Никому не позволю (СИ)

«Темному Лорду.
Я, вероятно, умру раньше, чем это будет тобой прочитано, но хочу, чтобы ты знал – это я разгадал твой секрет. Я забрал настоящий хоркрукс и намерен его уничтожить. Надеюсь, когда ты встретишь соперника, равного тебе по силе, ты снова станешь простым смертным.
Р.А.Б.»
– Дамблдор не ошибся – там и в самом деле должен был находиться хоркрукс, но мы опоздали, – Гарри взял медальон и повертел в пальцах, разглядывая его. – Он смахивает на тот, который Риддл украл у Хепзибы Смит – директор показывал мне в воспоминаниях. Но там были нарисованы не цветы, а… такая красивая витая буква «S», ведь то был медальон Слизерина, – задумчиво произнес Поттер. – Значит, директор зря чуть не погиб, – он сложил записку и вернул ее в медальон. – Это все, что я планировал срочно выяснить, сэр.
– Обстоятельно поговорим на отработке, Гарри, – Снейп перешел на доверительное обращение, заметив, как расстроился Поттер из-за неудачи в поиске хоркрукса.
– Спасибо, что помогли, сэр. Доброй ночи, – Гарри положил медальон в карман, накинул на голову капюшон и активировал замечательные свойства мантии, став невидимым.
Северус еще несколько долгих мгновений глядел на дверь, закрывшуюся за Поттером, словно ожидал, что тот возвратится и поделится историей о том, куда они ходили с Дамблдором. Покладистость Гарри, проявлявшаяся в последнее время чаще и чаще, все еще оставалась непривычной. Снейп тряхнул головой и, запечатав вход надежными чарами, отправился спать – для плодотворных размышлений над ситуацией требовались подробности, а их пока не было.
***
Гарри проснулся от захлестнувшего его чувства опасности. Он резко откатился вбок, а затем вскочил на ноги прямо на постели, по пути прихватив волшебную палочку, с недавних пор постоянно «ночевавшую» под его подушкой, и выставив ее в сторону, откуда несло угрозой. В комнате было еще порядком темно, что говорило о раннем часе, но света, вливавшегося в окно, было достаточно, чтобы рассмотреть неподвижно замершего у кровати домовика: на его морде отразился искренний испуг, а огромные глаза, казалось, готовы были вылезти из орбит.
– Что тебе нужно? – то ли ото сна, то ли от страха (что там скрывать – сердце Гарри все еще никак не могло успокоиться) голос был сиплым, будто слова драли горло, а вопрос прозвучал довольно грубо.
– Д-ди… Д-ди… – эльф не отводил взгляда от кончика волшебной палочки, направленного аккурат ему в лоб. Гарри, заметив это, опустил руку с палочкой, но расслабляться не спешил. – Д-директор передал вам записку, – наконец выдавил из себя незадачливый почтальон и протянул кусочек пергамента.
– С чего бы это профессору Дамблдору посылать тебя в такую рань? – подозрительность, добросовестно культивируемая Снейпом в Поттере, дала неплохие всходы и теперь постепенно разрасталась.
– Д-директор дал задание Трикси доставить послание мистеру Поттеру, когда тот проснется. Трикси ждал, – пояснил домовик, состроив честную-пречестную мордочку. Стоило забрать у него послание, как он моментально исчез, сбегая подальше от нервного Поттера.
«Гарри, зайди ко мне перед завтраком и принеси ту вещь. Я люблю кислотные леденцы».
Прочитав единственную строку записки, Поттер криво усмехнулся – Дамблдор всегда выбирал в качестве пароля от прохода к директорскому кабинету название каких-нибудь сладостей. Учитывая, что сна уже не было ни в одном глазу, Гарри решил, не откладывая, выполнить просьбу. К тому же он предполагал что-то похожее еще ночью и именно поэтому торопился показать находку Снейпу. По-быстрому справившись с утренним туалетом, Поттер, кинув напоследок слегка завистливый взгляд на крепко спавших товарищей по комнате, поспешил к Дамблдору.
***
Дверь в директорский кабинет отворилась перед Гарри еще до того, как он успел постучать – его явно ожидали с нетерпением.
– Доброе утро, мой мальчик. Я рассчитывал увидеть тебя несколько позже после беспокойной ночи, – голос Дамблдора был наполнен непритворной заботой, а во взгляде светилось участие.
– Меня домовик разбудил. Вернее, я проснулся из-за того, что он стоял рядом с моей кроватью и пялился на меня, – пояснил Гарри, не скрывая обстоятельств, приведших его к директору в столь ранний час.
  
– Прости, это я виноват. Нужно было послать Трикси позднее. Такова уж природа старости – очень рано встаю, невзирая на то, во сколько лег спать.
– Ничего страшного, я легок на подъем. Как вы себя чувствуете, сэр? – Поттер только сейчас сообразил, что ночью даже не поинтересовался у Снейпа – выживет ли директор? И ему стало стыдно за свою черствость.
– Не волнуйся – все будет хорошо. Я же говорил тебе, что зелье для меня не смертельно, – по тому, как Дамблдор отвел глаза, Гарри понял, что если он и не лжет откровенно, то уж не договаривает чего-то – это точно. Однако вступать в дискуссию настроения не было, да и время поджимало. – Чаю? Или ты не хочешь портить аппетит перед завтраком?
– Нет, спасибо. Давайте лучше разберемся с этим, – Гарри положил на стол медальон, который ему велели принести. – Я рассмотрел его ночью – кажется, он с секретом.
– Ты не раскрывал его? – с тревогой в голосе спросил Дамблдор и сразу же взмахнул над предполагаемым хоркруксом волшебной палочкой. Какие чары он использовал, Гарри не знал, но заметил, что директор явно остался недоволен результатом своего колдовства.
– Нет, не раскрывал. Но убрал с него остатки зелья. На всякий случай. Надеюсь, я ничего не повредил? – Гарри вдруг вспомнил, что Снейп применял очищающие чары. – Что-то не так, сэр? – Дамблдор не сумел скрыть собственной озабоченности, и это не ушло от внимания Поттера.
– Похоже, Гарри, мы зря столько с тобой старались. Это не хоркрукс, – тяжкий вздох крайнего разочарования сопровождал признание. – Видимо, Том не пожалел сил, чтобы устроить ловушки для тех, кто разгадает тайну и начнет охотиться на части его души, заключенные в артефактах.
– Но вы же говорили…
– Я был уверен, что зелье и чары на каменной чаше, откуда мы достали медальон, мешали мне правильно определить природу этой вещи, но все оказалось не так, – щелкнул замочек, и в руках директора очутилась записка, содержание которой уже не являлось секретом для Поттера. – Это действительно не хоркрукс, – Дамблдор, пробежав глазами короткие строки, выглядел удрученным. Он планировал на практике показать Поттеру, как следует уничтожить темный артефакт, и потерял такую возможность. – Кто-то нас опередил, – клочок пергамента перекочевал в руки Гарри, притворившегося, что видит его впервые.
– И что теперь делать, сэр?
– Искать. Искать, Гарри. Конечно, это, – Дамблдор указал на записку, – усложняет дело, потому что мы не можем знать наверняка – удалось ли тому, кто похитил настоящий хоркрукс, обезвредить его, – казалось, что директор за считанные минуты постарел как минимум лет на пять, так сильно огорчила его находка из медальона. – Но ты не должен сдаваться. Необходимо разыскать все осколки души Тома и уничтожить их, чтобы он больше не смог вернуться в этот мир после своей смерти.
– Как с подобным заданием справиться в одиночку? Нужно, чтобы все члены Ордена Феникса подключились к поискам, – Гарри закинул удочку, надеясь выпытать, кто еще в курсе существования хоркруксов.
– Нет. Ни в коем случае! – Дамблдор предостерегающе выставил перед собой ладонь, будто пытался удержать Гарри от опрометчивых поступков. – Если о том, что мы ведем розыск, проведает Том, то наше начинание будет обречено на провал. Он соберет эти страшные артефакты и станет хранить их при себе или там, куда нам точно не удастся добраться – например, упрячет их на дне океана.
– Но мы и сейчас не имеем представления: может, он так и сделал? – Гарри хмыкнул и упрямо покачал головой.
– Поверь, мальчик мой, я знаю, о чем говорю. Пока я жив, буду содействовать тебе в поиске, прилагая максимум усилий. Однако… – Дамблдор задумался на пару секунд, а потом, словно решившись на что-то, кивнул сам себе. – Пожалуй, ты все же прав, тебе потребуются помощники на этом нелегком пути. Твои друзья – Рон и Гермиона – полагаю, не откажут тебе в поддержке. Поэтому можешь рассказать им о хоркруксах, но будет лучше, если ты заручишься их клятвами о неразглашении. Это слишком важная тайна, от нее зависит будущее всего магического мира. Надеюсь, друзья тебя поймут.