В плену у травмы. Как подружиться со своим тяжелым прошлым и обрести счастливую жизнь
И вот я пишу заключительную часть. Я не знаю, какой будет судьба этой книги. Возможно, она повторит судьбу моих прошлых текстов: приятные отзывы, небольшие дополнительные тиражи. Возможно, ее вообще не захотят издавать или она будет продаваться из рук вон плохо. А возможно, она станет бестселлером – и ее прочитает множество людей, переживших травму и ищущих поддержки в своем исцелении.
Кто знает? Наше будущее покрыто тайной, и никакое количество тревоги не поможет нам создать стопроцентно верное предсказание о том, как все будет, и проконтролировать его, так же как никакое количество вины не поможет нам изменить наше прошлое – прекрасная мысль, когда-то и где-то услышанная мной.
Но я точно знаю, что мое вложение времени в эту книгу не напрасно. Эта книга уже помогла одному человеку: мне. И если в мире найдется еще хотя бы один такой человек – что ж, я уже перевыполню свой план.
В будущем мне интересны многие направления.
Возможно, я хотела бы и дальше развивать тему этой книги и написать, например, «Рабочую тетрадь исцеления». В ней я могла бы поделиться разными практическими упражнениями для работы с травмой, которые кажутся мне полезными как с точки зрения терапевта, так и с точки зрения пациента.
Возможно, я хотела бы углубиться в работу с телом – я продолжаю свое обучение и сразу после отправки этой рукописи начинаю учиться на курсе, связанном с соматическим исцелением травмы, одним из спикеров которого будет Питер Левин. Жду с нетерпением!
Возможно, я хотела бы открыть свою клинику по работе с травмой (я много думаю об этом в последнее время). Это было бы прекрасное место на лоне природы, в котором люди учили бы свое тело чувству безопасности – через иппотерапию (связь с лошадьми) и канистерапию (связь с собаками), через йогу, через сонастроенность с другими людьми благодаря занятиям музыке, танцам и совместным играм, через взаимодействие с природой и здоровому режиму сна, питания, движения, отдыха. Это было бы прекрасное место для научно обоснованного психотерапевтического процесса. Это было бы прекрасное место для первых шагов в исцелении – или для продолжения этой дороги.
Возможно, я хотела бы вернуться в науку, но, к сожалению, в мыслях об этом я сталкиваюсь с большим ограничением – с поиском финансирования, хотя мне было бы очень интересно проводить масштабные исследования в области работы с травмой, пример Бессела ван дер Колка меня потрясает и вдохновляет.
Возможно, я хотела бы написать исключительно художественную книгу.
У меня есть множество идей, связанных с будущим. И это действительно мои идеи – в отличие от более юных частей меня, я полна настоящей надежды на свою жизнь. Да, в мире сейчас происходит множество событий, но, несмотря на трагедии вокруг, я хочу иметь право на эту надежду. Я хочу иметь право на счастье. Я хочу иметь право на свободу выбирать свой путь. Я хочу иметь право на заботу о себе. И я верю, что оно у меня есть – как и у каждого из вас.
Эпилог
Я только что вернулась с прогулки с мужем – мы гуляли по моей любимой тропе вдоль озера, окруженной соснами и валунами и напоминающей мне о скандинавских сказках. На улице легкий мороз, но в нашем маленьком дачном домике очень тепло. Я пеку морковный торт, вокруг стоят ароматы корицы, имбиря и мускатного ореха. На фоне звучит «My Way» Фрэнка Синатры – как это красноречиво. Муж играет с нашим псом Браво, и в воздухе искрится веселье. Я смотрю на этот отрывок из своей жизни и, кажется, точно понимаю, как ощущается безопасность.
Я думаю обо всем, что мне удалось написать в этой книге, и глубоко дышу. Я понимаю, что благодаря своей уязвимости перед лицом травмы получила доступ ко всему своему прошлому, и, пусть я не помню его, я перестала бегать от боли. И главное – я приняла свою историю.
Принятие позволило мне сделать удивительную вещь: обрести связь со всем, что меня окружало. Не только с плохим, но и с хорошим.
Я сосредоточиваю свое внимание на глиммерах своего детства – противоположности триггерам, на том, что привносит в нашу жизнь свет и тепло. Это маленькие, едва уловимые моменты, благодаря которым мы чувствуем себя безопасно, спокойно, свободно.
Глиммеры – это якоря, которые позволяют нам восстанавливаться и чувствовать радость, спокойствие, безмятежность. Это трепетные напоминания, способные подарить нам надежду даже в темные времена. Это стимулы, которые отправляют сигнал безопасности нашей нервной системе.
Они повышают уровень нашего благополучия, укрепляют наше психическое здоровье, наполняют нас энергией. Обучаясь замечать (и создавать) их, мы формируем навык влиять на свое настроение. Что способно зажечь в вас искорку счастья?
Улыбка любимого человека, лучи солнца на вашем лице, запах свежевыжатого сока, добрые слова самому себе?..
Я думаю о том, что меня окружало. Думаю о том, что позволяло мне исцеляться, когда я была ребенком. О контролируемом адреналине, который я получала благодаря регулярным тренировкам на горных лыжах. О сонастроенности, которую я чувствовала, играя на скрипке в оркестре. О голосе дедушки, который любил напевать потешные песенки, и об объятиях бабушки, которая была самым добрым человеком из всех, кого я когда-либо знала.
А еще я думаю о запахах – вы знали, что обонятельные стимулы довольно часто способны спровоцировать переживание флешбэков? Наша нервная система с большой готовностью откликается на них, и часто эти переживания очень острые и болезненные.
Но я думаю о других ароматах – о тех, которые дарят мне тепло. Я думаю о запахе старого дома дедушки с бабушкой – пахнет только что испеченными дедушкой блинчиками, малиновым вареньем и, едва уловимо, лекарствами. Я думаю о запахе горнолыжки – о лыжном хранилище, в котором всегда было очень тепло, и о запахе мороза. Я думаю о запахе самолета, который с детства дарил мне радость и сулил надежду, – сухой воздух, влажные салфетки, леденцы. Я думаю о запахе, который неразрывно соседствовал с занятиями скрипкой, – канифоль и аромат старых страниц нотных сборников. А еще я думаю о запахе моей мамы – об аромате духов Chance Chanel, выпечки с яблоком и корицей, утреннего крепчайшего черного кофе.
Я думаю об этом и вижу нас с сестрой. Мне хочется обнять этих девочек и сказать каждой из них:
• Я люблю тебя – не за твои успехи и достижения, я люблю тебя, что бы ты ни делала.
• Я горжусь каждым твоим шагом.
• Если ты захочешь попробовать что-то новое – я буду поддерживать тебя.
• Делать ошибки и проигрывать – это интересный опыт, который еще больше знакомит тебя с самой собой.
• Моя любовь гораздо больше любых твоих ошибок и неудачных попыток.
• Это нормально – чувствовать страх, злость, тоску, чувствовать любые эмоции. Это часть нашей человеческой жизни.
• Мне интересно все то, что важно для тебя. Расскажи мне об этом.
• Это нормально – если мы в чем-то не согласны друг с другом. Я уважаю твое мнение.
• Ты справишься. А я буду рядом с тобой.
• Прислушивайся к себе, отмечай то, что тебе нравится и чем тебе действительно хочется заниматься. Ты сама создаешь свою жизнь. Она принадлежит тебе. И если она не похожа на жизни твоих близких – и ладно!
• Тебе не нужно быть похожей на кого-то для того, чтобы быть счастливой. Будь самой собой.
• Ты удивительный человек, и я так счастлива, что ты есть в моей жизни.
Мне жаль, если в детстве вас окружали другие слова. Но сейчас это ваша взрослая работа – заботиться о себе, окружать себя теплом, беречь себя. Я искренне надеюсь, что после прочтения этой книги такие слова в вашем внутреннем диалоге будут возникать все чаще и чаще.
Я думаю о том, что мне удалось рассказать вам свою историю и поделиться тем, что я считаю важным в работе с травмой. Иногда мне кажется, что получился шедевр, – а иногда мне кажется, что это никуда не годится. Временами меня все еще шатает от грандиозности к самоуничижению, и я принимаю себя в любом из этих состояний. Взрослая часть меня точно знает: эта книга – манифест моей уязвимости и дань всему тому, что я узнала на своем профессиональном и личном пути.