День Разрушителя (СИ)

— Куз, помнишь эльфийский язык? — продолжил улыбаться Шеймус. — Настоящие имена у эльфов очень сложные и длинные. Ни человеку, ни орку такое не выговорить. Лиара — это сильное сокращение, но и оно должно звучать несколько иначе… по-эльфийски. Например, Сильва́на или Малефисе́нта.
— Слишком мягко! — возмутилась девочка. — Такое имя даже злого духа не отпугнёт!
— А я думаю, будет мальчик, — прикоснувшись рукой к будущему животу, промолвила Лиара. На фиолетовом лице расцвела улыбка — добрая и радостная. Улыбка будущей матери.
— И будет таким же сорванцом, как мама, — улыбка на лице Шеймуса обрела свой пик. — Да-да, Древен рассказывал мне о твоих проделках! Хе-хе! Как забралась в погреб друидов и… Крог, а что думаешь ты?
Орк слегка одёрнулся, прервав затянувшуюся задумчивость. Сталь «Кроворуба», как и всегда, дремала на его плече, а мрачный взгляд концентрировался на окружении. Каждая деталь в наружности огромного орка, будь то его взгляд или россыпь воинственных татуировок, вызывала трепет. Даже в состоянии далёком от битвы, он, казалось, оставался её участником. Однако, отныне, подобный воинственный облик дал непоправимую брешь.
— Думаю, будет парень, — пожал плечами орк. — Может и девочка. Главное, чтобы Мать-Земля одарила здоровьем. А имя? Хм! Лорискон.
— Лорискон? — ухмыльнулся Шеймус. — А что, весьма не дурно. Но я всё же думаю, будет девочка. Что насчёт…?
2
— И что?! Дубиной и прямо по рукам?! — слышался восторженный детский голос. — А папа? Больно было? Ха-ха! А большой он был, этот великан?
— Хо-хо! Ещё какой! — ухмыльнулся разводящий костёр Шеймус. — Твой папка рядом с ним, что я рядом с орком. С дохлым, правда, но тем не менее.
Лиара широко улыбнулась и положила на землю ираду, что с приходом вечерних часов превратилась в основной источник мягкого синего сияния. Едва девушка присела на землю, место на её коленях тут же занял мурчащий комок, коего ныне не заботило и присутствие за спиной эльфийки Ку’сиба. Как и ранее, вся местная фауна, будь то природные духи или животные, с любопытством тянулись к гостье собственной обители. Как и ранее, «Талмон» молчаливо дремал в мифриловой темнице на эльфийской шее.
— Крог не такой тощий, — оскалился в улыбке орк. — Великаны крепкие, но медленные… и тупые, как пень. Если сноровка есть, бояться нечего. Больше проблем было от той девчонки, которой Шеймус дал по морде.
Лиара подняла бровь и окинула старика недоумевающим взглядом.
— Поверь, она заслужила, — неловко усмехнулся старик и вытянул из недр плаща потрёпанный футляр с любимой курительной трубкой. — Ох! Мы многое прошли, пока искали вас. Разгромили резиденцию одного негодного барона, с великанами пободались, успели побегать от зверолюдов, повстречать старых друзей Крога и даже поучаствовать в сражении под знамёнами орочьего вождя. Хе-хе! Но Кира… уникальная женщина!
— Болотная ведьма! — фыркнул орк и окинул взглядом левую руку, укрытую нарукавьем, что впитало часть магии, пронизывающую почву топей. — Но дар хороший. И Убежище — хорошее место.
— Владычица Топи, — покачала головой эльфийка, продолжая расчёсывать шерсть на загривке кота. Ткань на шее Ку’сиба, что так же стала даром Киры, наполняла эльфийское восприятие силой и спокойствием. — Персонаж детских сказок воплоти. Удивительно! Хал-ан, что же ещё она поведала вам? Неужели, это и правда, было пророчество.
— Не сомневайся, дитя, — затянувшись, ответил старик. — Более того, мы уже успели убедиться в его состоятельности, когда отыскали вас.
Лиара ответила кивком. Она чувствовала висящую в воздухе напряжённость, видела волнение, что так тщательно пытался скрыть старик. Девушка понимала — Шеймус что-то умалчивает и это что-то имело прямое отношение к пророчеству, однако она всё ещё не решалась задавать вопросов.
— Пап, а расскажи ещё раз, как вы убегали через топь? — в глазах ребёнка вспыхнули искры восторга.
В отличие от эльфийки, Крог прекрасно знал об окончании пророчества и то, что Владычица предсказала Шеймусу смерть. Однако поведать об этом Лиаре не собирался ни орк, ни сам Шеймус.
 
— Рассказать? — на буром лице проступила клыкастая улыбка. — Папа покажет…
«Что?!» — пронеслась единственная мысль в голове волшебника, прежде чем хватка двух могучих рук отправила его в полёт.
Посох и любимая трубка остались лежать на земле. Орк подкинул Шеймуса в воздух на добрых два метра и поймал на руки. Вместе с остатками дыма из уст старика вырвалась лишь буква «Ё…!» в нарицательном контексте. Орк тут же закинул чародея на плечо и под аккомпанемент детского смеха и изумлённый эльфийский взгляд помчался вокруг костра. Шеймус превратился в неподвижный объект, пытаясь выдавить хоть слово, но Крог не отпускал. Кус с любопытством повёл голову. Крог нырнул вперёд и дабы окончательно «развеселить» старика, выполнил затяжной кувырок. Шеймус никогда не отличался привычкой к сквернословию и использовал брань лишь в редких случаях. Но в сей момент, окажись он в силах произнести хоть слово, старый волшебник, вне всяких сомнений, удивил бы окружающих широтой своего словарного запаса.
— Да! — взвизгнула от восторга девочка и бросилась к отцу. — Фраса, Кус! Спасём Шеймуса!
Отныне количество игроков увеличилось вдвое, а правила изменились. Отныне Крог прижимал к себе старика, отбиваясь от нападок парочки, что изначально намеревалась его спасти. Окружение наполнилось звонким смехом и радостным рыком. Кус, как и всегда, прикусывал за ноги и предплечья, норовил сбить с ног и носился кругами, Куза подхватила с земли тростинку, используя её на манер меча. Единственными, кто остался в стороне от игр, был мурчащий кот, что игнорируя происходящее, пускал коготки в плащ Лиары и сама эльфийка, что расплываясь в улыбке, неотрывно взирала за тем, как изменилось её окружение.
— Получи, великан! — щёлкнув по отцовской ноге, воскликнула Куза и по всем заветам командора Фарбрука исполнила защитный финт.
Отец подыграл и пал на колено, в тот же момент став жертвой атаки Ку’сиба. Огромный волк навис со спины, едва не опрокинув Крога на Шеймуса. Старик выпучил глаз и попытался сделать хоть что-то, но вновь ощутил лёгкость в теле, а взор наполнился круговоротом из темнеющих небес, крон деревьев, восторженного детского лица и почвы, которой мягко коснулось его седалище. Крог не слукавил и в этот вечер, старику вновь довелось пережить «те самые» ощущения.
— Думаешь, избавился от меня? — фыркнул Шеймус. Лицо старика внезапно округлилось в улыбке. — Ну, уж нет…!
Крог откинул Куса, предварительно ободрав руку о защиту на волчьей шее, забрался поверх зверя, но тут же оказался атакован с фланга крошкой Кузой. Девочка перевернула отца, запрыгнула на его грудь и тут же оказалась подброшена вверх на полтора метра. Крог поймал и продублировал бросок, наполнив окружение радостным криком. Он знал о безопасности и риске привлечь внимание, но ныне орку было плевать. Более никто на всём свете не мог забрать у него дочь. Куза пытаясь сопротивляться, когда отец прижал её к себе, но ощутив несостоятельность попыток, попросту растворилась в объятьях. Отныне они будут вместе. Всегда и везде.
Как только орк поднялся с земли, а игра, казалось, приблизилась к логическому завершению, сотканная магией сфера воды, ударила в клыкастое лицо. Крог окинул Шеймуса вопросительным взглядом. Весёлый старикан ответил кивком. Во взгляде Кузы вспыхнули искры. Концентрация, сбор энергии — очередная водная сфера взмыла в направлении «оппонентов». Игра закрутилась с новой силой.
«Талмон» наполнил недра мифриловой темницы сиянием, разделяя противоречивые чувства, что ныне наполняли душу Лиары.
3
— Хорошо. Здесь раны затянулись, — осматривая тело Крога, промолвила эльфийка. Шеймус и Куза ныне дремали в лежаках, после очередного изнурительного дня походов. Рядом с девочкой сопел и огромный серый ком и упитанный кот, что расположился в ногах юной орчихи. — Будь добр, сними защиту с руки.