Хранительница (СИ)

- Мы перешли на «ты»? – ошарашил он меня, протягивая обратно бокал.
- А ТЫ полагаешь, что после нашего тесного контакта уместно Выкать? – ехидненько довела до него свою позицию, акцентируя особое внимание на местоимениях.
Он сверкнул глазами и ничего не сказал, так и не притронувшись к еде. У меня закралась мысль, а не отравлена ли она, которую я поторопилась озвучить. Скорчив особо страшную гримасу, мужчина меня озадачил: «Вот ты мне это и скажи». Прервав пережёвывание какого-то овоща, по вкусу похожего на помидор и проглотив его, закашлялась. Отдышавшись, немного неуверенно произнесла: «А у тебя, случайно, колечка, определяющего различные добавки к еде, нет?» И сделала глазки кота из Шрека.
- Какие добавки? Конкретнее – потребовал уточнить он.
- Ну не знаю. Яды, привороты, отвороты, усиление желания, подавление сознания, сыворотка правды, наконец – раздражённо перечислила я всё что могла вспомнить, начиная закипать.
Хлебнула выпивку, поморщилась, но быстренько закусила. Улыбнулась, начиная привыкать к этому вкусу, тепло разливалось по всему телу, расслабляя. Мысленно махнув рукой на этого скрягу (что ему впадлу провести колечком над едой?), схватила вилку и продолжила закусывать. Молчание затягивалось, а взгляд, препарирующий меня, начинал бесить. Я не выдержала первой.
- Ты никуда не торопишься? – с надеждой спросила своего случайного собутыльника.
- Не тороплюсь, более того, завтра я целый день посвящу тебе – последовал ответ.
Вот гадство. Только этого не хватает. Я не знаю где ванная, туалет, гардероб, а он всё зыркает. И чую туалет мне понадобиться уже в ближайшее время. Вздохнув, подняла бокал, отсалютовала ему.
- За тебя! – и залпом выпила остатки, расплываясь в улыбке. Я наелась, мне хорошо, спешить не куда и положив под голову ладонь, поставив локоть на стол, принялась рассматривать мужчину напротив.
Он сидел, откинувшись на спинку кресла с видимым безразличием, но в глазах застыло нечитаемое выражение. Вся его поза кричала о замкнутости, руки скрещены на груди, нога закинута за ногу. Сейчас, когда он не корчит никаких яростных гримас, его лицо можно было бы назвать красивым. Шрам, пересекающий бровь, придавал изюминку, второй же – делящий щёку, портил всё.
Просидев так некоторое время, в мою пьяную голову закралась мысль, что неплохо узнать мягкость его волос. И вообще, если он моя вторая половинка, то грех не воспользоваться тем, что в руки само пришло. Мысли этого направления вызвали лукавую улыбку и вполне определённое желание. Мне страшно, до жути, захотелось дотронуться до его тела. Чего я робею? Непонятно. Надо выпить для храбрости. Глянула на стол, мой бокал пуст, а его не тронут. Улыбнувшись мужчине, встала. (А хорошо ноги отнялись). Сделала пару шагов к заветной цели, подхватив его бокал. Он не пошевельнулся. (Ну и ладно). Глотнув спасительной жидкости, похлопала его по верхнему колену: «Сними ногу». Какой послушный мальчик. Улыбка не хотела никуда исчезать. Закинув свою ногу и усевшись к нему лицом на его же колени, поднесла бокал к губам.
Молчун следил за мной, не отрываясь и, казалось, затаил дыхание. А моя левая рука подбиралась к его затылку. Отхлебнув ещё и держась одной рукой за шею мужчины, развернулась к столику в пол оборота и поставила мешающий мне бокал на место. Всё. Руки свободны. И вторая присоединилась к своей подружке, зарывшись в смоляные волосы. Кайф. Прикрыв глаза, я отдалась ощущениям, а руки блуждали уже по спине мужчины, то и дело, натыкаясь на шрамы. Открыв глаза, заметила, что мой подопытный, тоже прикрыл свои, наслаждаясь и впитывая тактильные ощущения. Подавшись вперёд и наклонившись к уху, спросила: «А почему ты не уберёшь свои шрамы?» - продолжая обводить пальчиком некоторые. Мужчина напротив, распахнул глаза и, не отрывая взгляд от моего лица, резко бросил: «Кто ты?» Его голова подалась вперёд, и между нами почти ничего не осталось.
- Твоя единственная – с чарующей улыбкой произнесла я, при этом нервно облизывая губы.
А он с рычанием набросился на меня, сминая мои губы, желая наказать, подчинить, но не на ту напал. Я отвечала ему со всей страстью и изголодавшейся душой. Руки хаотично блуждали, губы проигрывали схватку темпераментов. На смену кипучего желания приходила щемящая нежность. Наконец мои губы отпустили и дали глоток воздуха, хотя в тисках, что я оказалась, не так-то просто вздохнуть. Прижав меня к своей груди, он зарылся в волосы.
 
- А как тебя зовут? – задала я волнующий вопрос. Ещё бы узнать, где он находится, полное имя и координаты. Мужчина дёрнулся, отвёл мою голову и посмотрел в глаза.
- Маркус – наконец последовал ответ.
Боже, что за голос, я готова его слушать вечно. Пускай рассказывает всё, что угодно, а я буду кайфовать. Поцеловав его в щёку, прошептала: «Избавься от него, он мне не нравится».
Руки, сжимающие меня, стали железными, так напрягся мужчина.
- Что ещё тебе не нравится? – ехидно поинтересовался он.
- Всё остальное нравится – вдохновенно заверила я. – Даже готова смириться со спиной, если тебе так важны воспоминания о боях и победах, поражениях и предательстве. Но  это – мгновенный поцелуй в щеку – ужасно. Таким лицом только малых деток пугать – закончила, не замечая, что его глаза уже не излучают тепло.
- Ты тоже испугалась? – глухо прозвучал вопрос.
- Испугалась – отстранённо подтвердила, вспоминая, как попала в это тело. Мужчина дёрнулся. Отстранилась, заглядывая в его бездну, решаясь и ныряя в омут с головой.
– Мне очень было страшно, тела не чувствую, что происходит не понимаю. Потом  вспомнив, почему я здесь очутилась, меня немного отпустило. Но даже сейчас, не зная, сколько это продлится, и когда я вернусь домой, мне страшно. Вдруг я застряла здесь навсегда? – мои слова перешли на шепот. – И где здесь? Я не знаю. Какой город? Мир? Я конечно безумно рада, что у меня есть вторая половинка, но произнося «детские стишки», не ожидала врезаться в чужую личную жизнь – обняла я со всей силы мужчину. – Поэтому ты, на фоне моих собственных страхов, меркнешь, извини.
Уткнувшись обратно в рубашку и ожидая как минимум криков и изгнания дьявола, затихла. Меня начало отпускать и опять всё стало безразлично. Выплеснув свои проблемы на невольного слушателя, поняла, что сил уже не осталось и хочется освежиться и спать. Моё бодрствование не закончится.
- Ты в Столице Империи, мир Энор – опять заговорил Маркус.
- Это хорошо, теперь я знаю, где ты  - сонно проговорила, зевая. – Я тоже собиралась в Столицу, прикупить кое-что, может и увидимся.
- Что с тобой случилось? – не успокаивался мужчина. – Я могу тебе помочь?
- Помочь? Не знаю. А случилось? Магическое истощение с физическим. Перенапряглась я, немного не рассчитала силы, когда лечила одного человека. Вот и получила откат. Выкинуло меня из тела вечером. Бродила, пыталась вернуться обратно, а потом вспомнилось гадание на вторую половинку. Произнесла и оказалась тут – с грустью дополнила свой рассказ. – Надеюсь, как только тело восстановится, оно меня обратно притянет.
Развернувшись, взяла бокал и пригубила, смакуя жидкость.
- Вспомнила! – подпрыгнула я на коленях. – Я же предупредить тебя хотела, а потом отвлеклась – заглядывая в глаза и краснея, шепча окончание фразы и вспоминая как. Взгляд опять перешел на губы, руки зарылись в смоляные волосы, сидеть стало не очень удобно, всё мешало.
- Не отвлекайся – прошептали мне на ушко, поглаживая спину – Что сказать хочешь?
Уже расслабленная я, попыталась собраться, но мысли уходили в другое направление.
- Хочу в душ, ванную, туалет – озвучила своё желание. - Отнесёшь?
Меня без дальнейших разговоров подняли и доставили в ванную. Поцелуй в губы расслабил, и я опять забыла обо всём на свете, блаженствуя и наслаждаясь. До тех пор, пока холодная вода не полилась на меня. Не ожидая такой расправы, я спрыгнула с рук Маркуса с руганью, попытавшись сбежать от дождя. Но не тут-то было, мы находились в бассейне, который до этого был пуст, а сейчас заполнялся холодной водой. Этот гад смеялся, а я даже не заметила, как меня сюда принесли. Он почти сухой, а … тучка движется за мной и поливает, словно я цветочек (мать его).