Никому не позволю (СИ)

– Ладно, просто спущусь с тобой туда, – полностью отказываться от своего Рон не хотел. – Ты же знаешь этих трусов, на двоих они не посмеют напасть.
– Я возьму мантию, – Гарри произнес последнее слово с нажимом, уточняя тем самым, что речь идет о мантии-невидимке. – Меня никто не увидит, следовательно, и цепляться не будут.
– Хорошо. Однако не рискуй зря, – сдался наконец Рон, понимая, что при таком раскладе станет только помехой.
– Постараюсь, – бросил Поттер и помчался в спальню относить учебники. Накануне он не ходил к Северусу, а десяти минут, проведенных в его присутствии в директорском кабинете, было мало для того, чтобы запастись достаточным зарядом уверенности в своих силах, необходимых для преодоления жизненных трудностей. Так что он чувствовал заметную потребность в обществе Снейпа.
***
Лишь достигнув подземелий, Гарри вспомнил, что в спешке так и не взял с собой мантию-невидимку. Досадуя на свою рассеянность, он спустился по лестничному маршу, вступив на условную территорию слизеринцев. До апартаментов Снейпа оставалось не так уж и далеко: следовало дойти до развилки почти в самом конце коридора и возле кабинета зельеварения свернуть направо – путь налево после пары переходов привел бы к гостиной Слизерина.
– Поттер! А что это ты без эскорта? Теряешь позиции? – вышедший навстречу шестикурсник Харпер насмешливо ухмыльнулся, а сопровождавшие его Крэбб и Гойл, после побега Малфоя примкнувшие к нему, засмеялись, словно услышали удачную шутку. – И вообще – что ты делаешь в наших подземельях? – злобно насупившись, Харпер остановился посреди коридора, вместе с гороподобными дружками практически перекрыв дорогу.
– Забыл перед тобой отчитаться, – тихо огрызнувшись, Гарри попробовал обойти недружелюбно настроенную компанию, но ему не позволили.
– Ты не торопись! Я тебе вопрос задал. Нам интересно получить ответ, не так ли, ребята? – Харпер выразительно посмотрел на Винсента и Грегори – скорее, чтобы напомнить Поттеру про их славу драчунов, чем ради желания узнать их мнение. – К тому же из-за твоего Уизли наш факультет сегодня потерял двадцать баллов. Не расскажешь, зачем он Снейпу был нужен и кто это приходил в школу?
– Вот у Снейпа и спроси, – Гарри, хоть и держал себя в руках, но чувствовал, как злость постепенно набирает обороты. Он снова предпринял попытку отправиться дальше, но, как и прежде, безуспешно – Гойл, нагло скалясь, пихнул его в плечо, с легкостью отбросив назад.
– Ты не умничай, а отвечай! – Харпер, получив наглядное доказательство физического превосходства своих дружков-громил, вошел в азарт. – Не то мы сейчас объясним тебе, как необходимо разговаривать с чистокровными, и не поглядим, что ты любимчик свихнувшегося Дамблдора. Надо же – герой, – последнее было произнесено крайне язвительно. – Проверим, какой ты герой без нищеброда Уизли и остальных таких же голодранцев.
Винсент и Грегори, будучи как минимум на голову выше ровесников и раза в два шире любого из них, принялись ради развлечения толкать Гарри друг к другу, как мяч. Но Поттер извернулся и отбежал на несколько шагов назад, его волшебная палочка тут же направилась в сторону противников. По хорошему, ему бы следовало возвратиться в свою гостиную и не провоцировать Харпера и его «свиту», но характер не позволял отступить, да и Снейп, предупрежденный о визите, явно уже ожидал.
– Уйдите с дороги, не то… – Гарри хотел еще что-то добавить, но у него тут же вылетело, что именно, потому что в его ушах отчетливо прозвучало: «Что ты с ними возишься?! Оглуши – и иди, куда планировал!» В первое мгновение тошнотворной волной накатил страх. Том-огрызок неделю молчал, не давая о себе знать, и Гарри успел забыть, как это жутко, когда ты слышишь того, кто существует в твоем же теле.
– Угрожаешь? Нас больше, если ты не заметил, а это – бесспорное преимущество, – демонстративно медленно доставая волшебную палочку, дерзко бросил Харпер. Крэбб и Гойл повторили его действия, и теперь в Поттера целились трое слизеринцев, от которых ничего доброго ждать не приходилось. – Так что или проваливай, или отвечай на мои вопросы!
  
«Что ты уши развесил и труса из себя корчишь?! Ступефай! Круцио! Орбис! Покажи им их место!» – завопил в голове Огрызок, и несколько дезориентированный таким напором Гарри ответил ему:
– Заткнись! Я тебя не собираюсь слушать!
– Ты будешь меня слушать! – заорал Харпер, разозленный ненавистью в тоне Поттера. Откуда ему было знать, что слова предназначались не ему. – Тебе здесь нечего делать! Ты вообще должен был в колыбели сдохнуть и никому не портить жизнь!
«Да как он посмел кричать на тебя?! Накажи его! Экспульсо! Круцио! Убей! Авада Кедавра! Авада Кедавра!» – словно сумасшедший бесновался Том-огрызок.
Из-за раскомандовавшегося куска души Риддла, отвлекавшего на себя внимание, Гарри чуть не пропустил летевший в него Ступефай, увернувшись в самый последний миг. Он и не заметил, кто из троих противников бросил в него проклятие. Возмущение безосновательным нападением, точно смерч, закружило в Поттере эмоции, перемешивая их и вызывая желание послушаться совета Огрызка и проучить Харпера и зарвавшихся сокурсников.
«Давай, покажи им, на что ты способен! Я же знаю, ты жаждешь расквитаться с ними! А если боишься, дай мне постоять за нас! Как-никак, они и меня оскорбили, ведь я – это ты! Ударь Экспульсо – пусть их кишки размажет по стенам!» – не умолкал Том-огрызок.
Случившееся выбило почву из-под ног Поттера, судорожная попытка блокировать выступление подселенца привела к приступу головной боли, а три волшебные палочки, нацеленные прямо в лицо, не оставляли шанса избежать столкновения. Гарри уже готов был поддаться уговорам и применить магию, чтобы хотя бы обездвижить соперников, кончик его палочки даже начал вырисовывать в воздухе необходимый символ для колдовства, а с языка почти сорвалось заклинание, когда в конце коридора появился стремительно приближавшийся Снейп, в мгновение ока оценивший ситуацию и грозно рявкнувший:
– Прекратить! Что здесь творится?! Поттер, двадцать баллов с Гриффиндора! Следуйте за мной! А вы, – он сердито зыркнул на Харпера, Крэбба и Гойла, – марш в гостиную – потом поговорим! – слизеринцы, знакомые с крутым нравом декана, проворно испарились, будто их тут и не было.
«Его только не хватало!» – злобно возмутился Том-огрызок при виде Снейпа, и Гарри вдруг захлестнула волна невыносимой боли, огненной лавой забурлившей в голове. От шока он застыл с поднятой для колдовства волшебной палочкой, так и не произнеся слов заклятия, пальцы другой руки помимо воли изо всех сил прижались к виску в надежде унять мучительную пытку. Он с трудом удерживал глаза открытыми и крепко сжимал зубы, чтобы не закричать – болезненная пульсация, казалось, раз за разом взрывала его мозг.
«Не смей к нему подходить! Он предатель! Не пей его зелий! Я не разрешаю тебе! Возьмись за ум, идиот! Он же тебя убьет! Позволь мне с ними всеми разобраться!» – Том-огрызок сменил тему, но не умолкал, продолжая горланить в сознании Поттера, словно ощутив слабину в его стойкости.
Северус заметил, что с Гарри творится что-то непонятное, поэтому довольно бесцеремонно отобрал у него волшебную палочку во избежание дополнительных неприятностей, схватил за руку и силой потащил к себе в кабинет. Со стороны это выглядело так, будто Снейп сильно разгневался на Поттера и превысил свои полномочия, применив физическое принуждение. Учитывая, что чуть ли не все в школе знали об их обоюдной антипатии, подобная картина не должна была вызвать лишнего подозрения у свидетелей происшествия.
Впихнув Гарри в гостиную, Северус торопливо вошел следом и тут же запечатал за собой дверь.
– Что с тобой? Говорить можешь? – на всякий случай он держал дистанцию, не имея представления, чего ожидать. Ведь нельзя было исключить и того, что осколок души Риддла изловчился и взял верх в борьбе за тело, поэтому и палочку Северус отнял первым же делом.
– Он орет у меня в голове. Больно… очень… – успел произнести Гарри до того, как его ноги подкосились, а он начал оседать на пол, из последних сил цепляясь за реальность и стараясь не лишиться чувств.