Заворг. Назад в СССР (СИ)
- Можно попытаться восстановить твой аристократический статус, - прошептала Элли.
- Ага! И подписать себе смертный приговор? Не тешь себя иллюзиями и не терзай мне сердце.
- А что делать с моим сердцем?
- И себя тоже не терзай. Нет у нашей любви будущего. Мы из разных социально-классовых слоёв.
- Ты рассуждаешь, как коммунист.
- Карл Маркс был прав, Элли. Это наша данность, с которой надо смириться. Если бы мы жили в СССР…
- Я готова поехать с тобой даже в СССР, - сказала она и я вздрогнул. Вздрогнул и подумал:
- Не-е-е… Сюда я больше не ездец…
С меня вдруг сошёл морок, который превратил меня в того, другого Джона, который был женат на Элли. И это моя развязность, и решимость обладать её вскружила её голову. Почему так произошло? Зачем я так себя повёл? На эти вопросы у меня не было ответов. Когда я её увидел, то словно встретил свою бывшую жену и повёл с ней себя так свободно, словно сразу имел на неё какие-то права. Алан так и сказал:
- Вы с Элли ведёте себя так, словно знаете друг друга триста лет.
- И у меня такое ощущение, - сказал я тогда. – Он интересная девушка.
- Зря ты так с ней, - сказал Аллан. – У неё ничего серьёзного ни с кем до тебя не было. Ты уедешь, она поедет за тобой.
И сейчас я понял, что натворил. Эли, действительно, поедет за мной. Она заставит отца «принять» меня и он поставит на уши всю Австралию, но «найдёт» меня. Как было в той другой жизни. Примет не только, как зятя, но и как члена семьи. Но я ведь не мог стать мужем Элли! У меня уже есть жена, и я не собираюсь жить в Лондоне. Да хоть и не в Лондоне, а в Сиднее. Элли, похоже, готова перебраться не только в СССР, а и в Сидней, где граждане спокойно едят кенгурятину. А я? На хрена мне Сидней?
- Вот я придурок! – сказал я сам себе мысленно.
* * *
Вернувшись в Лондон, я «немного захандрил», демонстрируя Алану свои переживания, которые, конечно же, имели место, но не о том. Алан меня ни о чём не спрашивал. Почему-то он встал на сторону Элли, а не своего двоюродного брата. И отношения ко мне ребят-его друзей тоже стали натянутые. Поэтому я от посещения паба отказался, а стал с отрешённым видом «бездумно» бродить и кататься по Лондону, забредая в самые глухие места.
Переживать, - я особо не переживал. Такова жизнь и каждый строит себе её самостоятельно. Никаких обещаний девушке я не давал, а жениться на ней не мог по объективным и очень существенным причинам. Переживаниями могли показаться мои раздумья, брать или не брать? Как в Шекспировском Гамлете: «Быть или не быть?», я размышлял, грабить мне ещё один банк или нет. Ну, не банк, конечно, а счёт в банке, да. Счёт, принадлежавший нелегальной разведке КГБ и тоже когда-то и в какой-то из жизней использовавшийся «мной». Просто, я навёл справки, и оказалось, что такого залегендированного персонажа, как Джон Сомерсет младший, в этом мире нет, а счёт под эту легенду, я точно знал, есть. И на этом счёте лежала очень приличная сумма денег. Может быть, им и пользовались наши нелегалы, но вряд ли. Обычно такие счета просто пополняются, как объяснял мне «тогда» Дроздов.
Можно было, конечно, оставить всё, как есть, подождать развала СССР и только потом, с чистой совестью, забрать деньги, если они останутся, но не факт, что их именно тогда не разграбят «свои же» и их «партнёры». Британцы и американцы, после развала Союза ССР охотились в первую очередь не за нашей агентурой, а за её финансовыми источниками. Они искали и обнуляли банковские счета на предъявителя. Так, зачем я должен был оставлять кому-то деньги, через пять лет потеряющими «хозяина»?
Переводить деньги на мои личные счета, то есть на счета Джона Смита, не имело смысла, так как паспорт, полученный в Англии, я сдам, и по нему будет жить и работать какой-нибудь разведчик-нелегал. Лет через пять-десять. А может, у Дроздова и сейчас мой двойник есть. Тогда зачем ему был нужен я для «одноразовой» акции. Двойник не такой коммуникативный? Значит, кхм, предполагался мой «пикап» Элли? Просчитали меня? Или её. Я чем-то был похож на её отца. И он весьма светловолос до «соломенности» и так же высок... Кхм… Весьма возможно, да-а-а… Весьма… Но не думает же Дроздов, что я променяю свою Ларису на герцогиню? Хм! Меня царицы, то есть, императрицы соблазняли, да не поддался я.
Имелась в моей памяти «прошлого будущего» история знакомства с будущей женой императора Японии. Ха-ха… Но это ещё в недалёком будущем. Хотя, навряд ли. Не хочу погружаться в нелегальщину. Хотя… То задание снова будет разовым, хе-хе… девяносто восьмой год… да… Дожить бы.
Короче второй счёт я решил тоже обнулить и вывезти фунты стерлингов в Россию. Пацан решил – пацан сделал. Миллион - не такая уж объемная сумма даже в пятидесятифунтовых банкнотах и она легко уместилась в небольшой «спортивной» сумке, с которой я ходил по городу, прикупая себе и «матери» подарки.
Мать Джесика у Джона и вправду имелась и проживала в Австралии, но я возвращаться туда не собирался и покупал подарки для жены. Думал, что по приезду во Владивосток спрячу где-нибудь, потом, через некоторое время, достану. Не с военных же сборов возвращаться с заграничными подарками? Если только не с войны… Тьфу-тьфу-тьфу…
Съём денег со второго счёта прошёл без «сучка и задоринки» и я спокойно в автобусе доехал до дома дяди Брюса. На мою сумку с миллионом английских денег никто не обратил внимания. Ни дяди, ни Алана дома не было и я, достав ключ из-под цветочного горшка, спокойно вошёл в дом. В паб я ходить прекратил и «тупо» отсыпался впрок.
Как было обещано клерком миграционного департамента, ровно через две недели я получил паспорт с британскими львами и улетел в Сингапур. Алан попрощался со мной так же сухо, как и общался последние дни. Мне было пофиг его ко мне отношение. Дядя тоже попрощался со мной дома и вызвал мне такси. Погода тоже стояла мерзкая, то есть, «чисто» Лондонская. Но настроение у меня было приподнятым. Можно сказать – весёлым.
В аэропорту мы встретились с «дядей Томом», прошли регистрацию и вылетели в Сидней с пересадкой в Сингапуре, где я на другой самолёт не зарегистрировался, а ушёл в город и растворился в его тумане, для меня, кстати, не ставшим неожиданным. Много «я» видел туманов в «прошло-будущном» Сингапуре.
Здесь в Сингапуре, в одном из банков, кстати, имелась заначка в виде документов на имя некоего мистера Джона Рэдклиффа. Тоже не анонимного получателя. Очень удобная форма передачи друг-другу чего бы-то ни было. Удобная для тех, кто не хочет афишировать своё имя. Положил в ячейку, получил номер и пароль, передал и то и другое получателю, тот пришёл и забрал.
Мне предстояло возвращение в СССР и ничего с собой я везти не мог.
- Это уж точно пусть полежит, - подумал я. – Тем более, что уж за этими документами я должен приехать точно, потому что мы с Дроздовым перед самым развалом Союза, сюда в Сингапур точно приедем, чтобы кое что спрятать на других счетах. И вот тогда-то и понадобятся мне эти документы. А сейчас нужно было и в этом банке провернуть одну операцию.
Но сначала я поехал на Battery Road, где стояло сорока четырёхэтажное здание «Standard Chartered Bank», старейшего британского банка в Сингапуре. Там я открыл счёт на имя Джона Смита и положил все имеющиеся у меня деньги под семь процентов годовых сроком на пять лет. В Лондоне тот же банк предлагал пять процентов и поэтому в банке мой вклад денег наличными и открытие счёта в Сингапуре не вызвали недоумения. Положив деньги в Лондоне, я бы не смог перевести их в Сингапур и получить повышенную ставку. А «нал» – он и в Африке, и в Сингапуре – «нал».
При согласовании условий востребования я настоял на снятии моих биометрических параметров, а именно – отпечатков пальцев. На предъявителя, ха-ха, так сказать. Предъявил отпечатки пальцев – денежки снял. Даже без паспорта, только по фамилии. Тоже самое, предварительно изъяв в тайнике документы на имя Рэдклифа, я сделал и в банке «United Overseas Bank», то есть, внёс в личную карточку изменение, добавив свои отпечатки пальцев.