Кровавая битва Богов (СИ)

Остальные были притязательней. Горо так вообще ел с отвращением, но выбирать ему не приходилось.
— Н-да, — усмехнулась Азуми, брезгливо разглядывая жирный кусок курицы. — Ну и дрянь.
— В тюрьме кормили лучше? Не хочешь есть сама — отдай мне, — произнес Сэймур, потянул ладонь к курице.
В тюрьме? Замечательно. Идти по пустыне с уголовницей, которая в любой момент могла вогнать нож тебе в спину.
— Ага, — Азуми одернула руку. — Ещё чего. Ящиков полно. Хватит на всех.
Не ела только Рыжая. Она вообще не разговаривала, даже если мы пытались с ней общаться. Правда не смотреть на неё было трудно. Больно крепкая баба для наркоманки, да и аугментации в ней чувствовались странные. Неактивные, да, но точно не такие, как у аристократов, которых я встретил на званом вечере Хэчиро. У аристократов аугментации были имплантированы в органы, а у Рыжей в кости и мышечную систему. Было ясно, что она могла снести голову любому из нас хорошо поставленным ударом. В прямом смысле снести. Если плюху в морду кинет — шейный отдел позвоночника расколется, и башка на коже повиснет, прям у лопаток. Однако она, похоже, сама не осознавала свою силу. Впрочем, её персона меня мало занимала, ведь пока я ел, удалось заметить кое-что интересное. Если трупы охотников были просто трупами, то над мертвыми богами трепетало едва заметное белое пламя, к которому мне очень хотелось прикоснуться. «Занятно» — подумал я. У магов никогда не возникало желание трогать что-то просто так.
Они всю жизнь развивают магическое чутье — умение чувствовать пространство вокруг себя и взаимодействовать с ним. Особенно оно обострялось тогда, когда у какой-то проблемы не было очевидного решения. В моем случае я всё время думал, как заставить мир услышать себя. Может, это и был выход?
Я проглотил кусок мяса, вытер рукавом губы, и приблизился к мертвому богу. К мальчишке, которого закололи ножом в живот. Пламя не очень сильно, но вполне заметно потянулось в мою сторону, словно хотело, чтобы я его потрогал. Если бы в свое время я учился лучше, то может быть и знал бы, что это. Увы, на полях Илларана не было ни учебников, так что приходилось действовать по наитию и самому придумывать названия для заклинаний.
— Чего ты там увидел? — это Горо любопытствовал.
— Парня жалко, — соврал я. — Не понимаю, за что его убили с такой жестокостью. Неужто ради просмотров и пожертвований?
— В том числе, — вмешалась Азуми. — Но вообще, Черныш, у людей есть все причины злиться на Богов. Если бы они не начали войну за Сухие земли, то население планеты не сократилось бы на три четверти. Я бы не оказалась в тюрьме, потому что мои предки после последней битвы жили на улице, а потом стали нищими в этой замечательной башне под названием Эн-Токио.
— За что тебя посадили? — спросил я.
— Какая разница? Здесь все мы равны, — она раскинула руки. — Пустыня — наш враг.
— За убийство, — фыркнул Горо. — Ключ на ладони набивают только убийцам. Типа символ того, кто открыл душе доступ в другой мир.
— В яблочко, — подмигнула Азуми. — Так что бойтесь меня.
— Хорошо. Значит, не забоишься прикрыть нас в бою, — кивнул я.
— Без проблем, — Азуми подняла с песка окровавленный нож, сунула его в карман комбинезона.
Я сел перед трупом на корточки, приблизив к пламени Грудной магический канал. Именно в нем образовывалась энергия, которая затем отправлялась в пространство посредством жестов и мимики. Собственно, в него белое пламя и втянулось, вызвав у меня легкий приступ головокружения. Сила заструилась по венам, под глазами странно защекотало, и количество акупунктурных точек в пространстве несколько увеличилось. Неудобно будет каждый раз наклоняться перед поверженными противниками, потому я настроил свои энергетические каналы так, чтобы они автоматически вытягивали силу из убитого врага — не ползать же мне над трупами в пылу боя, в конце концов.
Те точки, что раньше были серыми, вдруг побелели — значит, мне открылся доступ к взаимодействию с ними. Именно по точкам и их цвету можно определить, насколько хорошо мир слышал мага. Чем больше точек, чем они ярче и белей, тем больше силы мир мог дать волшебнику
 
«Вот значит как, — подумал я. — Мертвы боги это источник силы для меня».
С одной стороны хорошо, что разобрался. С другой стороны, даже после поглощения пламени первого мертвого бога моя сила возросла в разы, и значительно превосходила заявленный в анкете третий, и даже второй грейд первого эшелона. Без чертова чипа никак нельзя использовать силу, никак нельзя отсвечивать. Тогда Рэви может что-то заподозрить.
Вот бы не встретить тут бога пятого эшелона силы…. Хотя откуда им тут взяться? У Йосиды был примерно первый грейд и примерно первый эшелон, и сильнее он быть даже теоретически не мог. Боги пятого эшелона встречались только на третьем обруче третьего уровня крышки, так что встречи с ними, пока что, можно было не опасаться.
Я бродил от Бога к Богу, собирая Пламя Силы, но, к сожалению, чем больше пламени я поглощал, тем менее интенсивным становился рост моей мощности. В итоге количество акупунтурных точек возросло раза в полтора, четверть из них побелели, в том числе и те, которые повисли в воздухе. Помимо магии, в теле почувствовался значительный прирост и физической силы, так что теперь какой-нибудь стокилограммовый мужик вполне был мне по зубам.
Но маги редко лезут в рукопашный бой. Надо было сосредоточиться на магии.
Мысленно мне было понятно, к каким именно стихиям открылся доступ, но проверить их на глазах у почтенной публики возможности не было. Навскидку: металл, огонь и электричество. С огнем проблемы, потому что он требовал плотной комбинации с магией ветра, а точки ветра были пока что были недоступны, но и так сойдет. Получилось провести небольшой эксперимент. Я взглянул на перевернутый вагон и обратил внимание на магнитный двигатель. На нем светились все точки: и внутри, и снаружи.
Магия электричества требовала жестов и стоек, возможность создавать металл из воздуха — тоже. Но мелкие изменения в каких-нибудь металлических структурах могли и от одного взгляда возникнуть. Потому я присмотрелся к двигателю, нашел в проводке подходящую точку и нахмурился, оказав на нее воздействие. Честно говоря, думал, что ничего не получится. Предыдущие попытки использовать магию заканчивались неоднозначно.
Миры всегда имели различный акупунктурный облик: где-то пространство контролировалось через точки, где-то через струны, где-то через руны и магические печати. Структурно текущий мир сильно напоминал наш — тут были точки. Но схожесть не умаляла странностей. Я не мог сказать, каким образом ткань реальности отреагирует на моё вмешательство.
Но, к моему огромному счастью, в магнитном двигателе ожидаемо случилось короткое замыкание. Хлопнул блеклый магнитный взрыв, разбросав по песку куски узлов с агрегатами. Сигурни испуганно взвизгнула и пригнулась, чтобы ей в голову не ударила магнитная катушка. Горо рухнул на землю, накрыв голову руками, Сэймур сделал так же.
Лишь Азуми безразлично пожала плечами, равнодушно пережевывая курятину.
— Что это было? — испугалась Сигурни, подбежала ко мне и спряталась за моей спиной. — Меня чуть без головы не оставили!
— Неполадка, — ответила Азуми. — Если не помнишь, дорогуша, поезд на куски развалился.
— Ладно, — я привлек к себе общее внимание. — Берите рюкзаки, еду и воду. Пора отсюда уходить.
— Нам и здесь неплохо, — пожала плечами Азуми. — Пусть зрители сосут жопу. С чего мы должны их развлекать?
— А ты не забыла про счетчик? — сощурился Горо. — Если мы будем стоять на месте, просмотры упадут ниже критической планки, и к нам отправят карателей. А эти ребята редко проигрывают Богам.
 
— Ну, Када в свое время их раскидала, — возразила Азуми.
— Она Бог мёртвого дерева, да еще и третьего эшелона. Мы по сравнению с ней насекомые, — вмешался Сэймур. — И это был единичный случай.
— Я что-то не вижу, чтобы просмотры падали, — ухмыльнулась Рыжая, показав нам лицо, на котором блестели капельки пота.