Никому не позволю (СИ)

– Где ты его взял? – Северус отодвинул от себя свиток, с которым работал, вырвал артефакт из рук подошедшего к нему Поттера и тщательно изучил тот со всех сторон.
– Кричер принес. Потом расскажу. Проверь, пожалуйста, – Гарри неожиданно потянулся и погладил пальцами рисунок на крышке кулона. От Снейпа не ушел этот странный поступок, и он внимательно посмотрел на Поттера. Глаза у того сияли, словно ничего прекраснее он ранее не видел.
– Думаю, это то, что мы ищем. Он тебе нравится? – Северус решил удостовериться в правильности своей догадки и поднес медальон ближе к Поттеру.
– Очень красивый, – кивнул тот. – Постой, – вдруг спохватился Гарри, беря себя в руки, – он меня притягивает, как и дневник. Это точно хоркрукс. А ты чего-то особенного не чувствуешь? – поинтересовался он у Снейпа.
– Нет. Просто симпатичное украшение – не более того. Восторга, как ты, я не испытываю, – Северус положил вещицу на стол и взмахнул над ней волшебной палочкой, проверяя чарами. Через секунду от медальона отделилось серое облачко, похожее формой и размером на кочан капусты средней величины. – Мы его нашли, – констатировал он.
– Дамблдору же не станем рассказывать? – на всякий случай уточнил Гарри.
– Нет. Это поможет нам справиться с твоей проблемой, – Северус не выглядел слишком обрадованным, но в его взгляде светилась неприкрытая уверенность.
– Но мы же не будем прямо сейчас проводить ритуал? – Поттер вдруг испугался и зачастил: – Нам нельзя спешить. Все равно до моего совершеннолетия нужно подождать. Ведь так?
– Гарри, успокойся, – Северус поднялся из-за стола, за которым работал. – Ты прав, у нас еще есть время, чтобы поискать информацию и убедиться, что мы сделаем все правильно и не навредим тебе, – он похлопал Поттера по плечу, давая возможность прийти в себя. Снейп понимал, что за последние месяцы Гарри уже немного свыкся с мыслью о том, что является хоркруксом, а теперь ему требовалось морально подготовиться к необходимости опасного ритуала. – Я спрячу медальон, если ты не против? Он влияет на тебя, мне это не нравится.
– Да, конечно, – Гарри с трудом отвел глаза от золотой вещицы. – Лучше, если я не буду знать, где он хранится, – он как-то жалко улыбнулся, словно признавал, что не сумеет совладать с собой возле этого артефакта. – Полагаю, Волд… Риддл не держит их, – Гарри указал на хоркрукс, – рядом с собой, потому что они и на него так же притягательно воздействуют.
– Не исключено, что даже сильнее, – Снейп опустил украшение себе в карман и хмыкнул, заметив, каким жадным взглядом следил за каждым его движением Поттер. – Так ты мне расскажешь, как к тайнам Темного Лорда причастен Кричер?
– Риддл испытывал на Кричере то зелье, что пил директор. Северус, а разве оно не влияет на домовиков так же, как и на людей? Кричер заверил, что у него просто болел живот, потому что пришлось много пить, ведь Риддл несколько раз наполнял чашу, – Гарри вдруг сообразил, что в то время, когда домовик рассказывал ему свою историю, он и не подумал об этом. Видимо, мысли о медальоне отвлекали его внимание.
– Зелье разъедающей вины действует только на волшебников, даже магглу оно почти не повредит, – Снейп с удовлетворением наблюдал, как до Поттера доходит настоящее положение дел.
– Ты не говорил этого раньше, – Гарри покачал головой.
– Не мог же я при Альбусе сообщить тебе, что он намеренно выпил яд, тогда как проще было споить это зелье тому, кому оно и расстройства желудка не причинит? – Снейп язвительно ухмыльнулся.
– Выходит, директор осознанно собирался сделать меня виновным в его смерти? Хотя нет! Это он тебя пытался заставить… Хотел, чтобы ты, увидев, что выхода нет и он по-любому умирает, прикончил бы его. Да?! – Поттер был до предела возмущен поступком Дамблдора. – Ненавижу его! Как так можно?
– Гарри, он желал, чтобы и его смерть послужила нашему делу борьбы с Темным Лордом, – Северус, будучи более опытным ввиду своего возраста, решил в очередной раз постараться убедить Поттера, что план Дамблдора был не так уж и плох на момент его составления. – Да, он манипулировал нами. Но его идея не лишена здравого смысла, а цель благородна. Смирись, таков уж Альбус. Если тебя это успокоит – он попросил у меня прощения за свою настойчивость. Как бы там ни было, Альбус чисто случайно получил шанс задержаться среди живых. Мы не имеем представления, насколько долго продлится эта отсрочка, но заверяю тебя, директор ей очень рад. Вернемся к нашему разговору о Кричере. Полагаю, Темный Лорд испытывал на нем не зелье, а чары, наложенные на чашу, в которой он прятал хоркрукс. Ты же упоминал, что медальон нельзя было достать из зелья, выливая его на землю. И следовало отпить до определенного уровня, чтобы добраться до цели. К тому же его количество увеличивалось, когда Альбус хлебнул воды. Так ведь? Вот эти чары, скорее всего, Темный Лорд и настраивал, используя помощь Кричера.
  
– Получается, Риддл не такой уж и монстр был? Он же знал, что домовику не повредит зелье. А мог же взять людей. Правда, для отделения части собственной души все равно убивал, – Гарри задумался над своими словами.
– Я тебе рассказывал, что темная магия воздействует на психику активно практикующего ее человека, если не защищаться от ее влияния и вовремя не остановиться. Том Риддл прошел дальше многих по пути Темных искусств. Он великий волшебник, затерявшийся во Тьме, – в тоне Снейпа послышалось искреннее сожаление. Он явно вспоминал харизматичного Тома Риддла, собравшего вокруг себя единомышленников, каким Гарри видел его в дневнике, а не рехнувшегося монстра, в которого тот превратился. – Его одержимость проявилась не сразу. Создание хоркруксов – это преступление против человеческой природы. Вполне вероятно, изучение именно этого раздела магии подтолкнуло Риддла к безумию. И наша задача – исправить ошибки Темного Лорда хотя бы для того, чтобы вернуть тебе возможность быть самим собой.
– Спасибо, – Гарри не смог бы ничего больше сказать. Его горло перехватило спазмом от понимания, что он совсем не знает Снейпа, только что чуть-чуть приоткрывшего перед ним свое сердце, которое, оказывается, способно на доброту и своеобразную привязанность даже к чудовищу.
– Гарри, мы обязательно справимся. Я обещаю, – Северус догадался, что выдал себя, показал, что он не бездушный голем, но, глядя на Гарри, не жалел об этом. И слизеринская хитрость здесь была ни при чем. Он интуитивно чувствовал, что Гарри достоин такого доверия, что тот не воспользуется этим знанием во вред ему, Северусу.
– Конечно. Спрячьте медальон, – Поттер поспешно ретировался. Ему нужно было обдумать то, что он сейчас наконец-то предельно ясно понял – Снейп нешуточно рисковал собой, углубляясь в изучение вопроса о хоркруксах ради Гарри. Он в любой момент может заблудиться во Тьме, как и Том Риддл. Так имеет ли Поттер право принять подобную жертву? Не проще ли покончить со всем одним махом?
***
Похоже, Снейп был прав, и Гарри не в состоянии без плохих последствий даже задуматься о серьезных вещах. Всю ночь ему снились ужасные сны, никак не связанные с Риддлом, как это бывало ранее. Раз за разом Гарри видел, как Снейп теряет разум и превращается в монстра, похожего на Волдеморта, как он сеет зло и смерть вокруг себя.
– Нет! Северус, не надо!.. Лучше я умру! Не смей!.. Ты нужен мне! Я не смогу жить, если ты уйдешь туда! Я не прощу себе… – Гарри метался по кровати, из-под его ресниц катились слезы, руки комкали мокрые от пота простыни, а голос был пронизан такой болью и печалью, что кровь стыла в жилах. Снейп, поднятый из постели взволнованным Кричером, в священном ужасе взирал на Поттера, не находя в себе сил прекратить его мучения из-за кошмара. Он знал о вещих сновидениях и верил в них. Слишком уж тесно переплетались реплики страдавшего во сне Гарри с его личными мыслями о собственном возможном будущем. Волшебный мир был полон непостижимого, и ночные видения Поттера, несомненно, являлись предупреждением о грядущем. Но Северус понимал, что у него нет другого пути, чем тот, который уже выбран, если он хочет помочь парню.