Клан Волка. Том 5. Наследник

Одним взмахом клинка разрубил воронку каменных плит, что вертелась вокруг. С грохотом и треском всё рухнуло на пол, а я немедля пошёл на отца.
Тот не дрогнул и не отступил ни на шаг, хоть и понимал, что теперь его сын сильнее него самого.
– Ты доволен, папа? Дово-о-олен? – спросил я грубым и тягучим голосом Следопыта. – Таким ты хотел меня видеть, да?
В его глазах блеснули слёзы, то ли горечи, то ли восторга.
– Мой мальчик…
Я подошёл и приставил меч к его шее. Острие клинка прижалось к коже и моментально оцарапало её до крови.
Отец замер, не сводя с меня взгляда.
– Отдай мой атлас, папа, – тихо сказал я. – А заодно и свой. Все реликвии Колидов должны быть у меня.
– И кубки отыщешь? – недоверчиво уточнил он.
– Я и так знаю, где они.
Он медленно завёл руку назад, за пояс, и вытянул два блокнота.
– Забирай. Если ты намерен восстановить род Колидов, как считаешь нужным, я не буду тебя держать. Но обещай, что когда-нибудь познакомишь меня и маму со своим сыном или дочерью. Такими же сильными, как ты.
Я забрал оба атласа и сунул себе за ремень.
– Прощай, папа.
Затем опустил меч, развернулся и направился к двери.
Она распахнулась передо мной сама – отец наконец отпустил меня, позволив сделать свой собственный выбор…
***
Не убирая образа Следопыта, я вышел в пустой коридор подземелья, освещённого резными ледяными фонарями, и направился вперёд – куда, сам пока не знал. Просто шёл, всё дальше и дальше по коридору. Меч в моих руках мерцал, озаряя стены катакомб кроваво-красным светом, как факелом.
Через несколько минут я добрался до одного из подземных залов.
Это была не Атифа. Возможно, какой-то другой город, совсем небольшой: слишком низкие потолки и мелкие простецкие колонны.
Зал охраняли всего два человека – маги в пурпурных доспехах. Увидев меня с мечом, они сначала опешили, даже испугались, а потом оба расступились и склонились в низком поклоне.
Я остановился возле них и спросил прямо:
– Кто, кроме врача и Оракула Тарэта, ещё сюда приходил?
Мне хотелось узнать, кто тут на самом деле всем заправляет. Царица Заварра? Кто-то из подземных магов? Кто-то из высокопоставленных Иномирцев? Кто-то из чароитов или Жрецов?
Этот кто-то должен был проверять деятельность моего отца.
Мне нужно было конкретное имя.
Один из охранников тут же стянул с себя маску. Это был всё тот же одноклассник, Сергей Авдеев, и почему-то у меня сложилось ощущение, что это он подложил мне кулон с фагнумом. В его взгляде было слишком много возмущения – будто ему не нравилось то, что происходит. Возможно, он видел меня в цепях или в отключке, кто знает.
Он переглянулся с сослуживцем и тихо ответил:
– Приходили трое. Чароит Филлин, старший брат Джад. С ним был наш генерал Демьянов. И ещё Оракул Ма.
Меня будто током прошибло. Кто? Оракул Ма?..
То есть учитель Ма, который был всего лишь Настоятелем в Янамаре, теперь стал Оракулом? Ещё и спелся с братом Джад. Хотя что-то подсказывало мне, что они давно знакомы.
Кажется, одноклассник всё никак не мог понять, обработан я Оракулом Тарэта или нет. Он смотрел мне в глаза пристально и с опаской – явно заметил красный блеск фагнума в моих зрачках.
– Где выход? – спросил я.
Он указал налево, на круглую ледяную дверь в стене зала.
– Там лестница. Наверху никого, чтобы не привлекать внимания к месту. Выдавать тебя опасно даже своим. Некоторые ниуды не прочь тебя найти и снять скальп.
– В какой части Котлованов мы находимся?
– На самом западе, у моря. Это одно из тайных убежищ чароита Филлина.
Я кивнул и быстро направился к указанной двери.
Один удар мечом по засову – и круглая ледяная махина отворилась. Никто так и не стал меня останавливать или спрашивать, куда я пошёл, что собираюсь делать, и что вообще происходит.
Охрана понимала, что вставать у меня на пути – значит, распрощаться с жизнью.
Я беспрепятственно поднялся по грубо вытесанной каменной лестнице, и чем выше вели ступени, тем горячее становился воздух. Чувствовался жар Котлованных Земель.
 
Последняя дверь, что отделяла меня от свободы, выглядела тупиком.
Я поднял руку и нарисовал треугольник Цуо, а затем отправил поток Сферы Холода на поверхность стены.
С треском и шелестом каменная плита сдвинулась вбок, открывая мне проход.
Я встал на пороге, глубоко вдохнул раскалённый воздух пустыни и окинул взглядом округу. Чёрные пески, камни и холмы, но не только. Вдалеке синел океан, и даже через горячее дыхание пустыни моего лица касался его солёный бриз.
Ещё раз вдохнув запах свободы, я шагнул через порог.
Надо было срочно уходить отсюда, и желательно не оставив ни единого следа. Дойдя до россыпей камней у подножия холма, я обернулся на скалистый выступ, из которого только что вышел, мысленно попрощался с отцом и быстро нарисовал знак Небытия.
У меня бы не вышло перенестись сразу за границу с Котлованами или вблизи неё, поэтому пришлось вспоминать детали той местности, где больше года назад я, Акулина и наш отряд оставили верхолёт.
Я хотел проверить, нашла ли его Акулина.
Если нашла – значит, скорее всего, выжила, а о другом варианте я даже думать не хотел, хотя и держал его в голове.
Через мгновение я оказался на том самом месте, у того самого каменистого холма. Весь этот мёртвый пейзаж так сильно въелся в мою память, что казалось, его теперь ничем не вытравить.
Верхолёта не было.
Я устало присел на валун, воткнул меч в землю у ног и опустил голову. Сильно хотелось пить, волосы трепал ветер и забивал их пылью, кожа на лице горела, давно не видавшая солнца, а я всё никак не мог заставить себя двигаться дальше. Пространственными рывками можно было добраться и до Стокняжья: да, это будет долго и тяжело, но возможно.
Только что там меня ждёт?
Война.
И снова меня спросят, на чьей я стороне. Хотя нет. Спрашивать они не будут, потому что уверены, что я на их стороне. Но не стоит забывать,что перед вылазкой в Котлованы меня должен был арестовать "Железный Бутон".
Единственный плюс в том, что сейчас меня считают погибшим, и легенду лучше продержать как можно дольше, до определённого момента.
Я потёр вспотевший от жары лоб и закрыл глаза.
Перед внутренним взором тут же возникло лицо Джанко, её улыбка и пронзительные карие глаза, её татуировка на брови, её волосы. Тоска по ней усиливалась с каждой минутой, и я понимал, что эту слабость Целителя увеличивает привязанность.
Срок расставания был слишком большим, и я боялся, что с самой Джанко могло что-то случиться. Я-то пробыл всё это время во сне, а вот ей пришлось ощутить страшную тоску на себе.
Моё дурное воображение вдруг нарисовало картину, как Джанко, не выдержав, бросается в озеро. Всё точно так же, как из той легенды, которую мне когда-то рассказывал Лёва Зверев. А ещё он говорил, что Целители не только накладывают на себя руки, но и сходят с ума.
Я поднялся, взял меч и уже собрался снова использовать Небытие, но тут до меня донёсся пронзительный вой.
Сердце сжалось в спазме.
Этот вой я бы узнал среди миллиона других. Звук существовал только в голове, и никто, кроме меня, его не слышал.
– Демон!.. – Я рванул по песку вдоль холма. – Демон!
Мне неистово захотелось завыть в ответ, чтобы Демон нашёл меня, но этого не понадобилось.
Буквально через несколько минут, когда я выскочил на вершину одного из холмов, вдалеке показался чёрный силуэт. За ним клубилась пыль – волк мчался так быстро, что казалось, он летит, а не бежит.
Сердце зашлось от радости.
Демон почувствовал меня!
Холм за холмом зверь проскакивал с невероятной скоростью и делал пространственные прыжки, то исчезал, то появлялся снова и всё мчался.
Воткнув меч в песок, я стоял на холме и ждал.
Дымчатое солнце жгло кожу, глаза слезились от ветра и песка, а я всё всматривался в марево пустыни. И вот в густых клубах пыли появился Демон, у самого подножия холма. Огромная чёрная зверюга.