Никому не позволю (СИ)

Драко опустился на пол, не заботясь о его чистоте, и слезы безнадежности хлынули из его глаз. Он кричал и причитал, жаловался на судьбу и на свою глупость. Ругал отца за то, что бросил их с матерью, спрятавшись в Азкабане. Высказывал претензии матери за то, что родила его таким несчастливым, и просил у нее прощения, что не в силах ее спасти. Перепало и Поттеру, который якобы герой только на словах. Единственный, кого он ни в чем не рискнул упрекнуть, даже будучи в состоянии истерики – это Темный Лорд. Страх перед ним оказался сильнее желания выставить его крайним в собственных неудачах. Снейп не вмешивался, лишь следил за тем, чтобы Малфой не надумал навредить себе. Показываться ему сейчас было бы опрометчивым решением – тот мог обвинить в уничтожении исчезательного шкафа. И был бы недалек от истины. Если бы Поттер не сделал этого, то Северус и сам бы не лишил столь опасный предмет своего разрушающего внимания.
Минут через двадцать-тридцать Драко перестал сыпать обвинениями, лить слезы и жалобно всхлипывать. Достал из кармана носовой платок и вытер лицо. Выглядел он неважно. Казалось, что вместе с истерикой из него вышла вся жизнь, оставив телесную оболочку пустой. Малфой поднялся на ноги и, даже не потрудившись тщательно привести в порядок одежду, побрел в сторону выхода.
Гарри смотрел на развернувшуюся перед ним картину с доброй долей сочувствия, куда и подевались мстительное презрение и высокомерие победителя, переигравшего своего противника в этом раунде. Он вдруг до конца осознал, что, каким бы гаденышем Малфой ни был – ему тоже и больно, и страшно, что у него есть мать и отец, за которых он переживает. А еще как дым развеялось заблуждение, что в воле человека поступать всегда исключительно правильно. Гарри понял, что бывают ситуации, когда нет иного пути, как пойти на сделку с совестью или нарушить закон, если хочешь выжить.
Малфой уже ушел с площадки, где раньше стоял исчезательный шкаф, но Поттер еще какое-то время боялся сдвинуться с места – при его «удачливости» немудрено устроить грохот и тем самым выдать себя. Он был уверен, что и Снейп притаился где-то рядом. Однако когда отчетливо стукнула входная дверь, выпуская из Выручай-комнаты Драко, и Гарри тихонько позвал:
– Профессор… – в ответ не раздалось ни звука.
Растерявшись, Поттер пару минут пытался сообразить, что ему следует предпринять дальше.
– Гоменум ревелио, – прошептал он, применив чары, помогавшие обнаружить присутствие другого человека в помещении, и которыми, скорее всего, воспользовался Снейп, когда они только вошли в Выручай-комнату, ведь он очень твердо заявил, что, кроме них, никого нет в зале. – Раздери вас мантикора! – выругался Гарри и помчался к двери, не опасаясь наделать шума. Снейп неимоверным образом ухитрился отправиться за Малфоем. По крайней мере, здесь его определенно уже не было.
Коридор встретил прежней пустотой. Ни Снейпа, ни Малфоя там не наблюдалось. Первым порывом было спуститься в подземелья, однако Гарри вовремя остановил себя, вспомнив, что Снейп хотел его и из Выручай-комнаты выпроводить, следовательно, в его кабинете сейчас точно делать нечего. К тому же там, вполне вероятно, мог находиться Малфой, которому теперь срочно требовалась помощь. Потоптавшись еще с минуту на месте, Гарри отправился в башню Гриффиндора, разумно рассудив, что, если он понадобится Снейпу, тот изыщет способ об этом сообщить. Гарри, конечно, было интересно, о чем будут говорить эти двое, но он решил даже не пытаться сунуть нос, остерегаясь недовольства того, от кого зависела и его собственная жизнь.
***
Северус внимательно понаблюдал некоторое время за истерикой Малфоя и, поняв, что даже крайнее отчаяние и безмерный страх перед наказанием не пересилили в том здравый смысл и чувство самосохранения, бесшумно ретировался из Выручай-комнаты. Он надеялся, что Поттер все же сдержит слово и не выдаст своего присутствия. Далеко уходить Снейп не собирался. Так и не снимая с себя чар невидимости, он укрылся сразу за поворотом, ведущим в сторону директорского кабинета, откуда было вполне естественно появиться, когда придет время. Следить из-за угла за дверью, через которую только что вышел, оказалось нетрудно.
  
К счастью, Малфой не задержался. Стоило ему лишь выйти в коридор, как Снейп, отменив действие дезиллюминационного заклинания, привычным размашистым шагом направился следом за ним. Драко услышал звук его шагов, отчетливо раздавшийся в пустом переходе, и оглянулся. Северусу показалось, что с лица Малфоя так и не пропал смертельный страх, возникший еще в тот миг, когда стало ясно, что исчезательный шкаф разбит вдребезги и выполнение приказа Темного Лорда отныне невозможно. Однако с расстояния пятнадцати ярдов судить наверняка было сложно – свет магических факелов, освещавших коридор, не позволял видеть все с предельной четкостью. Драко дернулся, словно хотел сбежать, но Северус его опередил, пресекая эту попытку:
– Мистер Малфой? Что вы забыли в этой части замка перед отбоем?
Драко пришлось остановиться, но отвечать он не спешил, дожидаясь, пока декан поравняется с ним, и что-то активно продумывая.
– Я вам задал вопрос, – Снейп приблизился к Малфою, окинув его требовательным взглядом. – И что это за внешний вид?
– Простите, – Драко нервно одернул задравшийся рукав мантии, но этим и ограничился. – Я шел… Вы все еще готовы мне помочь, как говорили перед Рождеством? – вдруг выпалил он. Снейп был более чем рад такому направлению его мыслей, однако никак этого не показал, недовольно прошипев сквозь зубы:
– Не здесь! В мой кабинет. Живо! – и ни на мгновение дольше не задерживаясь, стремительно зашагал прочь, даже не поинтересовавшись, поспевает ли за ним Малфой.
***
Минут через десять Северус надежно запер дверь своих комнат за Драко, настороженно переступившим порог. Похоже, тот по пути успел взять себя в руки, а желание выжить любой ценой теперь активно подсказывало ему вероятный выход из патовой ситуации, в которую он попал. Лишь его щеки лихорадочно пламенели на бледном лице, как ягоды остролиста на снегу, да решительно светились серым холодным огнем глаза. Снейп не стал занимать место за своим столом, желая иметь возможность взирать на собеседника свысока в прямом смысле слова. Малфой – это не простодушный Поттер. Драко с детства учили, что мир завоевывают хитрые и изворотливые, поэтому с ним следовало держаться осторожно.
– Итак, мистер Малфой, что именно вас интересует? – опершись бедром о столешницу и сложив руки на груди, осведомился Снейп, впившись пристальным взглядом в его лицо.
– Вы тогда говорили, что хотите мне помочь выполнить задание… Темного Лорда, – Драко смотрел в пол, пряча глаза и не рискуя выдать свою жажду подставить вместо себя кого-то другого под занесенный судьбой топор палача.
– Неужели? – бровь Снейпа иронично изогнулась. – Мистер Малфой, вы что-то путаете, – жестко припечатал он. – Я говорил не о своем желании, а о возможности содействовать, если вы мне доверитесь. Но вы заявили, что справитесь и сами. Разве не так? – Северус не поскупился на язвительность в собственном тоне. Он уже жалел о том, что вообще пошел на поводу у Нарциссы и связался с этим наглым щенком – ее сыном. Драко никогда не нравился Северусу как человек: предельно самолюбивый, до крайности заносчивый и высокомерный, подлый и невероятно трусливый. Хотя как успешный студент он для большинства мог служить достойным примером. Уже то, что Драко взялся за ремонт исчезательного шкафа, как об этом упоминал Поттер, много говорило о его уровне образования. Северусу досадно было наблюдать, что столь светлая голова досталась такому ничтожеству, обделенному и крохами душевности. Если Малфой когда-то и был открытым и добрым ребенком, то дошкольное воспитание напрочь вытравило из него даже следы подобного. Его отец был снобом до мозга костей, а единственной добродетелью матери являлась безмерная любовь к своему сыну.
– Я не думал, что это окажется так сложно, – несмотря на плачевное состояние дел, Драко не опустился до жалоб и ограничился лишь констатацией факта. – Сэр, вы должны мне помочь, иначе я не успею…