Ини мини мани мо (СИ)

Винс повел плечами.
— Так сразу не объяснишь, — туманно произнес он.
На деле, самым памятным днем в закрытом английском клубе стал тот четверг, когда восьмидесятитрехлетний лорд Дадли задремал в кресле и выронил во сне вставную челюсть. Все остальные дни в этих заведениях царила невыразимая скука. Но говорить об этом Гарри, которого всю жизнь мучило чувство несовершенства из-за того, что он родился не с серебряной ложкой во рту, а сразу с косяком, не собирался. Ему нравилось смотреть, как его бывший завидует.
  
— Ладно, — сказал он со вздохом, — я подумаю.
— Подумай-подумай, — милостиво разрешил Гарри, делая глоток чая из чашки, жеманно отставляя при этом мизинец. Винс вздрогнул. Если бы не чумовой секс, близко бы он к Стокману не подошел. Но даже сейчас холодок от штанги просочился в его воспоминания. Он задумчиво посмотрел в окно, где опять вовсю светило солнце, и решил, что с него хватит. Не прощаясь, он встал и, к огромному изумлению, увидел за соседним столиком своего телохранителя, который с удовольствием мазал маслом булочку. Тот поймал его взгляд и как ни в чем не бывало помахал ему рукой.
***
— Вы же согласились подождать меня в машине! — возмущался Винс по дороге домой.
— А вы согласились от меня не бегать, и что? — спокойно пожал плечами Эксархидис. — Я просто сэкономил нам время. Знаете, что делает меня лучшим телохранителем в Лондоне?
— В скромности вам не откажешь, — проворчал Витале.
Кастор поудобнее перехватил руль роллс-ройса и продолжил, пропустив колкость мимо ушей.
— Я строго следую инструкции, — спокойно сообщил он. — Лучшим телохранителем в Лондоне меня делает именно тот факт, что я методично и каждый день следую инструкции. А еще всегда добиваюсь того, что мне нужно, — закончил он все тем же ровным тоном, и Винс понял, что это абсолютная правда. Однако настроение ему это, естественно, не подняло. Напротив.
Комментарий к 3. Грязный Гарри
(*) - «News of The World» - периодическое издание, которое опубликовало распечатку телефонных переговоров принца Чарльза и Камиллы Паркер Боулз, подтвердив тем самым факт измены принца принцессе Диане.
========== 4. О силе шоколадного торта ==========
Если бы к слову секс потребовалось подобрать синоним, Кастор, не задумываясь, назвал бы имя — Ирма Бернар. Никогда в своей жизни ни до, ни после встречи с этой женщиной Эксархидис не видел ничего подобного даже в кино. Ирма была не просто красива, хотя и этого никто не мог отрицать, она обладала природным магнетизмом и естественной сексуальностью, что в сочетании с железной хваткой и недюжинным умом делали ее бомбой замедленного действия. Этим в свое время очень находчиво воспользовался бывший шеф Кастора — глава МИ-6 Пол Спенсер, предложив неординарной женщине работу в разведывательном управлении. Ирма была смертельным оружием, и ее пускали в дело, только когда требовалось действовать наверняка и другие приемы оказывались неприменимы. Она работала на уровне министров и членов палаты лордов и легко могла за считаные дни вывести из игры людей, которых трудно было назвать глупцами и которым было что терять. Как она это делала, не знал никто, но, несмотря на всю серьезность заданий, машина под названием Ирма Бернар редко давала сбои. Она являлась профессионалом высочайшего уровня, хотя мало кому приходило в голову, что ради такого профессионализма Бернар пожертвовала семьей и любыми другими личными отношениями. У нее не было подруг, и она не терпела сантиментов. И вот эта самая женщина оказалась обязана Кастору жизнью. Так уж получилось, что однажды он спас мисс Бернар от пули, которую нежданно-негаданно выпустил в нее вполне себе тихий на вид дипломат, когда выяснил, что отношения с роковой красавицей привели к исчезновению из его сейфа очень важных документов. Отчаявшийся мужчина пустил себе пулю в висок, предварительно решив избавить мир и от причины своего позора. Эксархидис был первым и по сути единственным, кто среагировал на его действия. Ирма тогда не стала рассыпаться в благодарностях, а со свойственным ей спокойствием повернулась к нему и произнесла: «Теперь я тебе должна, сучонок. Однажды сочтемся». Кастор мрачно хмыкнул и забыл. Ну правда, чем могла пригодиться зацикленному на карьере гею Эксархидису томная красавица Бернар? Был бы он натуралом, возможно, вспоминал бы волей-неволей данное обещание отблагодарить. А так… Вскоре их пути разошлись: Кастор получил ранение и оставил службу, чтобы заняться более спокойной карьерой телохранителя, а Ирма… Ну, чем занималась Ирма, никто не знал. Работа у нее была деликатная, а секретные службы на то и секретные, чтобы никто не знал об их деятельности.
И вот теперь пришла пора Эксархидису спросить с мисс Бернар долг.
***
Женщина грациозно скользнула на стул напротив и, не здороваясь, пустилась с места в карьер.
— Что у тебя? — откинула она назад густые черные локоны и уставилась на Кастора своими огромными глазами нереального янтарного оттенка. Она была похожа на пантеру, и Эксархидис в очередной раз подивился несовершенству бытия, в котором одним женщинам достается и рост сто восемьдесят, и грудь четвертого размера, и тонкая талия, и ровные зубы, а другим только тусклая кожа, лишний вес и сомнительной привлекательности лицо. Впрочем, рядом с Ирмой любая среднестатистическая женщина почувствовала бы себя неуклюжим коротконогим мопсом.
— Мне нужно соблазнить кое-кого. Это реально? — без предисловий спросил он, задумчиво наблюдая, как к Ирме кинулись сразу два официанта. Сам Кастор сидел в этом кафе уже минут пятнадцать, и за это время ему так и не удалось привлечь к себе их внимание. А за право принять заказ у не успевшей толком присесть красавицы они едва не устроили потасовку. Ирма же и бровью не повела. Царственно кивнула и приняла меню из рук одного из мужчин, автоматически сделав второго несчастным навеки. Кастор открыл было рот, чтобы попросить кофе, но официанты уже испарились, снова не обратив на него внимания.
— В принципе, реально, — пожала плечами Ирма.— Вопрос зачем?
— Влюбился, — коротко пояснил Эксархидис, не желая особо вдаваться в подробности. Бернар взглянула на бывшего коллегу с неким скепсисом.
— Удивлена? — спросил он с вызовом. — Думаешь, я не в состоянии никого полюбить?
— Отнюдь, — спокойно объяснила Ирма, — как раз таких мутных тихонь, как ты, и скручивает рано или поздно не по-детски.
— Почему? — несказанно удивился Кастор.
— Потому что если держать свои эмоции на цепи долгие годы, потом это заканчивается плачевно, — все так же ровно ответила Ирма. — И секс, опять же.
— Что секс? — смутился Кастор. — Нормально у меня все с сексом.
— Угу, — буркнула Ирма и вдруг быстро зыркнула поверх меню. — Отвечай не раздумывая: когда, где и с кем в последний раз?
— Эммм… — Эксархидис судорожно принялся подсчитывать, но Бернар, хмыкнув, снова углубилась в изучение предлагаемых блюд, буркнув насмешливо:
— Вопрос снимается.
Кастор некоторое время сверлил меню, за которым она спряталась, глазами, решая, обидеться ему или плюнуть и все-таки добиться желаемого, и в конце концов решил переть до последнего.
— А из семьи гея увести реально? Я имею в виду, из однополой семьи? — вздохнул он и принялся давить в прежнем направлении, но тут их прервали.
— Чего изволите? — склонившийся ниже приличного официант, казалось, был готов предложить Ирме не только весь ассортимент заведения, но и самого себя в придачу.
— Боже, как хочется кусок шоколадного торта, — вздохнула мисс Бернар, — но — нет! Принесите мне, пожалуйста, салат Цезарь с креветками, но без соуса. Только каплю оливкового масла добавьте и сок лимона, — перечислила Ирма и с сожалением захлопнула кожаную папку, — и зеленый чай.
  
Официант кивнул и повернулся наконец к Кастору, который, пробежав глазами меню, мстительно поиграл бровями.
— Два куска шоколадного торта. И большую чашку карамельного макиато.
Ирма скривилась, как от зубной боли.