Дочь Революции (СИ)
— Я думала, мы познакомимся иначе, — засунув руки в карманы, тоскливо проговорила Агния. Тогда техника сфокусировалась на её лице и подсказала владельцу, что незнакомка перед ним являлась старшей сестрой усопшей. По внутренней базе данных Агния проходила как бывшая гарпия тардиградского Санктория. — Не самые удачные обстоятельства.
— Корректней не скажешь.
Знакомство их прошло без официальной части: они не представились и окинули друг друга недоверчивыми взглядами.
— Есть мысли, кто мог её убить?
Залерт качнул головой:
— Никаких. Поначалу я думал… что она просто решила исчезнуть, — поделился он, — но это… слишком для неё. Разве что… Культы, оппозиция — я даже не знаю. По-моему, первые очень удачно мимикрировали под вторых.
— Это ты верно заметил. — Агния хмыкнула. — Вчера я получила её волосы.
На этих словах Залерт напрягся. Бытие странником буквально обязывало не сколько в совершенстве знать историю, столько досконально изучать её тёмную часть.
— Погребальный дар Стиха Сумерек, — вспомнил Дмитрий, — не Бездны. Но… Я не понимаю. Из Карпеи их выдавили — по последним данным, остатки окопались в Камнеграде да на руинах Кёнигсберга…
— Думаешь, это имеет значение? Мы оба прекрасно понимаем, что здесь балом правит ABICO, и косу оставили, скорее, чтобы подтвердить смерть Авроры… Расследования не будет, поэтому, я бы сказала, с их стороны — милосердно лишить меня надежды.
— Это шутка такая?
— Ни разу. В Тардиградске, несмотря на вполне официальные прощания с пропавшими без вести, многие сохраняли надежду на их возращения. Это ловушка, знаешь. И я рада, что не попала в неё. Тело, конечно, вынесло… А что, если бы нет? Не уверена, что хочу знать ответ.
— Ты говоришь так, будто тебе это безразлично, — упрекнул девушку красморовец. — Это же твоя сестра, как так можно?
— Кровь не только объединяет, — парировала Майнью и прищурилась, глядя куда-то вдаль, — но и разъединяет. Знаешь, когда я была в Тардиградске, то дико скучала по ней… Но… Когда я вернулась, меня встретили таким холодом, какой не бывает в Сибири.
Тело Авроры наконец унесли.
Ещё несколько минут Залерт и Майнью безмолвно стояли, а после тихо разошлись. Больше ничего не связывало.
Глава седьмая. Кардиналы не носят плащи
Литерологи видят в «Кате-Эр» особую ценность — они считают, что оригинальный текст, написанный на карпейском языке, содержит ряд зашифрованных литер, доселе неиспользованных в действующей системе. Исследователи полагают, что сокрытые в рукописи символы заключают в себе потенциальную возможность предсказывать Восхождения.
Литеры, соответствующие нововосходящим деми, воссоздаются при кропотливой работе с семантикой текста. Точное число зашифрованных символов до сих пор неизвестно: согласно прогнозам мойр, в пророчестве Джестерхейла Опустошённого находится около дюжины спрятанных литер,
— Б. Кельвария, «Литерология: перспективы развития и использования».
Эпизод первый
Российская Империя: Тардиградск
Чернозорьский Санкторий им. Каиры Леоне
11-17/994
— Это вы ещё не видели карпейские образцы: титановые сплавы и, в лучшем случае, щепотка кевлара. После того, как мы заключили контракт с «Линией Иллюзий», всю амуницию удалось модернизировать и… — Михаил с напором восхвалял все достижения Санктория, не обращая внимания на скучающее лицо камнеградского гостя. Замолчать координатора заставил только прикреплённый к шатлену протофон — агрегат завибрировал. — Ах, прошу меня извинить.
Корвин Рейст — вызванный из Камнеграда посредник — удивлённо посмотрел на координатора. Вскинув бровь, некрочтец проговорил:
— Э… Да, конечно.
Впрочем, его уже не слушали. Монтгомери поднёс протофон к самым глазам и не поверил им, когда прочитал пришедшее ему сообщение. Несмотря на то, что написали его на нова эспере, понял его юноша не с первого раза:
Vetta Jelazo [11.17, в 8:02]: Мертвый снегирь живой. Мы приковали его полу. Пожалуйста, приди в ангар № 3.
Отправительницей сообщения была Лизаветта Желазо — прогнозистка исчезнувшей в Грустине исследовательской группы «Хронос». После потери связи с ней мойру отстранили от выполнения должностных обязанностей до выяснения судьбы участников операции.
— Прошу прощения, — взволнованно начал Монтгомери, глядя на горящий экран протофона, — но я вынужден вас покинуть, господин Рейст. Если хотите, я могу вызвать свою ассистентку — она проводит вас до ангара.
— В этом нет необходимости, — с вежливой улыбкой отказался некрочтец. Координатор рассеянно кивнул. — Думаю, я сам найду дорогу. Благодарю за беспокойство.
Ему уже был безразличен ответ приглашённого специалиста — Михаил спешно скрылся в служебных помещениях, напоминающих сеть потайных ходов. По ним юноша добрался до ангара № 3: именно там, как правило, размещали неисправные машины — те, что ещё можно было разобрать на запчасти.
— Почему так долго? — Лизаветта перехватила координатора у самого входа. Выглядела она встревоженной.
Это настроение сразу передалось Михаилу. Когда он заглянул в непроницаемо тёмные глаза, его взяла оторопь. Не нашёлся, что сказать. Только обратил внимание, что встроенный дозиметр затрещал.
Желазо, бесцеремонно схватив Монтгомери за локоть, потянула его прямо к собравшейся в центре помещения толпе. Юница, что прежде казалась невероятно хрупкой, резво растолкала работников и буквально толкнула Михаила вперёд.
Когда он оказался в первом ряду, то увидел обугленный двигатель — «Снегиря», вестимо. Признать в этой искорёженной груде металлолома бомбардировщик казалось непросто. Координатор не сразу различил среди поражённых элегией сплавов раскуроченный вентилятор.
— И что? — оглянувшись на подчинённую, спросил Монтгомери. — Я ничего не вижу. Что с ним?
Едва несколько ртов открылись с готовностью ответить, как необходимость в этом отпала. Несмотря на разорванный топливный бак и иные повреждения, турбина пришла в движение. Только крепления удерживали конструкцию на земле.
— Вот деми! — Михаил отшатнулся. — Это что ещё за напасть?
— Я продиагностировала его, — робко отчиталась Лизаветта и стушевалась, когда почувствовала на себе косые взгляды. — Литеры говорят, что это нечто родственное доказательствам посмертия.
— Доказательствам посмертия! — передразнил её мужской голос из толпы. — Вы её только послушайте! А не из-за твоих ли литер «Хронос» оказался в беде?!
— Литеры не дают точного прогноза, — оправдывалась Лизаветта. — Только вероятность.
— Тогда зачем вы нам вообще нужны?! — поддержала первого стоящая рядом волчица. — Мы и без вас в силах оценить ситуацию!
Интерес собравшихся в ангаре сместился с разбитого самолёта на испуганную девушку. Та не выдержала людского напора да критики и пары минут и начала пятиться. Не успел Михаил опомниться, как кто-то из присутствующих обратил Слово против Желазо.
Шею её рассёк горизонтальный порез.
Несмотря на то, что рана почти сразу запеклась, кровь щедро залила пол. Лизаветта, отчаянно зажимая горло, упала.
— Кто это сделал?! — ошеломлённо спросил Михаил.
Панике никто не поддался. Девушке оперативно оказали первую помощь — найти того, кто принимал непозволительную в стенах Санктория силу, не удалось даже при просмотре материалов с камер наблюдения. Дело так и осталось нераскрытым, а Лизаветту первым самолётом отправили подальше от Западной Сибири. Как и всякого, кто пал её жертвой.
— Господин, — за гвалтом послышался вкрадчивый голос обходчика. Пожилого мужчины, что служил здесь с момента основания Санктория самой Каирой Леоне, — что прикажете делать с двигателем?
— Уничтожить, — принял решение Михаил и обосновал вслух — скорее, для самого себя, так как обходчика рядом уже не было: — Его содержание, как и перевозка, слишком опасны… Он выделяет слишком много элегии, слишком…
Эпизод второй
Российская Империя: Тардиградск
Чернозорьский Санкторий им. Каиры Леоне