Не отдавай меня ему (СИ)

Но я не могу отвести взгляд. Тону в этом молчаливом диалоге, как в предрассветном озере. Он коротко кивает, разворачивается, открывает дверь машины и исчезает внутри. Внедорожник плавно трогается и скрывается за воротами.
Я отпускаю занавеску и прикладываю ладонь к груди. Внутри продолжают полыхать те самые алые бутоны, обжигая меня стыдом и сладкой, опасной надеждой.
Я понимаю, что бессильна перед этим. Грех уже поселился в моём сердце.
    
Глава 18
 
Прошло три дня. Рутина стала моим спасением. Утренние сборы, дорога до музыкальной школы, уроки и ученики. Всё это даёт мне ощущение стабильности и веры в лучшее будущее — для меня и малыша под сердцем. Я представляю себе, как совсем скоро он начнёт пинаться, возможно, будет реагировать на мой голос и музыку. И это ожидание питает меня изнутри.
В этот день занятия заканчиваются ближе к обеду. Я собираю свои вещи, когда звонит телефон. Это водитель и по совместительству телохранитель Аиши.
— Латифа-ханум, я только что оставил Аишу у репетитора по английскому. Пробок нет, буду у вас через пятнадцать минут.
— Хорошо, я подожду, — отвечаю я. — Никуда не тороплюсь.
Я убираю ноты на место, закрываю крышку пианино, смахнув с поверхности невидимые частички пыли. Перед уходом проверяю, всё ли в порядке в классе, и наконец выхожу на улицу. Солнце светит ярко, и, зажмурившись, я подставляю лицо тёплым лучам. Отхожу от ворот школы на несколько шагов, собираясь подождать машину в тени высокого дерева.
На другой стороне улицы останавливается машина, и из неё выходит Заур. Увидев его, я на секунду замираю, парализованная ужасом, разворачиваюсь и бегу прочь. Но едва я забегаю на территорию школы, он настигает меня, хватает за руку и силой разворачивает к себе.
— Помогите! — кричу я, но он зажимает мне рот рукой и тащит к выходу. Меня никто не услышал, потому что из окон доносится музыка.
— Молчи! — прошипел он. Его дыхание, пахнущее сигаретами и мятой, обожгло мою щёку. — Закрой рот, шлюха. Твоего защитника нет в городе. Его шавки тоже далеко.
Я пытаюсь вырваться, но он держит меня мёртвой хваткой. Слёзы выступают на глазах от боли и бессилия.
— Слушай меня внимательно, — он цедит слова сквозь стиснутые зубы, его глаза полны ненависти. — Ты вернёшься ко мне. Сейчас. Добровольно. Или…
Он делает паузу, наслаждаясь моим ужасом.
— Или я дам команду своим людям, и твоя Айсель пропадёт по дороге в школу. Сколько ей сейчас? Четырнадцать?
Мир переворачивается и чернеет. Айсель — моя единокровная сестра. Да, ей всего четырнадцать, и она самая младшая. Заур — монстр. У меня нет сомнений, что он способен на такое. Я мотаю головой, пытаясь отрицать кошмар, который он только что нарисовал.
— Решай, — его приторно-сладкий голос сочится ядом. — Поедешь со мной сейчас — и спасёшь сестру. Или дальше будешь шлюхой Джафара, и твоя сестра заплатит за твоё бл***ство. Выбирай.
Я перестаю сопротивляться, но всё моё тело напрягается до боли. Весь мой обретённый мир рухнул в одно мгновение, раздавленный его угрозой. Он говорил о моей младшей сестре, о невинной девочке. Перед глазами — её образ, а в сердце — такая чёрная ненависть к нему, что я, найдя в себе силы, кусаю его ладонь.
— Сука! — вопит он и этой же рукой даёт мне хлёсткую пощёчину.
Не удержавшись на ногах, я почти падаю, но цепляюсь за металлические прутья забора. Я ужасно боюсь, что с малышом может что-то случиться. Но мой муж не должен узнать о моей беременности.
Заур нависает надо мной чёрной тенью, закрыв собой солнце. Я инстинктивно прикрываю голову рукой, но внезапно слышу глухой удар.
Открыв глаза, вижу перед собой Руслана — одного из людей Джафара. Он склоняется надо мной и говорит чётко:
— Уходим, Латифа-ханум.
В тот же миг с другой стороны ко мне подходит второй охранник — Арсен. Он мягко, но решительно обнимает меня за плечи, прикрывая своим телом.
— Всё в порядке, вы в безопасности. Идёмте.
Я слушаю всё, что они говорят, и подчиняюсь. Арсен быстро подводит меня к чёрному внедорожнику, припаркованному прямо у тротуара. Дверь уже открыта. Он помогает мне сесть, захлопывает дверь и, оббежав машину спереди, садится на водительское сиденье.
Машина трогается так резко, что я вжимаюсь в кресло. Я сижу, обхватив себя руками, пытаясь унять дикую дрожь. Сквозь тонированное стекло я вижу, как Руслан садится в другую машину, а фигура Заура на тротуаре быстро уменьшается. Моё сердце бешено колотится, и я наконец разрешаю себе тихо, прерывисто всхлипнуть, прижимая ладони к животу.
Дорога домой проходит в слепом ужасе. Спустя полчаса машина въезжает во двор дома Джафар-бея. Арсен помогает мне выйти и провожает до двери, где меня уже ждёт Джала. Увидев моё бледное, заплаканное лицо и растрёпанные волосы, она обнимает меня и ведёт в дом.
— Латифа, что случилось? Аллах милостивый!
Она ведёт меня в спальню, а я сбивчиво проговариваю:
— Заур напал на меня. Я так испугалась за малыша, — я схватила её руку и сжала с отчаянной силой. — Но он угрожал Айсель! Моей сестре! Он сказал, что её украдут! Джала, что мне делать?
Мудрая женщина сжала губы, её глаза стали жёсткими.
— Немедленно позвони Джафару. Он всё уладит. Он выбьет из этого изверга всю дурь раз и навсегда.
Я киваю, сглотнув ком в горле. Достаю телефон и дрожащими пальцами набираю номер Джафара. Долгие гудки — а потом голос автоответчика: «Абонент временно недоступен». Отчаяние снова накатывает волной.
Тогда я набираю номер отца. Сердце ноет от стыда и страха. Он быстро берёт трубку.
— Папа, это Латифа, — спешно говорю я. — Слушай, Заур был тут, он угрожал Айсель! Пожалуйста, не пускайте её в школу одну.
Но трубку выхватывают. И я слышу пронзительный, истеричный голос мачехи: 
— Это из-за тебя! Из-за твоего позорного поведения теперь и мои девочки в опасности! Неблагодарная дрянь! Я вырастила тебя, а ты в ответ нам только беды приносишь! Сидела бы с мужем и не выставляла нас всех на посмешище! 
Её слова режут, как нож. Я не могу вымолвить ни слова. Просто сижу и молча плачу, а в трубке продолжается поток оскорблений. Наконец связь обрывается.
Я опускаю телефон на колени. Всё пропало. Меня ненавидят даже в моей семье.
Джала, слышавшая весь разговор, обнимает меня.
— Не слушай эту глупую женщину, — говорит она твёрдо, гладя меня по голове. — Ты ни в чём не виновата. А этот Заур… — она произносит его имя с таким презрением, что мне становится чуть легче.
— Когда Джафар-бей вернётся, он с ним поговорит. И он больше никогда не посмеет поднять на тебя руку или угрожать твоей семье. Поверь мне.
И я хочу верить. Отчаянно хочу верить в её слова, в силу Джафара, в то, что этот кошмар когда-нибудь закончится.
  
Глава 19
 
Джафар 
Я только выехал с объекта, когда наконец поймал слабый сигнал. Телефон ожил, и на экране сразу же высветилось несколько пропущенных вызовов от Латифы и Арсена. Напрягся. Латифа ещё ни разу мне не звонила, а Арсен делает это только в случае крайней необходимости.
— Говори, — без приветствий начинаю я.
Голос моего человека краток и лишён эмоций, но каждое его слово вбивает в меня гвоздь: «Нападение на Латифу-ханум у музыкальной школы. Угрозы в адрес её несовершеннолетней сестры. Пощёчина. Всё пресечено. Латифа-ханум в безопасности, доставлена домой. К врачу не обращалась».
Мой брат перешёл все мыслимые границы. Я не узнаю его. У него будто два лица, и вторая сущность меня пугает. А ведь я когда-то отмазывал его в школе, когда он с пацанами подрался. Видимо, зря. Видимо, надо было жёстче. Значит, в этом есть и моя вина.
  
— Собрать на него всё. Всё, что есть. Финансы, связи, личная жизнь. Использовать всех. Срочно, — холодно приказываю.