Иванов-сан (СИ)
Обедал на шестом этаже. В «родной» столовой. Выбор блюд, кстати, аналогичный. Не доросли мы пока до суши-бара и прочих вывертов. Неожиданно ко мне подсел Миша Каргасов. Тот самый двадцатитрехлетний мальчик-мажор, которому мама с папой уже сумели организовать должность младшего помощника к осени. Место, которое люди с улицы высиживают после пяти-шести лет работы с раннего утра и до полуночи. Хорошо, когда у тебя такая семья. Отзывчивая.
— Иванов-сан, — кивнул парень, ловко сгружая тарелки на стол. Поднос, не долго думая, сунул на соседний. Святая простота.
— Каргасов-сан, — возвращаю ответный поклон, деля котлету на две половинки. Это уже третья котлета, две другие сжевал и почти не заметил. Кормят здесь терпимо, но порции меня категорически не устраивают. Хотя по итогам придется пересматривать бюджет и думать, как закрывать дыру, пробитую активным питанием. Вроде и спортом пока заниматься толком не начал, а тем временем аппетит растет ударными темпами.
— Были вчера на гала-концерте, Иванов-сан?
Интересно, о чем это он? Хотя, ночных клубов в столице, как тараканов. На любой вкус. Не удивлюсь, если кроме этого еще какие-нибудь крупные забеги организуют для любителей деньгами швыряться. Что здесь, что в Питере — количество богатых людей на квадратный метр зашкаливает. Меня это не особо удивляет. Скорее, поражает умение спустить за ночь чужую годовую зарплату. Меня бы жаба задавила.
— К сожалению, Каргасов-сан, не успел. Помогал товарищу грядки на даче пропалывать.
— Грядки? А зачем? В магазине же все есть? — удивляется парень.
— Это такая штука, называется «истоковедение». Одна из разновидностей здорового образа жизни. Выращивают все сами, экологически чистое. Потом как-то хитро перерабатывают и получается натуральный продукт. Каши, низко-калорийные смеси, глютен-фри диета. Я в этом пока мало что понимаю, только начал приобщаться. Говорят, в дзайбацу обязательно надо иметь какое-то общественно-полезное хобби. Иначе баллы срежут.
Боже, какую ахинею я несу. Но парень неожиданно начинает мотать башкой и доверительно шепчет:
— Вы совершено правы! Лучше всего подходят увлечения, популярные в Японии. Например, я каждое утро приношу поделку из оригами. Главное — не повторяться.
Фигурки из бумаги? Впечатляет. Там надо обладать изрядной усидчивостью. Но не успел я по-хорошему позавидовать парню, как он добавил:
— Каждую субботу закупаю готовые изделия по интернету. И не очень дорого получается.
Странно, что он на гала-концерты сам ходит. Хотя, может быть именно там дурь толкают? Иначе зачем бы туда мотался…
Непонятно, зачем ко мне подсел. Разве что — ему тупо скучно в отделе. Сидеть, ничего не делать, раз в день для видимости оригами с места на место перекладывать. Боюсь, я бы с такой «работы» точно взвыл.
* * *
Босс умотал в семь двадцать вечера. Зам лыжи смазал минут через пятнадцать после него. Я успел к этому времени рассортировать большую часть папок и напихал цветных закладок между страниц для удобства будущей работы. Даже мысль закралась, что до восьми вечера заканчиваю и дранг-нах-то-хата. Но забрякал телефон на столе и в трубку сухо приказали:
— Иванов-сан, вас будут ждать у третьего лифта через пять минут.
Хана вечернему отдыху. С другой стороны — как раз основная толпа в метро схлынет. Поэтому — буду выискивать лучшее в любой ситуации.
В этот раз встречал меня другой охранник. Тоже в костюме, но с ценником поменьше и куда больше раздутым самомнением. Иногда кажется, что на эту должность берут только полных индюков с отсутствием мозгов, замещенных чувством личной выдающейся значимости.
Выгрузились на двадцать седьмом. Расту, с каждым разом все выше.
В кабинете меня ждали двое. Уже знакомый заместитель начальника отдела международной логистики и новое лицо, которое раньше на глаза не попадалось. Старуха, которой можно играть Бабу Ягу без грима.
— Добрый вечер, Иванов-сан. Хочу познакомить вас с Васильевой-сан. Старший инспектор отдела внутреннего аудита.
Окинув меня с ног до головы, старуха прохрипела прокуренным голосом:
— Эсмеральда Степановна. Ко мне можете обращаться — господин старший инспектор.
— Добрый вечер, Васильева-сан. Я вас понял, господин старший инспектор.
Вот нам и подвезли местную инквизицию.
Японец отвесил церемониальный прощальный поклон и напоследок дал понять, зачем я вообще тут:
— Васильева-сан будет вашим куратором. Любую найденную интересную или противоречивую информацию сообщайте ей.
Легко. Из наиболее интересной — сегодня на меня чуть голубь не нагадил. Считаю, что это явно происки тайных завистников.
Дождавшись, когда Ямагути Рио свалит из кабинета, старуха жестом фокусника разложила на столешнице бумаги и ткнула в них пальцем:
— Мне рассказали, будто среди навозных червей обнаружили настоящую жемчужину. Контора сумела вернуть по итогам первого этапа аудита четырнадцать миллионов рублей. И это — только начало. Хочу посмотреть, правду ли говорят. Посмотрите документы, молодой человек. И дайте общую оценку, на какие из них стоит обратить внимание.
Ненавижу экзамены. Не потому, что сдавать не получается. Просто в девяносто процентах случаев это пустая трата времени. Как на собеседовании: «кем вы себя представляете в нашей фирме через двадцать пять лет?». Дебилом пенсионного возраста, кем еще?
Хорошо еще, что рожа у меня всегда выглядит протокольно. Иначе этот махровый пережиток прошлого моментально считал всю палитру эмоций. Поэтому беру первый листок и начинаю его разглядывать. Затем второй. И так до финальной ленточки…
— Из того, что я понял, вот тут просто набор цифр из рекламных буклетов надергали. Полная абракадабра, ничего полезного… Вот здесь, пятая строка снизу. Или запятую неправильно поставили, или мы решили обогнать в объеме добычи с одинокой скважины все Эмираты, вместе взятые… Ну и не бывает на Самотлоре ребят из «Шэлла». У нас там Норвегию уважают. «СтатОйл» и тому подобных.
Поморщившись, бабка сгребла бумаги в кучу и подвела итог:
— Мда, а я надеялась… Толку от тебя, Иванов-сан, как от прокисшего молока. Запоры ликвидировать… У половины документов неправильное оформление. У двух последних подписи людей, кто не имеет права штампы ставить. Да и вообще, к настоящим документам такого уровня допуска не имеет. Странно, что ты хоть что-то сумел обнаружить.
— Так я технарь с опытом работы на реальной добыче. У нас обычно документацию на отрывных календарях вели. Если датчики от мороза дохли.
— О чем и говорю. Для аудита ты бесполезен. — Вот за это спасибо. Но порадоваться до конца не дали. — Значит, отчет в двух экземплярах каждый день. Один мне, другой твоему Лебедеву. Если вдруг какие-то цифры дурацкие снова найдешь, вот визитка. Звонишь мне напрямую. В любое время дня и ночи.
Поклонился, пошуровал к двери. Но уже взявшись за ручку, затупил на несколько секунд. Постоял, подумал. Решил, что хуже не будет. Обернулся и спросил у старухи. Ей мой уход с приседаниями не понравился и бабка смотрела в мою сторону, словно росомаха: настороженно и с желанием кадык выдрать:
— Вопрос можно? В личном порядке, так сказать?.. Ямагути-сан очень вас ценит. По нему видно. Чтобы японцы к русским проявляли хоть какие-нибудь чувства, надо на них произвести убойное впечатление. И мне интересно, какую именно фантастическую кучу дерьма вы раскопали, что человек столь высокого уровня в местной иерархии готов вам первым кланяться и двери открывать?.. Вопрос риторический.
Наверное, Эсмеральда Степановна ожидала что-то другое. Потому что заухала довольно и даже снизошла до ответа:
— Если я тебе расскажу, ты получишь пожизненный контракт без права увольнения. И скоропостижную кремацию, если не пройдешь ежемесячный полиграф. Хочешь?
— Спасибо, не очень.