?Офень флая федьма (СИ)

— О как! — сосед поспешил ко мне. — А молодой ли он? Может, выставил его кто за ненадобностью? Ну-ка, поглядим. — Схватил Тимьяна за рога и сунул тому пальцы в рот. — Резцы хорошие, не старый козел, — кивнул одобрительно. — А по-мужски? — развернул его к себе задом. Взгляд Тима обещал мне все кары небесные, пока проходил осмотр «причиндалов». — Смотри-ка, отличный козел! — одобрил Афанасий. — Кто ж такого выгнал?
  
— Сама не знаю, — соврала старику. — Может, сбежал этот гад? А потом потерялся. Возьмете?
— Отчего ж не взять-то, возьму, — сосед довольно улыбнулся. — В разведение пойдет, как раз молодки сганиваются, козла требуют. Ну, а коли козлят от него не будет, так на холодец сгодится. Все одно польза в хозяйстве-то. Спасибо тебе, Марьянушка!
— Пожалуйста! — я посмотрела вслед мужчине, что тащил Тимьяна, упирающегося всеми четырьмя копытами, и крикнула вслед, — вы построже с ним, дядя Афанасий, дурковать он любит, невоспитанный, всю калитку мне рогами поцарапал!
И другую «калитку» тоже покоцал — до сих пор на сидушке синяки болят после того, как он меня чуть в канаву пенделем рогатым не отправил. Но об этом умолчу, я ж приличная все-таки ведьма, а не какое-то невоспитанное помело!
— Воспитаю, не боись, шелковый станет! — донеслось в ответ.
— Бяяяяяя! — на всю улицу взмолился Тим.
— Так тебе и надо, — под нос пробормотала, поставив жирную галочку напротив пункта «пристроить мужа-козла», и вернулась в дом.
Но покой мне даже и не снился. Едва успела паучка Шушу почесать по белой спинке, пушистой, как одуванчик, как в дверь постучали.
Неужто дядя Афанасий решил козла назад возвертать, так как раскусил мерзопакостную скотинку? Он ведь ведьмак, хоть и слабенький.
Посадив Шушу на плечо и натянув на лицо улыбку — уже с трудом, каюсь — открыла гостям. Улыбка тут же трусливо сбежала с губ, когда я увидела на пороге Бореслава, густоусатого пузатого жандарма, любящего пристрожить всех, от плачущего на улице карапуза до мэра нашего городка. Не зря за глаза, блекло-голубые и глубоко посаженные, его звали Клещом. Все знали — если хочешь, чтобы твою жалобу на соседа, что слишком громко кричит на супругу или кляузу на муниципалитет, позволяющий сосулькам красоваться на крыше, не положили в долгий ящик, иди к Бореславу.
За Клещом маячила, тянула шею Клара. Ясненько и понятненько. Вот неугомонная ябеда, Клеща на меня науськала. Что за день такой сегодня, а? Чем я прогневила небесные светила, вставшие для бедной ведьмы в позицию «ядреный кукиш»?
— Добрый вечерочек, я по делу, позволите пройти? — бодро отрапортовал жандарм, трепетно, будто младенца, прижимая к груди синюю папку.
Шуша протестующе зашипел, вскинув лапки.
— Конечно, — я снова улыбнулась, хоть щеки и сводило судорогой, ведь знала — пустишь его в дом, застрянешь на несколько часов.
Дотошнее нашего Клеща только жена, нашедшая на шее мужа засос. Не отпустит, пока всю правду не выведает. Не захочешь, а во всем признаешься и все, что угодно, подпишешь, лишь бы отвязался и отбыл восвояси.
— Желаете чаю? — проявила любезность и захлопнула дверь перед носом Клары. Жаль не прищемила его.
— Простите, откажусь, — Бореслав помотал головой и подкрутил ус. — Я при исполнении.
Ишь ты, а вечером ведь ужинать в таверну придешь, исполнительный наш. И половину меню скушаешь, знаем тебя.
— Присаживайтесь, — указала ему на диван и села в кресло напротив. — Что вас привело ко мне, уважаемый?
Перефразируя для себя: какая еще пакость свалилась на меня сегодня, чтобы ведьма уж точно не скучала и все свои извилины стерла до дыр, придумывая, как выкарабкаться живой из-под той горы сюрпризов, что судьба сегодня щедро презентовала на мою рыжую голову?
  
Глава 11
 
Жалоба
 
— Привела меня к вам, как служителя закона, жалоба госпожи Клары, — отрапортовал Бореслав, оправдав мои ожидания, и, достав из папки хрусткий лист желтой бумаги, отдал в мои руки. — Ознакомьтесь.
Да и так ясно, что она настрекотала Клещу. Я пробежала кляузу глазами и поперхнулась.
— Обвиняет в убийстве Тимьяна? — подняла глаза на жандарма. — Но, помилуйте, это же бред! У моей золовки чересчур буйное воображение.
— Все понимаю, — он кивнул. — Проблема решается просто, госпожа Марьяна, предъявите супруга и дело закрою тут же.
А вот с этим у нас проблемка. Я заерзала, отведя взгляд. Не предъявлять же ему козла? Нет, никто не сомневается, что Тимьян — козел. Кроме, разве что, наивной ведьмы по имени Марьяна. Да и она тоже прозрела, выбора не осталось. Выковыряла из глаз осколки от розовых очков, что всегда бьются линзами внутрь, и продолжила жить.
Так что с принадлежностью Тима к рогатым сомнений не возникает. Но не в буквальном же смысле мне это копытное приводить под пытливые очи Бореслава. Н-дась, задал супруг задачку!
— Видите ли, уважаемый, — начала я. — Мы с мужем немного поссорились.
Шуша на моем плече заерзал.
— Можете не продолжать, — перебил жандарм. — Все знают о вашей проделке с рогами, госпожа Марьяна. — Он стрельнул глазками по сторонам и, понизив голос, добавил, — вы знатно нас всех повеселили, должен признать!
Откуда? Как? Я осталась сидеть с открытым ртом. Когда успели-то⁈ Не успела сделать, а уже все в курсе. Вот таков наш Ведьмоград, название громкое, а городишко маленький. Едва ли не деревенька, где вести о происшествиях со скоростью ветра разлетаются.
— В этом городе феноменальная скорость распространения сплетен! — пробормотала, покраснев.
— Полностью с вами согласен. От бдительных сограждан ничего не утаить.
— Ну, раз так, то и говорить больше не о чем, правда? — я лукаво улыбнулась.
— К-к-как это? — Бореслав заморгал.
— Вы же сами подтвердили, что сплетни разносятся быстрее, чем аромат свежей выпечки, — развела руками. — Коли так, то если бы были правдивы обвинения Клары, то весь Ведьмоград давным-давно знал бы об этом. И меня ждал бы костер на площади — из хвороста и дров, собранных заботливыми согражданами.
Золовка бы так и вовсе расщедрилась бы и, как минимум три сосны лично притащила бы, чтобы мне ярче горелось. Ну, или по своему обыкновению припрягла помочь какого-нибудь невезучего родственника, это она умеет.
— Как вы хитры! — восхитился жандарм, погрозив пальцем. — Простите, но по протоколу я обязан отреагировать на столь серьезное обвинение и произвести расследование.
— Проводите, — пожала плечами. — Препятствовать не буду.
— Тогда впустите госпожу Клару в дом, будьте любезны.
— Это еще зачем?
Шуша на моем плече снова зашипел.
— Он точно не кусается? — пробормотал Клещ, отодвинувшись подальше.
— До сего дня за ним такого не наблюдалось, — я усмехнулась. — Но все меняются со временем, не так ли?
— Добрый вечер! — в гостиную вошли дети.
Мои дети, хоть Тимьян и принимал непосредственное участие в их изготовлении. Катерина смотрела настороженно — понимая, видимо, что жандарм не просто так в гости заглянул, время за приятной беседой скоротать. Темноволосый Афоня сосредоточенно дожевывал пряник, а наши двойняшки, блондинчики Сева и Маша, уже зевали.
— Приятно, когда молодежь хорошо воспитана, — отметил Бореслав.
— Хорошие мои, поднимайтесь пока в свои комнаты, — велела я. — А мы пока тут решим некоторые вопросы. — Дождалась, когда хлопнули двери наверху, и продолжила, — так зачем же нам Клара?
— Затем, что она должна по закону присутствовать при обыске за неимением понятого, — как ни в чем ни бывало пояснил Клещ.
— Обыск?.. — я подавилась этим словом.
— Да, вот постановление, — в руки лег новый желтый лист, а жандарм поднялся, с азартом потирая руки. — Приступим!
  
Пока он с видом охотничьей собаки что-то вынюхивал на нижнем этаже, я ничего не имела против. Только все вымыла. А вот когда этот кондобобер вместе с Кларой начал подниматься на второй этаж, запаниковала. Еще немного, и в моей спальне обнаружится забинтованный по рога демон. Как все это прилично объяснить?