День Разрушителя (СИ)

— А кто самый опасный зверь в лесах? — не унималась кроха. — Как охотиться на медведя или дракона?
— А зачем охотиться на дракона? — рассмеялась Лиара. — Драконы — потомки наших богов, носители их естества и воли в нашем мире. Да и… как можно охотиться на дракона?
— Просто! — воскликнула девочка. — Длинный лук, какой был у Су’уры и стрелы с острым наконечником!
На сей раз усмехнулся даже Крог.
— Видишь ли, Куз, — вступил в дискуссию Шеймус, разворошив шерсть за ухом напряжённого Ку’сиба. — Как правило, у драконов и нас, представителей смертных народов, нет никакого столкновения интересов. Не корректно сравнивать драконов с животными. Это очень умные, наделённые могуществом существа, что обитают в потаённых уголках Асхана.
— Даже умнее Шеймуса?
— В некоторых аспектах, — ухмыльнулся маг. — Как правило, на драконов охотятся мародёры и недалёкие искатели славы. Однако даже профессиональные драконоборцы могут рассчитывать на успех лишь в отдельных случаях, при многократном численном перевесе и в столкновении с молодыми особями. Что касается древних, по-настоящему могущественных драконов… то едва ли хоть кто-то во всём Асхане способен составить им должную конкуренцию, — маг приподнял задумчивый взгляд и расчесал бороду. — Однажды мне довелось стать свидетелем охоты на белого дракона. К логову Фалата пришло около двухсот человек, включая драконоборцев. Ушла только половина…
— Значит, драконы злые?
— Они такие, какие есть. Не добрые и не злые. Драконы есть драконы, дитя.
— Dair Rat Ai, — пропела Лиара. — Два начала первородных драконов — символ их сущности. Вода может дать жизнь, а может крушить. Тьма несёт в себе ужас и тайны. В каждом божестве живёт созидатель, которому мы поклоняемся и его обратная сторона.
— И даже Силанна? В чём её обратная сторона?
— Kaptura, — опустив ладонь на мифриловую темницу «Талмона», промолвила Лиара. — Разрушитель. Когда приходит час…
— Тс! — послышалось шипение из уст орка. В то же мгновение из груди напряжённого Ку’сиба послышался характерный рык, а волчий взгляд устремился в направлении востока. В воздухе повисла напряжённость.
«Кус, что там?» — прозвучал эльфийский голос в голове зверя.
«Враг» — раздался однозначный ответ.
  
Глава 6. Охотник и добыча
 
1
— Думаешь, господин и впрямь затеял войну? — послышался шепчущий мужской голос из-за лицевой маски на бледном остроухом лице. — Неужели, лорд Киха́л был прав?
— Мы ничего не знаем, — покачала головой рыжеволосая эльфийка, что, так же как и собеседник, и отряд многочисленных соратников была облачена в лёгкий кожаный доспех и капюшон, скрывающий лик от посторонних взглядов. — Но связь Тейна с людьми… мы и сами видели этих мерзких рыцарей в форте Блэкстоун. Если Тейн и предпочёл войну, то на чьей стороне мы окажемся?
— На стороне «Шасури», — прошипел лидер отряда. В отличие от прочих, засевших в засаде эльфов, в его снаряжении доминировали фиолетовые цвета, а привычное вооружение в виде самострела и пары зазубренных клинков дополнялось камнем-катализатором, инкрустированным в чародейскую сферу. — Тейн всегда был на стороне своего народа. Так было в годы войны и в годы раскола. Так будет и впредь. А теперь умерьте голоса и помните, что волки слышат шум за пять вёрст.
— Заключение изменило господина, Мэнгал… как и Листмур, — на тонких бровях рыжеволосой эльфийки проступила хмурь. — Мы были там. Десять лет мы провели на востоке, выслеживали в лесах беглецов и всё для того, чтобы добраться до Тэлагата. Нет, это не тот эльф, которому мы присягнули на верность. Смерть Алудана тому подтверждение.
— Порой, чтобы добиться приходится идти на жертвы, — промолвил Мэнгал чуть громче, чем ранее. — Величайшие цели требуют величайших жертв. Я верю в Тейна, сестра. Он избран самой Малассой и королевской кровью. Той кровью, которой нет в жилах его сестры.
Среди эльфов воцарилось затяжное молчание. Каждый из них знал, что шепчущие голоса не остались беззвучны для окружающих соратников и каждый из этих соратников имел свой взгляд на непростую ситуацию в стенах Иш-Колл. Кто-то считал Тейна героем, кто-то засомневался в нём после гибели Алудана, но каждый понимал, что лидер «Шасури» остаётся единоличным повелителем клана, а сопротивление его воле означало смерть. Руководствуясь страхом и чувством долга отряд под началом сира Мэнгала — одного из лучших следопытов клана «Шасури» и его доверенных соратников, продолжал держать пост на переулках смежных лесных троп, подобно застывшим в сетях паукам, что ждали заветную мошку.
 
— И что же будет, когда мы схватим Лиару? — нарушил тишину женский голос из-за лицевой маски. — Тейн больше не собирается служить людям. Для чего ему нужен «Талмон»?
— Есть легенда о древнем храме близ Тир-Лист, — промолвил лидер отряда. — Харасан-Талу. Задолго до нашего рождения, когда небо впервые озарилось кровавой луной, древние друиды принесли себя в жертву, дабы спасти Тарлад от демонов. Они выпустили в наш мир нечто, некое оружие и «Талмон» — ключ к могуществу к его могуществу. Однако никто до конца не знает… — тонкий слух уловил далёкий хрус ветви. — Внимание!
Все как один, эльфы заняли позиции на подготовленной точке. Магия теней и навыки лазутчицкого ремесла превращали их в по-настоящему невидимую цель для всякого взора. Ни единожды за последние дни их покой тревожили обитатели леса, что то и дело норовили забрести на охраняемую территорию. Однако в сей час всё было иначе и приближающийся топот, что тревожил округу, принадлежал отнюдь не тем существам, что ранее встречал отряд Мэнгала. То был ритмичный цокот лап, приправленный протяжным неестественным дыханием, скрежетом и более далёким цокотом лошадиных копыт.
— «Кроваый Крест»! — прошипела эльфийка. — А что они здесь…?! Твари! Они ищут Лиару!
— Мастер, какие будут приказы?
— Тейн приказал захватить Лиару и «Талмон». Все, кто противится его воле — наш враг.
2
Крог опустил центр тяжести. Уже и его слуху стал доступен цокот когтей, разрывающих под собой почву. Что бы то ни было, оно имело значительный вес и приближалось с пугающей скоростью. Вскоре напряжённый воздух потревожило тяжёлое дыхание и протяжный, отличный от всего прочего рык.
Дистанция дала путникам возможность полноценно оценить нового противника. Около четырёх футов в холке собакоподобные химеры, именуемые среди сообщества «Кровавого Креста» трасхаундами, вынырнули из зарослей деревьев. Их мускулистое стройное тело, покрытое жёсткой игольчатой шерстью в районе спины и шеи, являлось идеальным инструментом для рывков на короткие дистанции. Вытянутые морды с обширными пазухами были лишены кожи в своей верхней части, а раздвоенные змеиные языки, вываливающиеся на бегу, позволяли предположить, что существа стали следствием скрещивания собак с некими рептилиями посредствам кровавой магии. Однако куда больше внимание орка привлекли шипастые ошейники, кои укрывали шеи тварей…
— Три! — прорычал Дух Песков, различив число тварей. По его левое плечо послышалось глухое гортанное рычание. — Да-аза! Град!
Получив заветную команду, серый ком злобы, ныне свободный от всяких отягощений, ринулись вперёд, навстречу неприятелю. Раздался громогласный щелчок и визг от первого столкновения. Ак’рик несколько превосходил противника в габаритах, но скорость, развитая трасхаундом, свела на нет все преимущества Ку’сиба. Тварь была сбита с ног, но тут же атаковала обидчика, вонзив длинные клыки в бок потрясённого волка. Ку’сиб взвизгнул, на серой шерсти проступило кровавое пятно. Всё в единственную секунду…
Раздался громогласный треск, разнёсший по округе леса. К удивлению Шеймуса, его «Кинетический удар» не принёс должного эффекта, попросту сбив тварь, что тут же вскочила с земли и вернулась к атаке, а основной её целью стал огромный орк. «Кроворуб» уже давно ждал своего часа. Чёрная сталь прорубилась сквозь переплетения мышц и костные пластины. К недоумению тра’вага, чудовищное ранение не лишило тварь жизни и дееспособности, ввиду чего та продолжила наседать, норовя вцепить клыки в тело орка. Смещение, удар закованной в сталь рукой — Крог протянул меч подобно пиле и откинул раненую тварь прочь, окропив лесную почву лужами тёмной крови.