Империя Русь (СИ)
Револьверные пушки, тоже имеющие тумбовые лафеты, я думаю, тоже можно поставить на четырехколесные платформы, только более крупные и прочные.
А вот со 107-миллиметровыми пушками, нужно думать. Их морские лафеты слишком тяжелы. Деревянные платформы их не выдержат. Тут нужно крепко подумать. Надеюсь, что-нибудь, с артиллеристами сообща что-нибудь придумаем.
— Ну что же, подумайте. Но, к демонтажу револьверных пушек с Драчуна приступайте сразу. Делайте платформы. А когда вернутся из похода пароходы, ставьте на них по пушке. Места для установки пушек на пароходы, Вы, Степан Осипович, определите сами.107-миллиметровки пока не трогайте. Если же с полевыми лафетами для 107-миллиметровок ничего не выйдет, то поставим их на пароходы. Хотя, конечно, эти пушки в поле нам бы весьма пригодились, чтобы крепостные стены ломать.
Скобелев отпустил артиллеристов и Макарова. Остался с Ключевским.
— Василий Осипович! Что полезного удалось узнать от пленных и рабов?
— Пока только установили национальность, откуда они родом, как попали в плен или на службу, где приходилось бывать. Продолжаем опрашивать. Думаем использовать их как переводчиков при общении с местными.
— Это правильно, продолжайте опрос. Когда привезут новых пленных и рабов, продолжайте эту деятельность с ними. Думаю, это дело следует поручить одному из ваших людей. А может и двоим. В переводчики определяйте только тех, кто владеет двумя языками, причем один из них должен быть старорусским.
Остальных определим в рабочие отряды. Бывших воинов отделяйте. Сообщите им, что рабов мы не держим. Но, берем на службу рабочих, переводчиков и воинов с оплатой в 3 динара в месяц, а работников — в полтора динара. Плюс бесплатная кормежка. Думаю, с этим проблем не возникнет.
Василий Осипович, у меня есть некоторые опасения о возможности психических срывов среди личного состава. Когда они окончательно осознают, что навсегда расстались с семьями, родственниками и знакомыми, у некоторых, опасаюсь, могут возникнуть нервные расстройства.
— Я сам эти озабочен, некоторые члены экспедиции крайне расстроены. Стараюсь занять их работой, чтобы поменьше размышляли над нашими печальными обстоятельствами.
— Вот и Вы туда же! Василий Осипович, предлагаю рассматривать наш перенос как божественное вмешательство, осуществленное Господом с целью изменить трагическую историю нашей Родины. Как известно, до монгольского нашествия Русь опережала в развитии сопредельные государства. Но, монгольское иго затормозило развитие Руси на три века. В результате Русь безнадежно отстала в развитии, и потом пять веков кровью и потом народа пыталась наверстать упущенное.
Прошу Вас, как историка подготовить лекцию, или даже цикл лекций, и выступить с ней перед личным составом всех подразделений. Нужно убедить людей, что на нас Божьим промыслом возложена почетная миссия избавления Руси от монголов. И этим необходимо гордиться, а не поддаваться унынию. Ваши сотрудники тоже могут выступать с такими лекциями. Жаль, что в нашем составе нет ни одного священника. Придется Вам с коллегами взять на себя эту миссию по спасению душевного состояния личного состава.
— Полностью согласен с Вами, Михаил Дмитриевич. Обязательно займусь этим. Кстати, мой ассистент, Гурский Максим Семенович, имеет и духовное образование. После гимназии духовную семинарию закончил. И только потом в науку пошел. Можно его попросить богослужения проводить по воскресеньям.
— Обязательно попросите! Пусть проводит. Выделим на это время в расписании.
Но, у меня к Вашей экспедиции есть ещё одно важное задание. Посадите парочку ассистентов на запись и систематизацию всего, что членам экспедиции известно о Ширване и в этом времени и в нашем. Они должны тщательно опросить каждого члена экспедиции и все записать.
Потом сделать такую же работу по окружающим Ширван государствам. А потом по Руси и по удаленным государствам. Даже, по другим континентам.
А теперь самое наиважнейшее. Нам категорически необходимо обеспечить сохранение всех имеющихся у нас знаний. А знания эти содержатся в книгах и в головах.
Даю Вам полномочия опросить всех офицеров и унтер-офицеров и забрать у них все имеющиеся книги. Из книг сформируйте библиотеку и составьте каталог.
— Среди членов экспедициитакую работу по Ширвану я уже провел. Доцент Грайворонский ее непосредственно ведет. Когда первая горячка дел пройдет, нужно будет просить всех офицеров записать все, что они помнят по своей специальности. Штурманов — навигации и астрономии, артиллеристов — по математике, баллистике и артиллерии, корабельных механиков и ремонтников — по механике, врача и фельдшеров — по санитарии, медицине и анатомии, и так далее. Иначе все знания быстро забудутся. А мы обязаны их сохранить.
— Прекрасная мысль. Когда возьмем Ширван, введем для этого специальный день в неделе. Все будут сидеть, вспоминать и писать. И не только по своей специальности. У многих могут быть ценные сведения и по другим сферам деятельности. А вашим людям придется все это собирать и систематизировать.
На этом совет окончательно закончился.
5. Рейд пароходов.
Тринадцатого сентября по календарю старого времени отряд пароходов вышел в рейд. Весь день двенадцатого числа был посвящен авралу по выгрузке содержимого трюмов грузовых пароходов на берег. Подойти к берегу пароходы не могли, поэтому грузы переваливали на шлюпки, перегоняли их к берегу и там разгружали. На этих работах были заняты все матросы, за исключение вахтенных и все солдаты, за исключением караульных. Квартирмейстер клипера Рукавишников вместе с суперкарго пароходов закончили инвентаризацию грузов, находившихся в трюмах. Чтобы облегчить танкера, пресную воду из их танков перекачали во все имеющиеся на берегу пустые емкости. Часть воды перекачали в цистерны клипера и грузовых пароходов. Однако, по сотне тонн воды в танкерах осталось.
Штурманскому составу Драчуна Макаров приказал провести тщательные астрономические наблюдения и уточнить местные время и дату.
Рукавишников представил Скобелеву и Макарову список грузов. Их номенклатура руководящий состав экспедиции порадовала:
460 тысяч штук патронов для винтовок и митральез,
220 винтовок, 95 револьверов,
снарядов для полевых 4-фунтовок — 12 тысяч штук,
снарядов для полевых 8-фунтовок — 4 тысячи штук,
имущество ремонтной мастерской — 16 тонн,
шанцевый и плотницкий инструмент (лопаты, топоры, пилы, кирки и прочее) — 1 100 штук,
хозяйственный инвентарь (палатки, котлы, баки, и прочее) — 12 тонн,
3 тонны медикаментов, дезинфицирующих средств, санитарных материалов и перевязочных средств,
Продовольствие — 80 тонн.
— В высшей степени полезный груз! — заключил Скобелев. — Повезло, что в этот раз на пароходы не погрузили фураж и упряжь для верблюдов. И продовольствия не так много. Зато, патронов и снарядов намного больше обычного.
— К сожалению, нет снарядов для флотских полутора-дюймовок и выстрелов для шестидюймовок. У нас для них только один боекомплект на клипере. Но, хотя бы, снаряды для полевых 8-фунтовок подойдут для наших 107 миллиметровых пушек. И то хлеб.
— Я думаю, продовольствие мы у местных добудем, а все, что можно использовать в качестве посадочных семенных материалов, нужно прикопать на зиму в ямах. — Высказал мысль Рукавишников. — Здесь ведь, ни картошки, ни подсолнечника еще нет. Да и свекла с морковью и луком местных сортов наверняка не урожайные. А также гречка, ячмень, овес и просо. Надо проверить, нет ли среди продовольствия пшеницы и ржи в зернах.
— Вы, без сомнения правы, Илья Захарович. Нужно опросить всех унтеров и нижних чинов и в пехоте и на кораблях, и выяснить, кто из них наиболее сведущ в сельском хозяйстве. И назначить пару человек ответственными за хранение семян и за будущую посевную. Пусть они проведут ревизию продовольствия и отделят весь семенной материал.
Отряд пароходов под командованием капитан-лейтенанта Ухтомского, дошел экономическим 5-узловым ходом до Апшерона за 35 часов. Вятка занял позицию в 5 милях от северного берега полуострова. Учитывая, что в те времена все судоходство проходило вдоль берегов, Ухтомский надеялся перехватить суда, идущие с севера к Баку или из Баку в сторону Дербента. Три невооруженных судна отошли на пять миль мористее.