Империя Русь (СИ)
В начале 12 века в Закавказье из всех обширных населенных армянами земель лишь области Сюник и Хачен, примыкающие к Ширвану с юго-запада, вассальные сельджукам, сохранили частичное армянское самоуправление.
К моменту появления россиян в Ширване империя Сельджуков, в которую вошли все земли бывшей персидской империи от Египта до Персии и Хорезма, ослабла. На ее территории сформировались самостоятельные эмираты, лишь формально признававшие власть Султана.
Обеспечив бывших армянских землях поддержку армян, пришельцы планировали возродить былое могущество Армении и создать сильное союзное себе государство, которое будет буфером между Ширваном и двумя могучими мусульманскими империями: турецкой и персидской.
Западное побережье Каспийского моря в еще большей мере, чем Закавказье в целом, подвергалось нашествиям иноплеменных кочевых племен, поскольку «Дербентсий проход» — относительно ровная местность между морем и высокими отрогами Кавказских гор, являлся единственным путем с севера на юг в этом большом регионе. По нему прокатывались в разные времена с юга на север персидские племена: массагеты, таты, пехлеви, дари, азери и арабы. С севера вторгались скифы, гунны, хазары, аланы и тюрки.
В 9 веке правители Ширвана, бывшие изначально наместниками арабских халифов в этой области, с ослаблением Халифата стали считать себя самодержавными шахами. Ширван стал суверенным государством. Однако, большая часть его населения имела персидское происхождение, исповедующего ислам и зороастризм. Со временем и сами шахи стали считать себя персами.
С юга по реке Кура Ширван граничил с персидской областью Азербайджан, где правили эмиры тюркского происхождения, обособившиеся от сельджукской империи. Большую часть населения этой области составляли персы и армяне, исповедовавшие различные религии: ислам, зороастризм, христианство.
С севера по реке Самур Ширван граничил с эмиратом Лакз со столицей в Дербенте, населенном племенами кавказских горцев и выходцами из множества кочевых народов, осевших на жительство в Дербентском проходе. Религии населения — от язычества до ислама. Впрочем, власть эмира была здесь скорее номинальной, поскольку местные горские князьки подчинялись ему лишь формально.
Река Алазани, левый приток Куры, стекающая с Главного Кавказского хребта, отделяла Ширван от владений царя Грузии Давида, населенных, в основном, православными грузинами и армянами.
На столицу Ширвана город Шемаха опустилась теплая осенняя ночь. Уже совсем стемнело. На небе зажглись яркие южные звезды. А во дворцовых покоях зажгли свечи. Через открытые окна в опочивальню шаха вливались ароматы спелой айвы, инжира и мандаринов. Ширваншах Фарибурз, крепкий 60-летний мужчина, слегка располневший, но, все сохранивший воинскую стать, готовился отдаться в руки, губы и прочие соблазнительные выпуклости и округлости своей любимой наложницы Гульнары, ласково освобождавшей шаха от многочисленных одежд. Этот приятный процесс был прерван начальником личной стражи Зульфикар-башой.
— Осмелюсь потревожить Ваше Великолепие! — обратился Зульфикар к шаху.
— Ну, что там у тебя? — с неудовольствием вопросил Фарибурз.
— Прискакал бек из бейлика Баку. Говорит, город захвачен налетчиками с моря.
— Кто такие?
— Он не знает точно, говорит, что они приплыли на двух десятках кораблей под видом купцов и захватили город внезапным налетом.
— Неужели опять русы? — Задумался шах. — Давно их не было слышно. Если это русы, они пограбят город и уйдут.
— Разрешите выслать к Баку разведку?
— Высылай. И вышли гонцов к ближайшим к Баку беям. Пусть собирают дружины бейликов.
За следующие два дня в Шемаху прибыли пятеро беков и двое вали из бейлика Баку. Они сообщили, что наглые захватчики разгромили гарнизон города, убили бея и всех войсковых начальников.
Прибежавшие в Шемаху вслед за ними рассказали, что гарнизон присягнул захватчикам. Отряды из местных солдат под командованием захватчиков берут под контроль все поместья вокруг города.
Вскоре во дворце шаха собрались все беки и вали из бейлика Баку. Многие привели своих воинов. Они же сообщили, что, по слухам, захватчики применили при штурме города какое-то огнестрельное и громобойное оружие, наподобие греческого огня. Однако, у них имеется и подобное ручное оружие, которого не было у греков.
Вернувшиеся разведчикирассказали, что захватчики говорят на языке русов, но выдают себя за гипербореев. Они строят на горе над городом укрепление. Вся городская знать и все жители города и бейлика присягают наглым захватчикам. Хотя, их всего около тысячи.
Фарибурз осознал, что это не набег, а вполне серьезное нападение на Ширван. Во все бейлики поскакали гонцы с приказом всем беям собирать все свои воинские силы и выдвигаться к Шемахе. Всем беям городов было направлено распоряжение выдвинуть к Шемахе две трети гарнизонов и вооружить городское ополчение.
Через 14 дней у Шемахи собралось войско в 9 тысяч пехотинцев и 2 тысячи конницы. У самого шаха имелась личная гвардия в 700 отборных воинов. Из Шемахи шах вывел две трети гарнизона в количестве 800 пехотинцев. Итого, у Фарибурза под рукой оказалось почти 10 тысяч хорошо вооруженной пехоты и около 3 тысяч конницы, из которой 7 сотен тяжелой. Военачальники шаха считали, что этого с лихвой хватит, чтобы выбить врага из Баку.
Огнебойное оружие пришельцев, о котором разведчики не смогли выяснить ничего определенного, шах посчитал какой-то разновидностью греческого огня, боевые свойства которого были хорошо известны. Командующего Максуд-пашу настораживали слухи о ручном огнебойном оружии. Раньше ни о чем таком слышать не приходилось. На зажигательные стрелы, выпускаемые из самострелов, это оружие не походило. Но, и в войске самого шаха имелись катапульты для метания на головы врагов горящих горшков с нефтью, а также, стрелы, обмотанные пропитанной нефтью паклей.
Максуд-паша, вместе другими военачальниками шаха, считал, что при виде подавляющего численного превосходства армии шаха, враг укроется за стенами города. Тогда, его можно будет забросать зажигательными снарядами. Горшки с нефтью имелись в изобилии. Город, конечно, при этом сгорит. Однако, все изменники понесут заслуженное наказание.
Войско выступило в поход. Катапульты и баллисты с боеприпасами тащили с собой. 120 верст до Баку прошли за пять дней.
В пяти верстах от города войско встало на ночлег. В версте впереди на дороге к Баку маячили конные разъезды захватчиков. Пока солдаты разбивали лагерь, Фарибурз с военачальниками в сопровождении семи сотен личной гвардии выехал к городу на рекогносцировку. В версте от города шах остановился на невысоком холме справа от дороги. Военачальники осмотрелись. Мосты перед воротами города были подняты, а сами ворота заперты. На стенах и башнях маячили защитники. Справа от города на высоком холме появилась небольшая крепость.
— Что скажешь, Максуд, по поводу этой крепостицы на холме? Зачем они её построили?
— Крепость очень маленькая. В ней поместятся от силы две сотни воинов. Думаю, это наблюдательная крепость. С нее видно на десяток верст вдаль. Будут наблюдать за нами и сигналить в город. Другой пользы от нее я не вижу.
— Думаю, ты прав. Пусть наблюдают. Нам скрывать нечего. И хитрить нам не надо. Мы их силой задавим. Как действовать предлагаешь?
— Завтра с утра под защитой пехоты выдвинем камнеметы к крепости и начнем обстрел. Конница будет в резерве на случай, если они попытаются сделать вылазку. Когда город за обоими воротами запылает, можно будет попробовать захватить ворота. Если это удастся, пехота ворвется в город. В этом случае, большую часть города сохраним.
А если отбить ворота не удастся, то будем продолжать обстрел, пока они не сбегут из города на кораблях. Жаль, флота у нас нет, а то, можно было бы запереть их в городе.
— До сих пор на нас с моря никто не нападал. Но, раз появились на море эти налетчики, военный флот придется заводить. — Заключил шах. Здесь на холме оставь сильныйдозор, а мы возвращаемся в лагерь.