Былое и Настоящее (СИ)

— Должен заметить, мальчик очень сильно похож на Аквилу. Если судить по тем портретам, что я видел.
Мальчик действительно очень сильно напоминал своего деда. Такой же прямой нос, тёмные волосы и взгляд исподлобья. После слов Салазара, Гелиос, который был лично знаком с Аквилой, так же обратил на это внимание и очень удивился, почему не замечал этого раньше.
— Да, ты чертовски прав. Мне доводилось встречать Аквилу в уже преклонном возрасте, но сходство очевидно. — подтвердил Гелиос.
— Мама, о ком они говорят, и кто все эти люди? Мне страшно. — полушёпотом сказал Теодор, крепко сжимая руку матери.
— Прошу прощения, позвольте представить вам Правительственный совет. Меня и Юлия вы уже знаете. Это Салазар Хавард — архимаг Магической гильдии. Вон тот задумчивый мужчина — это Клей Бартон — глава службы правопорядка. А это Бернард Лисьер — главный казначей.
Здесь сейчас нет Сэмюеля — главы инквизиции, но при встрече вы его легко узнаете по запредельной мрачности и бледному цвету лица. — сказал Гелиос, представляя присутствующих.
— Здравствуйте, для меня и моего сына честь познакомиться с вами. — ответила Мири и исполнила реверанс.
— Это для нас честь, наконец-то встретить будущего императора. — сказал Юлий, подошёл ближе и нагнулся к Теодору.
— Теодор, ты сын покойного императора Эриха, а значит, ты имеешь полное право занять его место, когда вырастешь. Понимаешь, как это важно для нас всех? — обратился Юлий к мальчику.
— Наверное, да… — растерянно ответил тот.
— Вот, а поскольку ты будущий император, то теперь будешь жить здесь, во дворце. А мы будем обучать тебя, как быть императором. Я был личным помощником твоего отца, а теперь, буду помогать тебе.
— Но, я хочу быть с мамой.
— Не переживай, она тоже останется здесь, с тобой. — успокоил мальчика Юлий.
Все члены совета, кроме Бернарда воодушевлённо восприняли новость о наследнике трона. Казначею же пришлось смириться с решением остальных. Когда мальчик освоился в замке, его представили жителям города, тактично умолчав о роде занятий его матери.
В то время как Империя всеми силами искала способы борьбы с зомби, небольшая группа из двух орков, гоблина и оркессы двигалась на север, вдоль Серой пустыни. До гор оставалось меньше дня пути и величественные развалины Тетратоина были хорошо видны среди скал.
— Зачем орку гном? Гоблин может присоединить булаву орка прямо к руке. Гоблин сделал так орк-большому брату Луг-Рубу. Орк-большой брат доволен рукой-крюком. — возмущался гоблин Огол-Гро.
— Гоблин-брат, успокойся. Все знают, что гоблин может даже лошади пятую ногу пришить. Неужели гоблину не интересно, что может сделать гном-инженер? — ответил ему Кру-Хак.
— Ну ладно, ладно. Гоблину интересно. Орка знает, где искать этого гнома?
— Начнём с Чёрных Скал, а дальше будет видно. — ответила Варра-Энтара.
Гоблин Огол-Гро был одним из самых умелых лекарей Свободного Племени. Его знания целебных трав были весьма скромными, поэтому он периодически обращался к более опытным соплеменникам. Но вот его хирургические навыки заметно выделялись среди остальных. Огол-Гро первым стал делать операции, начав с вправления открытых переломов и накладывания швов, постепенно дойдя до относительно полного восстановления повреждённых в бою конечностей. Одним из последних его достижений стал крюкообразный протез руки орка Луг-Руба. Гоблин разрезал мягкие ткани, закрепил стальной крюк прямо к костям, после чего сшил обратно мышцы. Когда швы заросли, орк снова смог заняться кузнечным ремеслом, фиксируя в крюке-протезе заготовки и инструменты. Во многом, подобной практике способствовали нечувствительность соплеменников к боли и быстрая регенерация повреждённых тканей. Огол-Гро значительно усовершенствовал свои навыки за время войны с Империей. Гоблин-хирург делал и достаточно тонкие операции, вроде восстановления раздробленных костей и порванных сухожилий кисти гоблина. Сшитые сухожилия вскоре срослись, и подвижность пальцев восстановилась практически полностью.
 
Найти гнома в Северных горах оказалось не так-то просто. Но один трактирщик всё же сказал путникам, что возможно видел нужного им гнома, когда ездил в Приморский — небольшой портовый посёлок на берегу Ледяного моря. Путники отправились на север. Дорога туда оказалась несложной. В Приморский постоянно приходили корабли из Зелёной Волны, привозящие зерно и вина, производимые в Империи. Поэтому туда тянулась вереница повозок из доброй половины таверн и баров в северо-западной части земель Северного клана. В пункте назначения подсказки местных жителей привели путников к большому каменному дому, окружённому молодым фруктовым садом. Деревья, способные выжить в суровых условиях северного побережья росли медленно, поэтому большинство из них ещё ни разу не плодоносили.
— Орка уверена, что гном здесь? — окинув дом взглядом спросил Дару-Лотар.
— Сейчас узнаем. — ответила Варра-Энтара и постучала в дверь.
Вскоре из-за двери раздались шаги и недовольное ворчание.
— Кого там принесло в такую рань! — раздался голос из дома.
— Он точно здесь. — улыбнулась Варра-Энтара.
Тяжёлая дубовая дверь открылась без скрипа и с такой лёгкостью, будто была сделала из соломы. Из открытой двери хлынул жуткий запах перегара, в след за которым появился гном, в трусах и халате нараспашку. На его лице было что-то среднее между вечерним охмелением и утренним похмельем.
— Кажется, нужно бросать пить. Померещится же такое с утра… брррр… — гном протёр глаз и потряс бородой.
— Руфус, гному не мерещится, но пить нужно бросать. — сказала Варра-Энтара, шагнув навстречу гному.
— Так вы настоящие… тогда заходите, присаживайтесь. А если вот этот будет мешать — скиньте его на пол.
Гном вяло показал рукой на кого-то, спящего на диване, и ушёл на кухню. Уже оттуда он спросил, будет ли кто-то чай, кофе или что-то покрепче. Оркесса подошла к дивану и приподняла плед. Там, лицом вниз спал эльф, держа в руке пустую бутылку тростниковой огненной воды. Удивлённо повернувшись в сторону кухни, она хотела спросить у Руфуса, кто это. Но увидела аккуратно висящий на стене лук из чёрного дуба, а рядом изящную эльфийскую совню с резной рукоятью и поняла, что это Равандил.
— У орки есть травы, снимающие похмелье. — заглянув на кухню сказала оркесса.
— Мне не нужно, а вот ушастому, я думаю, пригодятся, когда он проснётся. — ответил Руфус.
— Орка не ожидала увидеть здесь Равандила.
— Он заявился ко мне недели три назад, сказал, что потерял цель в жизни. Наутро он её нашёл, с тех пор пытается перепить гнома. — пояснил гном.
— Достойная цель для эльфа. И как, получается?
— Нет, конечно. Чай готов, идите все сюда. — позвал Руфус, разливая чай по кружкам.
Гости расположились в просторной столовой, отделённой от кухни барной стойкой. Высота мебели была рассчитана на гномов, поэтому орки сели прямо на пол, подогнув под себя ноги. Гоблин Огол-Гро же устроился на добротном гномьем стуле прямо как в кресле. Оркесса представила гному своих спутников, после чего пару мину все молчали, наслаждаясь ароматом чая с липой и яблоком.
— Ну что же, рассказывайте, что привело вас сюда в это смутное для Северного клана время.
— Смутное время? — удивилась оркесса.
— Да, пока вы там воюете с империей, у нас тут назревает гражданская война. После смерти Крорина верховным старейшиной стал Тонлим, но некоторые вежды им оказались недовольны и пытаются выдвинуть своего старейшину.
— Орк-брату Дару-Лотару не помешала бы помощь, орк потерял руку в бою. — сказала Варра-Энтара.
— Хм, и что, вы хотите, чтобы я сделал ему протез? — удивился гном.
— Гном же любит делать сложные механизмы, может, и тут что-нибудь придумаешь?
— Звучит интересно. Мне нравится эта идея. — воодушевился гном.
— Руфус, ты с кем там разговариваешь? — раздался голос
Равандила, сопровождавшийся звуком падающей бутылки.
Все повернулись в сторону гостиной, наблюдая, как оттуда шаткой и неуверенной походкой шагал опухший эльф, нёсший тяжкий груз жуткого похмелья. Равандил выглянул из двери и обвёл всех мутным взглядом.