Заворг. Назад в СССР (СИ)

-Фух! – выдохнул я, когда от нас с отцом отстали. – Значит следов мы не оставили и никто нас, действительно, не видел.
Чувствовал я себя на удивление спокойно и кровавые мальчики ко мне не приходили. Хотя я много размышлял над тем, что произошло. Размышлял и экспериментировал. Энергию «чи», или «цы», хрен знает, как правильно, я вызывать мог, а вот плазменными шарами бросаться не получалось. Причём, у меня получалось, как и говорил Городецкий» хлестать ею метрах на двух. И хлестать довольно чувствительно, а если по горлу, так и смертельно, как оказалось.
  
Энергия «цы» зарождалась в точке, расположенной чуть выше пупка, но генерировалась тазом, скручивающим позвоночник в этом месте. Как оказалось, при скручивании тела внутренняя энергия просто наполняет оболочку, окружающую тело, с помощью которой можно воздействовать на энергетические оболочки людей. И тогда они начинали меня чувствовать, словно я их трогаю. Это, получается, и происходило, когда я видел, что люди на меня реагируют не так, как на других. Как я предположил, «вспоминая» их, я активизировал своё биополе и оно выдвигало вперёд что-то вроде щупальца, которое и ощущали мои «бывшие-будущие» знакомые.
Сие открылось мне после нескольких экспериментов. Мне даже как-то неловко стало, когда одна из «подопытных» девушек, никогда ранее мне не встречавшаяся ни в одной из жизней, вдруг покраснела и потупила взгляд. Это после моего «случайного» касания низа её живота. Тьфу, паскудник! Но это ведь был эксперимент! Больше я никогда себе такого не позволял, не испытывая, такого-же эффекта, как, э-э-э, «подопытные», хе-хе...
Но такое умение позволяло проводить бесконтактную диагностику и лечение. Именно то, о чём мне рассказывал тот же Городецкий, которого я мысленно «обсмеивал». «Бесконтактный массаж», ага, - когда-то давно этой весной думал я. Давно потому, что за это время произошло столько событий, что мне казалось, что и это всё случилось когда-то в другой жизни, или, по крайней мере, лет десять назад. Да я и совсем другой стал, по сравнению с тем, каким был на плавбазе.
Сейчас мне казалось, что я был каким-то… Правильно сказал токарь – лошок-лошком я был. Наивный северный олень, да-а-а… Сейчас вместе с уверенностью и чётко видимыми впереди целями, мне казалось, что я даже видеть лучше стал. Очки «для телевизора» позабыл где и лежат. Хм… Надо проверить зрение. Но не минус два – это точно…
Вот и говорю, что при соприкосновении моего биополя с чужим, мне стали видны щели в нём и его толщина. Примерно метров с пяти – шести я мог его не только видеть, но и воздействовать на него. Подкачивать, например. Причём, очень важным оказалось, не пытаться это делать руками. Одной рукой ещё куда ни шло, а двумя – категорически нет.
Если одной рукой, то лишняя энергия стекала в ауру и возвращалась через другую руку в меня. А если двумя руками «трогать», вся энергия уходила в «пациента». У меня так библиотекарша сознание потеряла, когда я свёл свои рука над её макушкой. Вот я напугался! А ведь говорил Городецкий, что голову надо или одной рукой «трогать», или совсем убрать потоки. Плохо я ещё мог пользоваться своим полем.
Ещё до того, как во мне «проснулась» способность «разбрасывать энергетические камни», я подвязался делать массаж библиотекарше, даме «в годах», то есть – лет пятидесяти, которую периодически беспокоили головные боли. А в той книжке-распечатке «Шиатсу», что подарил мне Городецкий, имелась соответствующая аппликатура. Я её попробовал и она оказалась очень действенной. Практически со сто процентный лечащим эффектом. Вот я эту аппликатуру и применял на всех, кто отдавался в мои руки с надеждой избавиться от страданий.
И вот в очередной приступ меня позвали полечить, а я, уже наделённый иными качествами», решил попробовать бесконтактный «метод Джуны Давиташвили». Главное, - что у меня и таким методом лечить получалось, но не сейчас. Библиотекарь сильно испугалась, придя в себя. Но от продолжения, хе-хе, лечебной процедуры не отказалась.
Тогда я постарался отключить биополе и провёл «простой» точечный массаж, во время которого Нина Викторовна только что не рыдала под моими руками. А я давил очень осторожно. Да, и не давил почти!
- Сегодня твои руки, Миша, на удивление проникновенные, - сказала пациентка, применив странное для рук слово.
Потом, когда я стал «видеть» слабые места чужого биополя, стал воздействовать на него своими «щупальцами», лишь иногда слегка помогая одной рукой или даже пальцами. Поучалось великолепно. Однако некоторые, например моя мама, просили сделать «простой массаж, как раньше» и мне стоило больших трудов и напряжений, ослабить, а потом и совсем «нивелировать» воздействие моего биополя. Зато теперь точечный массаж получался очень, кхэ, проникновенный.
Так вот и рос я в двух направлениях: музыкальном и лечебном, а дела вроде как двигались сами собой. Концертной деятельностью занимались дядя Саша и тётя Катя. Мы к концу года составили концертный план на восемьдесят седьмой год, заключив договоры с музыкантами и нашими собственниками площадок и оставалось только предоставлять музыкантам оборудование, а для этого пришлось прикупить в Японии автофургон «Toyota Dyna». Тем более, что он оказался востребован и для иных производственных нужд Молодёжного центра.
Наша «строительная тема» крутилась вокруг отвода земли для завода, производящего различные строительные блоки, проектирование жилищного комплекса трёхэтажных коттеджей и отвода земли для них. Туда мы планировали переселить собственников «частного сектора», расположенного на сопке выше нашего управления. Ну и кто-то из руководителей сможет улучшить жилищные условия. По крайней мере я, рассчитывал оторвать там себе квартирку. Если всё сложится, правильно, конечно.
Всеми этими вопросами занимался заместитель начальника управлени по капитальному строительству Лебединец Игорь Петрович, который возглавил и наш «строительный трест». А чем ему ещё заниматься? Капстроительства никакого не велось. С ним, кстати мы и про МЖК переговорили. Как-то незаметно лидерство в штабе рыбацкого МЖК стало переходить от Грушевого ко мне, хотя я и не старался его захватить. Меня интересовал результат, то есть стройка, а с результатом у Грушевого не получалось. Всё закольцовывалось на спорах о том чей «хер толще» и добывании денег на содержание самого штаба, которые приносили субботники по уборке, например свеклы.
Я же, изучив планы капитального строительства жилья в ВБТРФ, пришёл к заключению, что нахрен нам не нужна эта сопка на Сабанеева, куда нужно пендюрить пешкодралом под углом в сорок пять градусов. Когда ещё маршрутку пустят. И надо развивать тему именно на Диомиде. ТО же в принципе, говорил и Грушевой, но дальше говорильни у него дело не пошло ни в каком варианте известных мне жизней. Всё упиралось в расселение частных собственников, к которому я подошёл кардинально. И при успехе нашего не очень безнадёжного дела, мы могли расширить стройку, построив вместо одного одиннадцати-подъездного дома – трёх таких же домов. Тоже путём увеличения выпуска панелей за счёт специального оргнабора и комсомольско-молодёжных субботников. Вот этот вопрос сейчас и прорабатывал Игорь Петрович.
Дело в том, что во Владивостоке существовало два штаба МЖК. Один обосновался в краевом комитете ВЛКСМ, а другой у нас. В тот МЖК входили все городские предприятия и учреждение, не имеющие денег, а у нашего «рыбацкого» МЖК деньги, потенциально, имелись.
Как показывали некоторые «будущие» жизни, деньги были именно что «потенциально». Дело в том, что руководство нашего предприятия смотрело-смотрело на «соплежуйство» Грушевого и отдало «наши» деньги в городской штаб, «тупо» переведя их на его счёт. И не только наше предприятие, но и другие рыбаки поступили аналогично. Не без давления крайкома комсомола и крайкома партии, думаю. И это случится в восемьдесят восьмом году. Кхе-кхе… Случилось бы, если бы, кхе-кхе, не мой проект, очень понравившийся директору ВБТРФ Никитенко и другим руководителям рыбаков и поддержанный самим генеральным секретарём ЦК КПСС Горбачёвым Михаилом Сергеевичем.