Кровавая битва Богов (СИ)
— Падла…. — Сэцуко закатила рукав.
— Спокойно, — сказал я, и остановил её жестом. — Подождите здесь. Я скоро вернусь.
В лифт пришлось входить одному. Я мазнул по клавише «пентхаус», и пока поднимался, немного пошаманил над нейрофоном через акупунктурные точки. Надо было снять блокировку с возможности запустить трансляцию. За пределами крышки богам вещать не разрешали по понятным причинам, но я точно знал, что помощь подписчиков понадобится мне.
В пентхаусе было прохладно. Из невидимых глазу динамиков тихо доносилась приятная мелодия флейты сякухати, которую Хэчиро слушал, рассевшись за столом с бутылкой виски и блаженно закрыв глаза. У панорамного окна стоял Намити, сунув руки в карманы и не обратив на меня внимания.
— Ну привет, братец, — Хэчиро открыл глаза, пододвинул рюмку и плеснул себе с два пальца. — Ты меня удивил. Не рассчитывал я, что ты выживешь. Так не терпится мне насолить, да?
— И потому нарушил правила? — хмыкнул я. — Потому натравил на нас карателей?
— Мы как раз обсуждали этот вопрос с господином Маеда, — пожал плечами Хэчиро. — Сейчас Императорская Палата ведёт разбирательства на этот счет. Но я точно не виноват, — он развел руками. — Какая мне разница, умрешь ты на первом обруче, или умрешь на третьем? Боги редко доходят до конца. Потому твоя смерть — лишь вопрос времени. Какая мне разница, если ты не претендуешь на наследство? И вообще, ты за один бой заработал для Мацубаэ кучу люменов. Ослепнуть можно. С чего вдруг я должен сбрасывать такой ценный актив по собственной воле? Продажи Богов взлетели до небес, а мои конкуренты слюнки пускают от зависти. Думаю, это либо системный сбой, либо происки Сугавары или Исиды Им вообще не интересно, чтобы боги побеждали. Но я тебя позвал не по этому поводу. Хотел обсудить твой гонорар и твою долю за бой.
Глава 10. "Договор с Хэчиро"
— И что с ними не так?
— Я готов отдать тебе их, но при одном условии, — Хэчиро блеснул на меня недобрым взглядом. — Ты заберешь гонорар, и свалишь в другую страну, подальше отсюда. Я даже купил тебе билет на спецрейс, который отплывает завтра утром. В Афроамериканской Объединённой Федерации тебя встретят мои знакомые, сразу на пристани, и оформят тебе новое гражданство. Тогда мы сможем друг о друге забыть, и ты будешь жить как хочешь.
— Там проводят бои? — спросил я. А что? Вариант ведь был неплохой. И юридических препятствий без сильных конкурентов станет меньше. С новым гражданством я лишусь права наследования, но наследство Симуры мне не нужно. Вроде бы, мы оба выигрывали от такой сделки. Однако я сомневался, что Хэчиро говорил правду. Я единственный свидетель смерти Симуры старшего, и если получится нарыть компромат, то Хэчиро конец.
— Бои проводятся только у нас, — пояснил Хэчиро, глотнув виски. — Боги прибывают к нам со всей планеты, чтобы принять в них участие. Но наш договор предусматривает запрет на твое присутствие в Японии. Я бы не хотел тебя тут видеть. С нюансами договора можно ознакомиться здесь, — он положил на стол бумагу и ручку. — Тебе нужно только подписать.
— Бумага? — удивился я.
— Бумага надежнее электронных носителей. Так что давай, ставь закорючку, а завтра уплывай. Тогда у истории будет счастливый конец. Люменов тебе хватит на год безбедной жизни, а там ты уже определишься, кому продаться и где работать.
В договоре не было ничего особенного. Отказ от фамилии и отказ от права наследования. Но я знал — здесь что-то не так. Хэчиро не смог убрать меня тихо, вместе с Симурой, и не смог убрать меня на крышке с помощью карателей. Наверное, эти его «знакомые» были обычными киллерами. Он похоже решил, что убрать меня на арене будет не так просто, и захотел действовать исподтишка. Никакого гражданства мне не дадут. Пустят пулю в лоб, и концы в воду. Разумеется, это могло быть не так, но я привык предполагать худшее.
— Нет, — я покачал головой.
— Что? — нахмурился Хэчиро, изобразив лицом недовольство. — Ты играться со мной вздумал, божок?
И тут он взглянул на меня так, как люди всегда глядели на Богов: с презрением, с неуважением, с желанием придавить меня носком ботинка, как таракана. Именно так владельцы смотрят на неугодных рабов и провинившихся подданных.
— Слушай, червь, — процедил Хэчиро сквозь зубы, привстал и положил руки на стол, глядел на меня исподлобья. — По-моему, ты немного забылся. Теперь никто не назовет тебя частью рода Симура. Теперь ты обычный Бог, жалкий, безродный, и созданный прислуживать людям. Если я скажу слово….
— Убьешь меня, как Симуру старшего? — сощурился я.
— Да как ты! — он расширил от злобы глаза. — Беспочвенное обвинение, — смог успокоиться, шельмец. Видно заподозрил, что я его пишу. — Если ты попадешь на второй обруч, ты можешь не выжить. Я предлагаю тебе вариант удобный для всех. Но если хочешь умереть — пожалуйста.
— Давай лучше сделаем так, — я скрестил руки на груди. — Я получу у Императорской Палаты родовое разрешение, и буду делать в Японии то, что мне захочется и когда мне захочется. Ты, как я уже говорил, мне не нужен. И твои ресурсы тоже.
— Ты? — усмехнулся Хэчиро, указав на меня пальцем. — Бог-основатель рода? Шутишь, что ли? Это запрещено всеми законами. К тому же, под кланом должна быть корпорация и производство, должен быть ресурс, полезный для общества. Да и пошлину Императорская Палата берет немаленькую. Твоих гонораров не хватит. Послушай, — он вздохнул. — Я хочу, чтобы эта чертова делёжка закончилась, ясно? И мешаешь этому только ты.
Вообще, можно было бы надавить так, чтобы остаться в Мацубаэ, но этого чертовски не хотелось. Не хотелось зарабатывать люмены клану Хэчиро, не хотелось давать ему преимущество перед конкурентами. Хотелось встать на свои рельсы. И если зарабатывать, то только для себя, любимого. Ну, и для своих людей, разумеется.
— Боги не имеют права, да. Но у меня нет Божественной памяти, и формально я всё ещё человек, который просто тебе не нравится. Ментальной блокировки у меня нет, так что вы в любой момент можете получить доступ к моим мыслям и моей памяти, если не веришь. Составь новый договор, — я развел руками на манер Хэчиро. — Который не предусматривает моего отсутствия в Умберлуне. И не лезь в мои дела.
— Палата не выдаст тебе родовое разрешение. Да и мы, знаешь ли, правим в Японии несколько поколений. С чего тебе показалось, что мы захотим конкурировать с каким-то божком? Поглотим, выкупим, но власти твоей тут не будет.
— Палата выдаст ему родовое разрешение, — вмешался Намити, не глядя. — Если не выдаст, боюсь, что в Эн-Токио начнутся беспорядки.
— Что? — удивился Хэчиро.
— Он ведёт прямую трансляцию, и народ несколько возмущен твоим поведением, Хэчиро, — произнес Намити, взглянув на наручные часы. — Люди любят Макото. Это странно, но любят. Даже не смотря на то, что он владеет силой Бога. Потому, — Намити взглянул на меня. — Я одобряю твоё желание. Как только будешь готов, можешь подать заявку в Императорскую Палату. Твоё желание считается законным, проверка нейрофона не выявила Божественную память. Да, Хэчиро. Юридически твой брат является человеком, и мы не можем ему отказать.
Намити стал настоящим чиновником. Он не обращал внимания на незаконное давление по праву наследования, но как только почувствовал народные возмущения — сразу же переобулся в законопослушного представителя правительства. Не зря я запустил трансляцию.
— Как вам угодно, господин Маеда, — Хэчиро уселся в стул, и выдохнул. — Я обновлю условия договора и позволю ему остаться в Японии.
— Хэчиро, Макото, — Намити учтиво поклонился нам. — Мне пора, — и скрылся в свете телепорта.
Хэчиро переделал договор, и положил ручку на стол.
— Я так понимаю, после отказа от фамилии гонорар ты мне не выплатишь? — спросил я.
— Надо же мне хоть как-то испортить тебе настроение, — улыбнулся Хэчиро.
Я подписал бумагу, молча развернулся и зашагал к лифту, не обронив слова. Не было желания кланяться тому, кто относился ко мне как к грязи и пытался уничтожить. Пусть на себе прочувствует, что это такое. Едкий взгляд Хэчиро ощущался почти физически, но реагировать на него я не собирался.