Капитали$т. Часть 6. 1992 (СИ)
— Проблемы, парни? Помочь решить?
Правая рука в барсетке, сжимает холодную рукоять «ТТшника». Джигиты мрачно смотрят на меня — они все поняли, но не отступают, боятся потерять лицо друг перед другом. Боятся больше, чем «ТТшника» в барсетке. Я замечаю, что она смотрит на меня с надеждой. И еще — с интересом.
— Ты кто такой? — заносчиво спрашивает один из джигитов. Я ловлю себя на том, что мне хочется, чтобы они полезли в драку, чтобы я вытащил ствол и…
— Садитесь в свое корыто и чтобы через полминуты духу вашего… — начинаю я прочувствованную речь, но закончить не успеваю. Из ДК вываливает целая толпа — человек пятнадцать, Это Матвей со своим азербайджанским приятелем, приближенными и финалистками конкурса.
— Леха⁈ — удивился Матвей, увидев меня. — А ты чего здесь?
— Пообщались немного с ребятами, — ответил я. — Они как раз собирались ехать.
Матвей настороженно перевел взгляд на кавказцев и грозно сказал:
— Я не понял.
— Да все нормально, — махнул рукой я. — Они уже уезжают.
— Пусть катятся, дорогой! — миролюбиво сказал Мамед и бросил поникшим джигитам: — А ну быстро! Завтра с вами поговорю!
Джигиты грузятся в «девятку» и исчезают. «Королевы красоты» улыбаются и царственно следуют к «Линкольну». Спортсмены из свиты Матвея разочарованы, они не отказались бы размяться, тем более, что повод самый святой — девушку защитить. Матвей укоризненно смотрит на Мамеда и произносит сакраментальное:
— Что за дела?
Мамед виновато разводит руками.
— А что я могу сделать, дорогой? Это у себя в селе они хорошие и уважительные ребята, А как в город попадают — все, крыша едет! Как с цепи срываются! Старших не слушают, никого не уважают…
— Помочь разобраться? — спрашивает Матвей.
— Что ты! — вскидывается Мамед. — Зачем беспокоиться? С этими я сам… Домой поедут, если прилично себя вести не научились!
Матвей кивает.
— Леха! — обращается он ко мне. — Мы сейчас в «Юпитер»! Отмечать окончание конкурса. Вместе с королевами! — он кивает в сторону «Линкольна». — Погнали с нами!
Я с улыбкой отказываюсь.
— Еще дела сегодня, никак не получится.
— Ну, смотри, — пожимает плечами Матвей. — Вообще, как тебе конкурс? Ништяк, скажи? Крутая тема получилась!
— Пойдет, — уклончиво отвечаю я.
— Ну, счастливо!
Веселая компания умчалась в «Юпитер». Мы вдвоем.
— Спасибо, — сказала она. Как-то бессильно и обреченно. — Я уже думала, что все. Затолкают в машину и… А тут ты! Спасибо!
— Да не за что, — ответил я с некоторым смущением. — То хорошо, что хорошо кончается…
Она оценивающе оглядела меня.
— Ты знаешь этих людей? Которые сейчас уехали с этими… королевами красоты? Твои друзья?
— Не все, — честно сказал я. — Некоторые просто знакомые. Но появились они вовремя…
Ее глаза сверкнули.
— У тебя там в сумке пистолет, да? Настоящий?
Мне почему-то совершенно не хотелось ей врать. Врать не хочется, а правду говорить ни к чему…
— Да брось, — улыбнулся я, — нужно было их пугнуть хорошенько.
— А мне хотелось, чтобы у тебя был пистолет, — сказала она с внезапной страстью. — Хотелось, чтобы они на тебя полезли, а ты выстрелил! Чтобы их ухмылки исчезли!
Я поразился тому, насколько одинаково мы чувствовали.
— Если есть возможность не стрелять, то лучше не стрелять, — сказал я серьезно. Но она непримиримо покачала головой.
— А эти парни… твои знакомые… Это ведь они сказали жюри за кого голосовать? Все подстроено, правда же? Нечестно.
— Почему ты так решила? — спросил я.
— Да брось. Девчонки обсуждали. Кто победит и прочее… кто с кем будет. Ну ты понимаешь?
— Чего уж непонятного…
— Да. Девчонки говорили, что есть те, кто понравился спонсорам, вот они и победят.
— И все равно участвовали? — спросил я.
— Все равно! Ты подумай, пусть не победительница, но финалистка конкурса красоты! Звучит! Первый в регионе конкурс красоты!
— Поэтому участвовала?
Она улыбнулась.
— Нет. Я с подругой за компанию. Она из модельного агентства, а я с ней, за компанию! Сначала вообще не думала, что до финала дойду! А когда дошла, подумала — а вдруг? Ну бывает же?
— Все бывает, — подтвердил я. — Даже такое, чего быть не может никогда.
— Ну вот. А в финале уже все стало понятно, спонсоры себе подруг выбрали. А нам — дипломы участниц. Я даже брать не стала, на кой мне, диплом… Я же деньги хотела выиграть!
— Пять тысяч долларов? — удивился я. — А зачем?
Ну вот, пронеслось в голове. Сейчас девушка расскажет о тяжело больной маме. Или брате-инвалиде. Или еще что-нибудь, что полагается рассказывать в таких случаях. Но она удивила меня снова.
— В Париж хочу, — просто сказала она. — Я в библиотеке работаю, читать люблю. Вот и читаю. Гюго, Бальзак, Мопассан, Флобер… ты меня извини. Я болтаю всякое… Глупо, наверное?
— Ничего-ничего, — сказал я. — Совершенно ничего глупого!
— Просто мы выпили немного, — объяснила она. — Шампанского. А я, когда выпью, всегда болтаю…
— Внимательно слушаю, — заверил я ее.
— Библиотека у нас районная… На Коммунарской в полуподвале. Знаешь?
— Знаю, — кивнул я. А про себя подумал, что райончик тот еще…
— У меня так бывало, — продолжила она, — посетителей мало, делать особо нечего, я читаю, читаю… А в книгах — Версаль, Гревская площадь, Лувр, приемы, балы… благородные мужчины и прекрасные женщины… А у меня из полуподвала вид на кучу металлолома.
— Металлолома? — удивился я.
— Ну да. У нас там школа рядом, школьники металлолом собирали и на пустырь складывали. И все время там грязь, алкоголики, шпана. А в книгах — Париж… И гляжу я из своего полуподвала, и такая тоска иногда берет… А иногда злость! Потому что читаю я про этот Париж, будь он проклят, и понимаю, что никогда его не увижу. Никогда! Я же не хоккеист и не дипломат, МГИМО не заканчивала, кто туда пустит простую библиотекаршу… Даже теоретически! Ведь так? — спросила она, требовательно глядя мне в глаза.
— Скорее всего, — согласился я.
— А сейчас хотя бы теоретически возможно, были бы деньги! И вот я, как дурочка, решила — пройдусь по сцене, отчего же не пройтись? — призовое место возьму, чем черт не шутит! А за призовое место в долларах платят и не мало — может и хватит на то, чтобы во Францию съездить?
— Первого приза должно хватить, — подтвердил я.
— Вот и я так решила, — кивнула она. Это глупо, конечно, что я тебе это все рассказываю. Шампанское виновато! Я вообще не пью, ты не подумай! На день рождения только или новый год.
— Я не думаю. Рассказывай!
— И знаешь, — продолжила она, — я как-то за эту идею ухватилась… Нет, есть и другие потребности. У нас с мамой телевизор сломался, а у мамы сериалы, нужно в починку отдать или новый… Я как-то посмотрела этот сериал мексиканский и не понравилось, какой-то уж очень простой…
— Как же мама без сериалов? — поинтересовался я.
— К соседке ходит, — улыбнулась она. — А после просмотра у них обсуждение. Я ничего не говорю, пусть, должны же люди как-то отвлекаться от всего этого… Так что, телевизор важен, но…
— А разочароваться не боишься? — с интересом спросил я. — Париж — он такой… там всего хватает, и металлолома, и грязи, и алкашей, и всего остального.
— Знаю, — сказала она решительно. — Читала и Золя, и нашу отечественную прессу. Но теперь чего уж об этом говорить. Конкурс окончен, я не выиграла, какой теперь Париж… Вообще, я тут с тобой болтаю, а мама уже беспокоится, наверное. Она всегда беспокоится, если я задерживаюсь. Хоть и вида не подает, но я-то знаю…
— Маме беспокоиться не позволим, — сказал я твердо. — Поехали. Тебя куда везти?
— Меня? — она на секунду замялась. — ты знаешь, вообще-то я с незнакомыми молодыми людьми…
— Тебя как зовут, незнакомая девушка? — спросил я с улыбкой.
— Таня, — ответила она. — А тебя — Леша. Я слышала, как твой знакомый называл…
— Очень приятно, — иронично сказал я. — Так ехать куда, все же? Вот моя машина.