Никому не позволю (СИ)

После ухода директора Поттер стал присматриваться к знакомым ему членам Ордена Феникса, находившимся на свадьбе. Их улыбки вдруг показались Гарри натянутыми, а во взглядах прослеживалось напряжение, словно они ожидали чего-то неприятного. Гермиона тоже заметила, что далеко не все гости веселились без оглядки, как обычно бывает на подобных мероприятиях. Своими наблюдениями она нервно поделилась с друзьями, сравнив некоторых присутствовавших с агентами, выполнявшими какое-то задание. Такое сравнение рассмешило Рона, не придавшего ее словам большого значения, но не осталось без внимания Гарри, согласным кивком оценившего бдительность подруги. Ему и самому чудилось, что праздник проходил как-то наигранно и неискренне. Гарри, конечно, пытался списать это на общую обстановку в магическом мире и на собственную паранойю, но от непонятного волнения не мог избавиться.
Долго мучиться неизвестностью не пришлось. Поттер как раз собирался уединиться, чтобы выпить третью и последнюю выделенную для него порцию оборотного зелья, когда прямо под куполом свадебного шатра материализовался серебристый патронус-рысь и голосом члена Ордена Феникса Кингсли Шеклболта возвестил:
«Министерство пало. Скримджер убит. Власть в руках Пожирателей».
========== Глава 30 ==========
Как только на свадьбе Уизли прозвучало сообщение о чрезвычайном происшествии в магическом мире, среди приглашенных сразу же началась неимоверная паника. Все кричали: одни – от страха, другие – пытаясь остановить поднявшуюся штормовой волной истерику. Некоторые женщины, заламывая руки, принялись рыдать и голосить. Большинство гостей, забыв о молодоженах, толкаясь и бранясь между собой, ринулись прочь из волшебного шатра, намереваясь поскорее выбраться под открытое небо, чтобы получить возможность свободно аппарировать домой под защиту родных стен. Изящные столики и стулья, еще совсем недавно радовавшие глаз своей воздушной красотой, превратились в серьезную помеху: на них наталкивались, набивая синяки, они падали под ноги, становясь причиной так нервировавшей всех задержки, и удостаивались половины нелестных возгласов торопившихся магов. Казалось, будто Пожиратели напали на Нору, а не на Министерство магии.
Поттер с зажатой в руках на всякий случай волшебной палочкой в ужасе взирал на сумасшествие, творившееся вокруг него, и, стараясь держаться в стороне, прижимался к тенту шатра. Он раньше даже приблизительно не представлял, насколько сильно волшебники боятся Волдеморта и его приспешников. Всех накрыло такое умопомрачение, что они выпустили из виду – достаточно произнести заклинание, и стены из зачарованной ткани, сложившись в компактный тюк, перестанут быть преградой и помехой для аппарации, а значит, исчезнет необходимость толпиться у выхода. Помня строгий приказ Северуса, Гарри и не порывался куда-то сбежать. К тому же он не видел непосредственной опасности, требовавшей безотлагательного принятия каких-либо действий для сохранения собственной жизни.
Когда появился патронус Кингсли Шеклболта, Рон и Гермиона танцевали на специальной площадке в центре шатра и сейчас, как мог судить Поттер по медленно приближавшейся рыжей макушке друга, которая возвышалась над большинством голов присутствовавших на торжестве, они пытались пробраться к нему, вернее, к тому месту, где стоял их столик. Гарри не ошибся, и уже через пару минут друзья оказались рядом с ним. Он обратил внимание, что Рон мрачно поджимал губы и цепко держал Гермиону за руку, просто-таки волоком притащив ее за собой, хотя по логике – это она должна была цепляться за него, пробираясь среди толпы. Взглянув в лицо подруги, Гарри отметил, что она немногим отличалась от остальных гостей: в ее глазах застыл неподдельный испуг.
Только Поттер сообразил, что на Гермиону повлияла всеобщая паника, и приобнял ее, чтобы успокоить, как кто-то наконец догадался убрать купол шатра над их головами, давая возможность посмотреть по сторонам и убедиться, что непосредственной угрозы для жизни нет. И вдруг он почувствовал рывок аппарации, от которого его внутренности противно сжались. Неприятные ощущения оглушили, вынуждая на миг потерять связь с реальностью, а в следующую секунду их выкинуло прямо около входа в Министерство магии. Вот тут-то страх всерьез добрался и до Поттера, заставив сердце заколотиться с удвоенной скоростью: буквально в двадцати ярдах находилась толпа людей в черных балахонах с масками на лицах – Пожиратели Смерти охраняли захваченное здание. Гарри взглянул на друзей, инстинктивно прижавшихся к нему ближе – на их лицах отразился его собственный ужас. Но не успел он подумать о том, что же все-таки произошло и почему они очутились в самом неподходящем для них месте, как его снова затянуло в аппарационную воронку.
  
На этот раз они вынырнули из подпространства посреди какого-то леса, и на этот раз рядом, похоже, не было ни души. Гарри, выставив перед собой волшебную палочку, крутнулся, оценивая обстановку, а не обнаружив видимой опасности, кинулся к Рону, свалившемуся к их ногам и болезненно застонавшему. Первая мысль, которая пришла в голову – кто-то из Пожирателей возле Министерства все же достал его проклятием перед тем, как они убрались оттуда. Рон держался за плечо. Под его пальцами на мантии зияла дыра, а вокруг расползалось кровавое пятно.
– Тебя ранили? – Гарри упал на колени и, оттолкнув мешавшую ему руку друга, заклинанием проворно почистил рану (спасибо Снейпу и дополнительным занятиям с ним!). Казалось, что кто-то содрал кожу на плече Рона, прихватив при этом и часть его плоти. Смотрелось это жутковато, но Гарри не стал отвлекаться на эмоции и быстро остановил чарами кровь, а затем наложил магическую повязку. Большего предпринять при данных обстоятельствах он не мог.
– Расщепился, – сквозь зубы проговорил Рон, сдерживаясь, чтобы не кричать от боли.
Гермиона, про которую на время позабыли, громко всхлипнула:
– Это моя вина, – она, глотая слезы, судорожно рылась в своей крошечной зачарованной сумочке, засунув в нее руку по локоть. Если бы не столь серьезная ситуация, в которой они пребывали, то подобное зрелище наверняка удостоилось бы парочки насмешливых комментариев. Гермиона выглядела не лучшим образом: бледная, с искусанными губами и заплаканным лицом. Ее колотила нервная дрожь.
– Ты нас аппарировала? – вдруг догадался Гарри, посмотрев на нее снизу вверх, с трудом поборов негодование.
Он наконец-то сообразил, что произошло: поддавшись общему безумию, Гермиона «утащила» их из усадьбы Уизли. И тут его скрутило от не столько болезненных, сколько неприятных ощущений – действие оборотного зелья закончилось, и Гарри, из-за чрезвычайных событий не вспоминавший о своем виде, вернул настоящий облик. Пусть и слегка с опозданием, он нашел ответ еще на один вопрос: Пожиратели не накинулись на них только потому, что не узнали его. Внешность Гарри Поттера была известна практически всем волшебникам по частенько появлявшимся публикациям его колдофото в прессе. А вот на Рона и Гермиону вряд ли кто-либо обратил бы внимание. Поэтому и охранявшие вход в Министерство Пожиратели, вероятнее всего, приняли их за обычных подростков, случайно попавших не туда, куда намеревались, до которых никому нет дела.
– Вот! Это обезболивающее и кроветворное, – Гермиона, присев рядом прямо на землю, помогла Рону выпить содержимое пары флакончиков. – Полежи немного, – она пристроила его голову у себя на коленях. – Прости меня, пожалуйста. Я впервые переносила кого-то в пространстве. К тому же сразу двоих. Еще и Пожиратели… – начала она извиняться. В ее голосе слышались искреннее раскаяние и боль. Несколько раз глубоко вдохнув-выдохнув, она все же взяла себя в руки и ответила Гарри: – Да, это я вас оттуда аппарировала.
– Зачем ты это сделала? Разве нам угрожала опасность? – вопрос Гарри прозвучал жестковато. Он хоть и догадывался о причинах, но не собирался потакать подобному. Эта импульсивная выходка чуть не стоила им жизни. – Мы едва не угодили в руки Пожирателей. Кроме того, тебе следовало хотя бы поинтересоваться нашим мнением, перед тем как принимать столь кардинальное решение.