Я снова царь. Книга XXXIII (СИ)
— Как вы, Алефтин Генрихович, — улыбнулся я, помогая ему снять с усов какую-то гадость, напоминающую кровавые сопли.
— Нормально… Пострадала лишь моя гордость…
Тут он, конечно, соврал. Ран на нем было столько, что он едва держался на ногах. Ходить не мог — только сделал шаг, как едва рухнул обратно в ту «яму», откуда я его достал.
— Позвольте…
— Я сам, Кузнецов!
— К вашему сведению, царь Кузнецов! С царями не спорят!
Он что-то пробурчал, но все же дал мне отвести себя к лекарям. Удостоверившись, что его жизни ничто не угрожает, я поспешил покинуть их, но Звездочет поймал меня за руку.
— Черт, Михаил… Как мне тебя отблагодарить? Ты спас КИИМ.
Я пожал плечами.
— Позвоните Марусе и скажите, что остановили прорыв и с вами все нормально. Она будет рада.
И улыбнувшись ему, я пошел прочь. И нет, не в КИИМ. Там меня наверняка ждет «теплый прием», ибо Болванчик уже показывал, как институт начинают заполнять солдаты. Мне с ними не по пути.
Так что я быстро рванул искать свой волшебный проход к усадьбе.
* * *Путь до портала вышел благополучным. Я уж думал, что и в поместье меня кто-то встретит, но нет — все военные были заняты прорывом. Переместившись в Москву, я услышал голоса. Кажется, говорил телевизор — сообщали о нападении на КИИМ. О том, что много раненных, но прорыв успешно отбит.
А еще слышался голос Валеры.
— Так…
Это могло означать все, что угодно. Даже… Вообще все, что угодно.
Приготовившись увидеть на поверхности выжженную пустыню я поплелся наверх из подвала.
— О, Миша! — повернулся ко мне здоровяк, стоявший посреди гостиной. На диване сидел Бердышев с Андреевым. А еще голубь Гена — он сидел на жердочке и клевал зерно. — А мы как раз про тебя вспоминали!
— Мы? — удивился я, поглядел на голубя. Тот скромненько потупил взгляд. — Так, здоровяк. Как там дела с Пожарской?
— Тебе впрыснуть немного успокоительного в кровь? — спросила Лора.
— Я справлюсь…
Валера же просто махнул рукой.
— Херня! Она вспылила, но стоило мне поговорить с ней, как она мигом отошла…
— В смысле? ОТОШЛА⁈
Валера же удивленно посмотрел на меня.
— В прямом.
— Валера… Только не говори, что ты убил Пожарскую?
— Зачем? — поднял он бровь. — Мы с ней просто поговорили, и она отошла. Ну в смысле успокоилась. Ты же знаешь меня?
Я выдохнул. Это да, я его знаю.
— Так что, с войной покончено?
— Ага. Она сказала, что погорячилась. И отозвала войска. А вот это она зря…
И он хрустнул пальцами.
— Я бы подбил пару танков! Или хотя бы не пару… ТАК!
Развернувшись, он пошел на выход.
— Где-то тут у меня были гвардейцы, которые уже пару дней бездельничали на тренировках? — крикнул он, спустившись с крыльца. — Есть тут смелые?
Но смелых не нашлось. Только увидев вернувшегося Валеру, все тихо-тихо, по стеночке принялись рассасывать по своим постам.
— А у меня дежурство! Только вспомнил!
— Я в наряд, Валерий. Жаль, но…
— ЧТО⁈ — озверел Валера, и его глаза зажглись адским огнем. — Струсили? Идите сюда, вы…
Вдруг в воздухе показалась перчатка и влетела Валере прямо в лицо.
Он опешил. Перед ним стоял какой-то низенький мужчина.
— Ты! Мерзавец! Крикнул он, уткнув в него палец! Ты оскорбил мою женщину! Украл ее голубя! И расколотил нам весь сервиз! Даже не смыл за собой! Держись!
И сняв вторую перчатку, он и ее бросил в Валеру.
— Я вызываю тебя на…
Не успел он договорить, как перчатка прилетела обратно. Удар был такой силы, что этого малого мигом вырубило. Валера же навис над ним.
— Ничтожество. Прежде чем вызвать меня на бой, сначала выдержи десять тренировок. Посредственность, — прошипел он. — Это ж надо! Каков наглец! Далеко не все мои ученики достойны драться со мной один на один!
По углам послышался шепот:
— … И слава богу.
* * *Это оказался новый муж Пожарской. Он пришел в себя спустя полчаса — мы положили его на диване. Взяв стакан воды, он выпил его, а потом опять едва прыгнул на Валеру.
— Дуэль!
Но тот был непоколебим:
— А что же ты не вызвал меня дома, слизняк⁈
Мужчина тут же плюхнулся обратно на диван.
— Чтобы напугать Викторию? Ни за что! Теперь же…
Валера фыркнул:
— Ты настолько ничтожен, что я даже не собираюсь отвечать на твой вызов. Вот выдержишь десять тренировок со мной, и тогда подумаю.
И хохоча во все горло, Валера ушел на улицу.
— Кто тут не в наряде? Ты! Сюда иди, драться будем!
Дверь закрылась, и расстроенный мужчина упал обратно на подушки.
— Вам нужно расслабиться, — сказал Андреев. — Вот, сейчас найдем что-нибудь музыкальное…
Он включил радио, и поймал новостную волну. Там снова говорили про прорыв в КИИМе. Только услышав про разрушения, жертвы и монстров, этот мужчина едва не впал в истерику.
— У меня там сын!!!
И он бросился звонить своему Альберту. Я же уверил его, что он на Сахалине, и парень вернется, как только все устаканится.
Пока он разговаривал с сыном, я бросился искать Валеру. А тот уже нашел каких-то бедолаг и знай охаживал их направо и налево.
— Посредственность! Посредственность! — рычал он, выбивая всю дурь из гвардии Бердышева. — А ты хорош! Даже не вырубился! Иди-ка сюда!
Было непросто угомонить его, а потом заставить вернуться в поместье. Нам нужно было возвращаться на Сахалин. Забрав голубя, мы прыгнули в портал.
Уже на острове мы отправились на прием к Петру и перессказали ему обо всем случившимся. Петр слушал, не перебивая — даже рассказ Валеры о том, как ему удалось «вырвать из лап» голубя Гену. Да, он так и сказал.
— Значит, мой отец хотел убить всех студентов? — спросил Романов, и на его лбу показалась пульсирующая жилка.
Я просто кивнул.
Петр тяжело поднялся, а затем, поманив нас за собой, молча покинул комнату. Мы с Валерой переглянулись, но последовали за ним.
* * *Когда дверь за этой троицей закрылась, кот Васька спрыгнул с дивана и подошел к столику, где оставили Гену. Голубь скромно сидел и пил водичку из миски. На Ваську старался не глядеть.
Подняв хвост, кот прыгнул на кресло, а оттуда и на стол. Оказавшись на одном уровне с голубем, кот распустил усы и сделал осторожный шаг.
Тот прекратил пить воду, поднял голову и посмотрел коту прямо в глаза.
Застыв, они какое-то время полировали друг друга взглядами.
— А я думал, ты пропал, — наконец сказал Васька.
Курлыкнув, Гена вспорхнул и перелетел на спинку дивана. Отвернувшись, от Васьки он бросил:
— Не говори со мной.
Глава 11
О, прекрасная гусыня!
Вообще сложно было выслушивать лекцию Петра Петровича о том, на какие меры готов пойти его отец, только чтобы зараза хаоса не распространялась. Да и всем было ясно, что теперь их тесные отношения с Нечто дали трещину.
Уж не знаю, с какой стороны, но судя по случившемуся с Исааком, и тем, как он погиб, Нечто ему не доверял.
Романов же рассказал, что за то время, пока меня не было, он один раз навестил гусыню. Я даже улыбнулся, выслушивая, как Эль под разными предлогами хотел остаться с ней подольше. Но пока даже возвращение Люси и действия Розы не помогли нам в решении задачи, как вернуть тело гусыни в человеческое состояние.
— Может, привести Чехова? — спросил я. — Вряд ли он откажется…
— Так-то оно так, но, боюсь, сейчас у нас другие проблемы, — сказал Петр.
— Ну давай, удивляй, — скрестил на груди руки Валера.
— Кутузов. Он ушел из армии. Таких людей просто так не отпускают. Насколько мне известно, все военные, которые служили его роду, сейчас стягиваются в Подмосковье. Официально это учения. Не официально это оборона и защита своего господина.
— И? — продолжил Валера.
— Нам нужен этот человек. Слишком большое влияние он может оказать…