Девичьи грезы (СИ)

Правда? Приехать снова? Увидеть сказку? Так можно?
— Спасибо за предложение, господин профессор. Думаю, что я его приму.
Профессор уже было повёл её обратно в замок, но из-за поворота дорожки возник Патрик.
— Вот вы где!
— Возвращаю тебе даму, — усмехнулся де ла Мотт, и отправился в замок кратчайшим путём, то есть — порталом.
— Вернёмся в зал? Или пройдёмся ещё? — спросил Патрик
— Пройдёмся, — в зале хорошо, но здесь — тихо и темно.
Неизвестно, как в замке устроена звукоизоляция, но музыка наружу не доносится.
Патрик взял её за руку, и они дошли до берега озера. Лягушки вновь квакали вдохновенным хором, луна отражалась от поверхности воды. Необыкновенное место, волшебное место.
Что там бывает, когда шёл-шёл, и пришёл куда-то в самое сердце твоих грёз? Сказочный город, успешный фестиваль, и в финальной сцене — настоящий бал в настоящем замке у настоящего принца? И рядом… настоящий прекрасный кавалер.
Татьяна подумала, что будь она чуток моложе, то непременно бы сама сейчас повернулась к тому кавалеру и поцеловала. И гори оно огнём. А сейчас…
Нет, не нужно огнём. Лучше сохранить возможность звонить, писать, и может быть — приехать в гости, как сказал профессор. Потому что у них не то, что у каждого своя жизнь, а свой мир, и это не фигура речи.
Иногда нужно остановиться на пороге … чтобы потом, может быть, иногда думать о том, что осталось за тем порогом.
  
26. Домой
 
Самолёт преодолевал расстояние между Парижем и Москвой — обычный самолёт, обычное расстояние, никаких пространственных и прочих коллизий. Вылет по расписанию, полёт в штатном режиме. Посадка в салон, взлёт, обед с вином.
— Пьём за крутых нас! — Алёнка поскреблась в сиденье сзади.
Их места были два по два, и сёстры Розовы сидели сзади, а Татьяна с Мариной — впереди. И девчонки были настолько же довольными, насколько пригруженными — они с Маринкой.
— Пьём, пьём, — кивнула Маринка, и чокнулась картонным стаканчиком. — Что бы ни было — мы возвращаемся домой.
Да. Они возвращаются домой.
В воскресенье все разбежались, кто куда. Алёнка и Майя пошли тусить в городе с парнями, с которыми познакомились накануне на балу — со студентами местной академии. Марину куда-то пригласили Роганы — после того, как они прообщались весь бал, это было неудивительно. А Татьяна поднялась, собрала и упаковала костюм и его принадлежности — чтобы потом уже был готов, и отправилась в гости в профессору де ла Мотту. Патрик обещал забежать туда же.
В общем, профессор не зря был профессором. Он рассказывал Татьяне про силу вообще и про её собственную так, что было понятно и казалось простым, но простым не было вот ни разу. Они делали упражнения на то, чтобы найти, выпустить и взять под контроль — часа два, наверное, пока она просто не плюхнулась в кресло без сил. При этом профессору-то хоть бы что, он только посмеивался, что это ж так, ничего особенного. Но очень нужное и важное «ничего особенного».
За обедом к ним присоединились госпожа Клодетт, спросившая про ногу, и внуки профессора — кажется, они только поднялись после ночных гуляний где-то в городе. Впрочем, внуки что-то съели и испарились. Потом прибежал Патрик, а после него появились профессора Саважи — оба.
Профессор-некромант протянул Татьяне две увесистых книги.
— Прошу вас принять на память о нашей встрече, госпожа Тьяна.
Она глянула — да это же книга о короле Анри, на которую она смотрела в магазине в самый первый день, и о которой уже успела позабыть! А вторая — это современное издание трактата о танце Франсуа Ожье.
— Благодарю, очень приятно, — кивала ошарашенная Татьяна.
А дальше был разговор дотемна, обо всём на свете. О дороге, о погоде и климате, о разведении роз, ещё о какой-то ерунде… Впрочем, в финале как-то так вышло, что они с Патриком снова сидели на набережной неподалёку от дома де ла Моттов, в полной темноте, и делились планами.
Татьяна — о том, как приедет и попробует набрать на лето группу на интенсив, чтобы к осени выучить новое прочтение гальярды или кадрили — что выйдет.
 
Патрик — о том, как сейчас сдаст экзамены, а осенью будет писать и защищать выпускную работу.
Личного не касались — по молчаливому обоюдному ощущению.
А наутро тот же Патрик сказал, что принято решение не ехать в столицу, а открыть портал в нужное место прямо из Лима. И для того подтянулись суровые силы — профессор де ла Мотт, профессор Саваж, профессор Дормир и его студентка по прозванию Шестерёнка. Профессор Клодетт де ла Мотт, профессор Марион де Саваж и профессор Арианна Гобер просто пришли проводить гостей. Обнимали, говорили хорошие слова и звали приезжать ещё.
А потом две машины отправились из города и где-то на трассе проехали через радужную арку… чтобы выехать в обычном мире. Указатели на французском, радио в машине Патрика тоже на французском.
Впрочем, оба профессора, оказавшись на вольном выгуле, тут же решили завернуть в местный ресторан и организовали там прощальный обед. А профессор де ла Мотт говорил, что ему в этом месте нравится сырный суп, нужно прислать сюда кого-нибудь, чтоб научились готовить такой же.
И их ведь проводили прямо до зоны вылета! Дотащили кофры, до последнего болтали, обнимались — и обещали друг другу попробовать ещё раз встретиться. Потому что вышло просто отлично, так ведь?
И вот теперь расстроенная Татьяна смотрела на такую же расстроенную Маринку. Её-то что так добило? Она ж вообще непробиваемая?
— Скажи, к тебе что, принцы сватались? — спросила Татьяна, чтобы что-нибудь спросить.
Марина глянула сумрачно своими зелёными глазами.
— Сватались, ага, — хмыкнула она. — Только не в том смысле. Понимаешь, они мне работу предложили.
— Чего? — ну ничего себе новости!
— Младший меня сразу в вальсе спросил — чем я вообще занимаюсь, неужели только танцую? Я и пояснила, что танцы — это любимое хобби, а вообще я на заводе работаю. Он изумился и повёл меня к своему отцу, и мы проговорили про работу до упора. А вчера ездили на их завод, который частично магический, и старший принц там столько разного и интересного показал, что ой. И сказал, что ему нужны люди с нестандартным мышлением, а у меня оно для них нестандартное, и немного магических сил, сказали, тоже есть. И он хочет предложить мне работу, он понимает — это невозможно решить прямо сейчас, но пусть я поеду домой и подумаю хорошенько. Работа мечты, понимаешь, Тань?
— И… что ты?
— А что я? У меня мама, брат и СанСаныч.
— Так, дорогая. Мама у тебя ещё не на пенсии. Брат уже работает. А СанСаныч другого зама найдёт, недели не протерпит. А у тебя вместо него будет в начальниках целый настоящий принц. Понимаешь, да? Если это и впрямь работа мечты — то собирайся и поезжай. И работай.
— Но это же не впишешь в резюме, чтобы потом, если вдруг там не выйдет.
— Если не выйдет с принцем — выйдет с кем-то ещё. Там же, понимаешь? Профессор де ла Мотт подтвердил, что ты тоже маг. Вроде он видит такие вещи. Так что — тебе нужно туда. Думай, Маринка, думай!
В Москве довольно быстро прошли паспортный контроль, и потом сидели возле нужного выхода — где пока ещё не объявили посадку на иркутский рейс. Несмотря на позднее время, все позвонили домой, всех обещали утром встретить.
Увы, посадку задерживали, причин не называли, задерживается и задерживается. Татьяна открыла в телефоне фото — им скинули подборку от всех фестивальных фотографов, и от голубоволосой Флёр, и от других. Вот они на сцене в четверг, вот в замке на экскурсии, а тут они с Патриком танцуют вальс на балу…
Наконец-то объявили посадку, и им даже удалось попасть в салон одними из первых — чтобы снова занять под кофры целый багажный отсек. И сложить сверху рюкзаки. Татьяна хотела было взять из своего рюкзака книгу про короля Анри, чтобы почитать, если не получится уснуть, но — побоялась светить незнакомым языком. Мало ли, кто там рядом окажется?