Строитель (СИ)
Намёк был понят. Кто-то очень хотел, чтобы я обзавёлся собственной электростанцией, и пришлось идти к князю, чтобы направил к нужным людям.
Кто пакостил, я так и не выяснил. Слишком продолжительный участок дороги.
Это событие напомнило о том, что есть те, кто не готов выступить в открытую, но мелко подгадить вполне способен. Удивляться этому не стал. Слишком я противоречивая фигура и мало ли кому любимые мозоли оттоптал. Но бдительность усилил. С чем в том числе было связано решение расширить охрану хотя бы человек до пятидесяти, а через год до сотни.
С гвардейцами оказалось сложнее. Пока что ограничивались десятью, и они тренировались, как черти в аду. Я привлекал все возможные способы, чтобы их натаскать. Оплачивал курсы, договаривался с Родионом, арендовал полигоны, тратил миллионы на снабжение. Деньги улетали с космической скоростью. А если посчитать все расходы, то и вовсе дурно становилось. Внезапно до меня дошло, что миллиард — это, в принципе, ни о чем. Я и раньше об этом догадывался, но сейчас на своей шкуре проверил.
Отдельной графой в эти дни шли собеседования. Я скинул на Смирнова поиск кадровика. Он и нашёл. Неожиданно быстро. Тётеньку Ангелину Петровну, в очках, с кудрями, лишним весом и бульдожьей хваткой. Забавно то, где он её нашёл.
— У моей матери конкуренты есть, — пояснил он на встрече. — Доставучие и не самые адекватные. Недавно они пошли ко дну, и часть сотрудников была уволена.
— Дела пошли настолько плохо, что они уволили толкового человека?
— Почему же? Её как раз оставить хотели. Просто я ей предложил зарплату в два раза выше, — улыбнулся Сергей.
Я на это понимающе кивнул и не стал возражать, что, если человека можно перекупить, значит, и у нас его могут увести. Могут. Но не будь такой возможности, мы бы тоже специалиста не нашли.
С Ангелиной Петровной я встретился лично. После той встречи и стал её мысленно называть тётенькой с бульдожьей хваткой. Очень уж тётка она суровая. Но тёткой звать как-то грубо, обычной женщиной тоже как-то не то, на девушку она уже лет тридцать как не тянула, так что… тётенька. Ну да эта маленькая шутка останется исключительно в моей голове, а на деле я к ней по имени-отчеству обращаюсь.
Мы с ней пообщались, она узнала, кто мне нужен, под какие задачи, задала сотню-другую уточняющих вопросов, а потом… Началось.
Под мастерской в бизнес-центре пришлось выкупать ещё один этаж, чтобы было, куда сажать сотрудников. Первым делом Ангелина Петровна наняла финансового директора. По иронии судьбы с того же предприятия, откуда сама ушла. У тех за зиму дела пошли ещё хуже, и всё говорило о том, что они в ближайшее время закроются. Смирнов об этом не говорил прямо, но у меня сложилось впечатление, что его мать была тому причиной. Скорее всего, не единственной, но то, что основной, ох как вероятно. Возможно, эта ситуация возникла в силу того, что парень работал на меня. Сам этот факт может многие двери открыть. Моя тень падает на Смирнова, а его тень на мать. Не решающий фактор, но значение может иметь.
Мне было без разницы. Конкуренция конкуренции рознь. Если кто-то топит конкурентов по бизнесу в рамках закона, то пусть так. Тем более если те владельцы бизнеса сами дела неадекватно ведут.
Так что у нас появился финансовый отдел, и с меня спала обязанность подписывать всякие мелкие счета. Чтобы не начали воровать, попросил Катю взять это дело под контроль. Не лично, но у супруги были и свои люди. О чём я частенько забывал, потому что… Ну потому что. Редко когда это в разговоре всплывало. В таких делах Катя ориентировалась куда лучше меня и прекрасно находила помощников на любые проекты.
Следом за финансовым отделом подтянулась и бухгалтерия. То, что я аристократ, ведущий дела на родовых землях, не отменяло необходимости вести учёт всего и вся, вовремя сдавая документацию.
Третьим отделом стали закупщики. Потребности в разных вещах росли, начиная с поставок канцелярии и продолжая скупкой металлолома.
Четвертым, финальным, отделом стали «портальщики». Официального названия для их профессии пока не было в силу новизны. Набрал я их среди аспирантов-технарей в государственном институте. Брал на полставки. На полный рабочий день не было смысла ставить. Совсем обычных людей я тоже подпускать не хотел. Поэтому выбор и пал на тех, кто вроде при деле, занят, но нуждается в деньгах и не прочь потратить час-два в день, чтобы проверить показатели системы и, если что, предупредить меня.
Если с остальными отделами разбирались другие люди, то с этим пришлось возиться самому. Для чего сначала нужно было придумать систему, с которой будет способен работать обычный человек. А для этого, в свою очередь, я углубился в изучение простых механизмом и разработал с нуля систему подключения. Задача имела простое решение. Алхимия была способна породить множество видов сигналов или как-то вклиниться в уже имеющиеся. Оставалось сделать рабочие устройства, чем я занимался в холодные зимние дни. А когда сделал, собрал троих отобранных кандидатов. Взял с прицелом, что кто-то может отвалиться, и что они будут друг друга подменять.
— Господин Эдгард, — обратился ко мне тот, что носил очки.
Звали его Степан. Остальных: Кирилл и Артём.
Замечу, что они все трое очки носили. Не все технари такие, но мне именно с очками ребята попались. Я их не раз в институте видел. На некоторых парах вместе сидели и, бывало, общались. Только я проектами отправился заниматься, а они в аспирантуру поступили.
— Парни, давайте проще. Просто Эдгард. По крайней мере, когда общаемся между собой.
Проверка на адекватность. В плане общения одно из ключевых отличий аристократов от простолюдинов — учёт контекста. За четыре года учёбы я не раз и не два наведывался к мастеру этикета. Когда к Ольге Владимировне в ученики попал, она мне тоже наставления давала. Когда с Катей начал встречаться, та неоднократно подсказывала. Да и я сам постоянно следил, что и как, чтобы не оплошать и не вляпаться в неприятности.
То, что я даю разрешение обращаться ко мне по-простому, — это обычная вежливость. Если они начнут этим злоупотреблять, что ж, аспирантов много, найму кого-нибудь другого. Но что-то сомневаюсь, что они тупить будут. Как-никак, хоть и учились в государственном, но рядом был старший институт с аристократами. Хочешь не хочешь, а некоторые особенности поведения впитаешь. Это вопрос выживания.
— Идите за мной, — сказал я и повёл ребят в глубь здания. — На текущий момент есть всего три места, куда вам нужно будет приезжать и снимать показатели. В будущем их станет больше. Сейчас вы находитесь в первой точке, в столичном узле, как мы его называем. Для начала представлю вас охране. Потом зайдете к ним, отметитесь и все данные сообщите. Мне ведь не нужно говорить, что это охраняемый объект, что тут действуют строгие правила, и что за разглашение информации вас потом ждут большие проблемы?
— Нет, господин, — ответил Степан.
Он в троице взял на себя неформальное лидерство, поэтому и отвечал за всех. Шли мы как раз мимо охранников, работающих на Августа, а значит, и на князя, отсюда и обращение «господин». Уловил Степан, что к чему. Плюс ему.
Лично мне было на все эти обращения плевать. Почти… На самом деле я их любил, но вовсе не потому, что они тешили моё самолюбие, а потому, что упрощали решение некоторых вопросов. Никому не интересен обычный парень Эдгард Соколов. А вот Эдгард Соколов, который одаренный, разрабатывающий уникальные артефакты, высший бес и аристократ, породнившийся с княжеской семьей — да, он очень многим интересен. А ещё многие не рискнут с ним конфликтовать и вместо этого пожелают с ним поработать.
В случае же этих ребят смысл тот же самый. Одно дело обычная подработка, а другое — работа на секретном объекте с уникальной и революционной технологией. Да, в научных кругах, учитывая специфику задач, это ничего не будет стоить, но в других сферах сам факт такой работы может придать веса. Да и то, кто знает, как я дальше этих сотрудников буду использовать. Сначала пусть покажут, что могут с простой задачей справиться, а дальше подключу их к аналитике и исследованиям. Что попахивает полноценной карьерой и удачно сложившейся жизнью.