы не очень хорошо знаете, делает этот опыт дешевым. Потеряв близость со своей семьей, она находила ее там, где могла, и я не осуждала ее за это.
Близость была моей жизненной силой.
Кара улыбнулась, как лисица, но продолжила.
— Следующий шаг — развернуть свою сладкую попку, выгнуться, как кошка в течке, и ждать. — Ее глаза сверкнули, и она соблазнительно облизала губы. Уверенность Кары была удовольствием. — Этот ход еще не подвел меня — клянусь Богом.
Бровь Аники приподнялась, и она рассеянно прикусила губу.
Ох. Эта маленькая рыбка была заинтригована наживкой, болтающейся перед ее носом. Она думала об этом, хорошо.
— Я не знаю. — Ее тон излучал неуверенность.
— Перестань так много думать, — приказала Кара. — Просто сделай это. — Выражение ее лица смягчилось. — Насколько сильно ты хочешь этого парня?
— Ты понятия не имеешь, — был ее хриплый ответ, и я могла видеть, как все шестеренки крутятся в ее голове, пока, наконец, легкая улыбка не тронула губы Аники. — Хорошо. Я попробую.
— Ура! — радостно воскликнула я, беря ее за руку и взволнованно тряся ею, смеясь, когда она застонала, по-видимому, с сожалением. — Ты будешь заниматься горячим сексом с горячим парнем и заманишь его силой киски.
— Ух ты. — Глаза Мины комично расширились. — Ты смелее меня.
— О, тише. — Кара отмахнулась от скептицизма Мины и выскользнула из кабинки. — Сейчас мы спустимся вниз потанцевать, а Аника попрактикуется во флирте.
— Нет, не хочу, — запротестовала Аника, слегка нахмурившись, но Кара уже поставила ее на ноги.