Никому не позволю (СИ)

– Молодец, – скупо похвалил Дамблдор. – Гарри, а где… медальон? – вдруг спохватился он. После минутного отдыха директор стал выглядеть слегка окрепшим.
– Он у меня, – Поттер с готовностью полез в карман, чтобы достать хоркрукс, но его остановили категоричным:
– Оставь! Ты же знаешь, как его можно разрушить? – Дамблдор дождался кивка Гарри и продолжил довольно странным тоном – будто душеприказчик оглашал завещание: – Это теперь твоя забота. Мальчик мой, тебе предстоит долгий и трудный путь. Но счастливое будущее нашего мира достойно любых усилий, не забывай этого. Я всегда верил в тебя и убежден, что ты не подведешь волшебников и поможешь им справиться с самым большим злом, когда-либо угрожавшим им – с Темным Лордом Волдемортом. Это позволит всем жить в мире и радости. Однако помни – победа возможна только после того, как ты уничтожишь все хорк…
– Альбус, получив сообщение Поттера, я подумал, что ты тут лежишь при смерти, – перебила его насмешливая реплика Снейпа, весьма быстро добравшегося к ним из подземелий. – А у тебя, оказывается, достаточно сил, чтобы вести агитацию? – невзирая на свои чуть колкие слова, Северус озабоченно рассмотрел Дамблдора на предмет повреждений и безотлагательно принялся диагностировать его чарами. – Так что произошло? Мне кто-нибудь объяснит, зачем меня подняли среди ночи? – в его тоне не было язвительности, лишь капля нетерпения и деловая сосредоточенность.
– Северус, не трать времени. Уже ничего не поможет. Ты знаешь, что должен сделать, – директор многозначительно уставился на Снейпа, упрямо поджавшего губы. – Давай же… Пожалуйста.
– О чем ты говоришь, Альбус? Я так и не услышал – что случилось? – Северус, поняв, что Дамблдор не намерен отвечать ему, посмотрел на Поттера, надеясь добиться объяснений. Состояние Альбуса его озадачило, и без дополнительной информации он не мог разобраться в ситуации.
– Ммм… Так вышло, сэр, что профессор Дамблдор выпил вот это зелье, – Гарри заметил, что директор проводил переданный им Снейпу флакон пораженным взглядом и даже как-то натужно сглотнул, будто увидел что-то исключительно невероятное. – Я не знал, что предпринять, и на всякий случай напоил профессора универсальным восстанавливающим зельем. А потом мы аппарировали к Хогвартсу.
– Ясно, – пока Гарри сжато рассказывал суть произошедшего, Северус успел оценить содержимое полученного фиала на вид и на запах, после чего кивнул своим мысленным выводам.
– Это яд, сэр? – Гарри, еще находясь в пещере, предположил, что Дамблдор обманул его о снадобье, а после произнесенной несколько минут назад речи подозрения и вовсе окрепли.
– Да, мистер Поттер. Это яд разъедающей вины. Коварный судья с сомнительным чувством справедливости, я бы сказал, – Снейп охотно дал ответ, а затем еще и разъяснил тонкости: – Он абсолютно безопасен для маленьких детей. Однако чем старше человек, тем значительнее шанс, что выжить ему не удастся. Снадобье заставляет выпившего вспомнить все свои неблаговидные поступки, начиная с самых крошечных, и болезненно мучиться от осознания собственной вины. Даже если человек слишком беспринципен и не осуждает никаких своих действий, для срабатывания зелья, достаточно, чтобы он знал или догадывался, что его поступки причинили кому-нибудь вред или неприятности. Чем больше человек совершил того, что достойно порицания, тем быстрее будет разрушаться его мозг под воздействием яда, – казалось, что Северуса не волновал тот факт, что директор отравлен и ему надо уделить максимум внимания.
– Вы сумеете помочь и спасти директора? – Гарри не хотелось становиться тем, кто убил Дамблдора.
– К сожалению, антидот может приготовить только тот, кто варил эту отраву, потому что в нее основательно вплетена магия зельевара, – несмотря на явную угрозу жизни Дамблдора, что следовало из объяснений, Северус оставался исключительно спокойным, и это выбивало Поттера из колеи.
– Прости меня, Гарри, что я не сказал тебе правду. Но так необходимо. Ты должен продолжить начатое сегодня нами. Ты знаешь, о чем я говорю, мой мальчик. Северус, покончим с этим, – Дамблдора заметно раздражало, что Снейп не проявил ни малейшей озабоченности после диагностики его состояния и вполне невозмутимо говорит о свойствах зелья, принесенного из пещеры.
  
– Мистер Поттер, я утолил ваше любопытство? Отправляйтесь спать. Я бы снял баллы с вашего факультета за то, что вы находитесь в такое время за пределами своей спальни, но, полагаю, директор будет возражать, – ехидно бросил Снейп и перевел взгляд на Дамблдора.
– Северус… – предупреждающе прошипел Альбус. Он смотрел укоризненно и возмущенно одновременно. А еще в глубине его глаз мелькало непонимание: почему Снейп противится и не выполнит то, что обещал? Почему прогоняет Гарри, ведь им нужен свидетель? Или надеется, что мальчишка все равно станет подглядывать?
– Поттер, я, кажется, что-то вам приказал! – Снейп чеканил каждое слово, и Гарри не рискнул настаивать на своем присутствии – в конце концов, у него была с собой мантия-невидимка. Дождавшись, когда они с Дамблдором останутся в вестибюле вдвоем, Снейп поинтересовался: – Альбус, ты еще долго собираешься сидеть на ступенях? Они каменные, зад себе застудишь. В твоем возрасте это грозит большими неприятностями.
– Почему ты отказываешься сделать то, что обязан? – директор недоуменно взирал на Северуса. – Почему не прекратишь мои муки и не заработаешь тем самым для себя возможность…
– Чего ты от меня хочешь? И о каких муках ты говоришь? Кстати, о холодном камне под твоей задницей я сказал совершенно серьезно, – Снейп сложил руки на груди и наблюдал, как Дамблдор, покряхтывая, поднимается на ноги.
– Ты упускаешь очень хороший шанс…
– Альбус, ты себя хоронишь, что ли? – бровь насмешливо взметнулась вверх. – Не спеши. Слабость скоро полностью пройдет, выразишь признательность за это Поттеру – он удачно подвернулся тебе под руку с восстанавливающим зельем. Заметь, я не спрашиваю – откуда он знает, чего именно ты нахлебался, да еще и образец яда припас, – Северус показал флакон, переданный ему Гарри. – Идем, я тебя провожу до твоих апартаментов, – он подал руку, предлагая на нее опереться.
– Но ты же сам заявил, что антидот может сварить только тот, кто готовил отраву, – отвлекшись от необходимости что-то внушать Поттеру и перестав думать о неминуемой близкой смерти, Альбус и в самом деле понял, что чувствует себя далеко не так паршиво, как ожидал. Он ощущал, что силы, хоть и медленно, но довольно уверенно заполняли его тело. Дамблдор не стал отказываться от помощи Снейпа, кивком поблагодарив за участие. Он направился к тайному проходу – зачарованная дверь на втором этаже позволяла ему без особых усилий оказаться в личных апартаментах на вершине директорской башни (иначе на посещения Большого зала пришлось бы тратить много времени и энергии).
– Тебе не нужен антидот. Влияние яда по невыясненной причине само прекратилось. Вдобавок яд каким-то способом компенсирует вред, наносимый здоровью проклятием на твоей руке. У тебя имеются догадки? – Снейп уже вычислил причину, но решил слегка потянуть время и узнать, что по этому поводу скажет Дамблдор.
– Магия Тома… Если он варил зелье собственноручно, то магия, которая разрушает мое тело, – Альбус приподнял рукав мантии и посмотрел на скрюченные почерневшие пальцы на пострадавшей кисти, – каким-то невероятным образом мешает яду воздействовать на меня.
– Я считаю, что все именно так и есть, – кивнул Снейп, подтверждая свое согласие с теорией Дамблдора. – И мало того – яд борется с проклятием, и, похоже, у него сейчас наметился чуть заметный перевес усилий. Будем надеяться, так останется и в дальнейшем. Кстати, скорее всего, как раз этим и вызвана твоя сильная слабость, – Северус вслед за Дамблдором шагнул в зачарованный дверной проем, моментально закрывшийся за ними и превратившийся в одно из множества каменных панно замка.
– Ты хочешь сказать, что зелье заблокировало… – Альбус похлопал себя по поврежденной руке, словно боялся озвучить догадку. Он присел на диван в своих покоях, приглашая Снейпа занять место рядом.