Я снова царь. Книга XXXIII (СИ)

И казалось, то ответы вот, на поверхности, но все еще я не мог их прочитать.
Подойдя к краю балкона, я положил на него локти и посмотрел вдаль. Стена, ограждающая город от Дикой Зоны, казалась неприступной. Особенно после нескольких попыток ее разрушить.
Эх, а я же хотел вернуться в институт. Ну вот, получите и распишитесь… но тут твориться какая-то дичь.
Внизу в свете фонарей краем глаза я заметил какие-то движения.
  
— Приблизь.
Зрачки увеличили картинку, и я увидел внизу, как Ермакова, Белозеров, Мисежников и Фиалков направляются в сторону стадиона. Там в окошке Асая Рея горел свет.
— Проследи, — приказал я Болванчику и деталька нырнула вниз.
Четыре преподавателя шли молча. И когда я увидел, что они в боевых доспехах и с оружием, мне стало не по себе.
— Что-то мне это не нравится.
Недолго думая, я побежал вниз по лестнице.
Выбегая из жилого корпуса, столкнулся с Колей, которого только что отправили в лазарет.
— Ой, извини, — выдохнул я. — Как себя чувствуешь?
— Намного лучше, — кивнул он. — Спасибо. А ты куда?
— Да тоже за таблеточкой, — пришлось соврать.
Я выбежал на улицу и направился к стадиону.
* * *
Коридор КИИМа.
Коля проводил убегающего Александра взглядом, после повернулся и спокойно пошел наверх, где проходила вечеринка в честь посвящения. Перед дверью он остановился и несколько секунд смотрел прямо. Затем положил руку на ручку, натянул на лицо улыбку и открыл дверь.
Его тут же потянули на себя его товарищи, с которыми он успел познакомиться.
— Быстро ты! — ухмылялся его товарищ, с которым они ехали вместе в купе поезда.
— Мне дали таблетку, и все прошло, — кивнул Коля. — Тебе взять закусок?
— Да, давай! — похлопал его по спине товарищ.
Коля же отвернулся и мгновенно убрал улыбку с лица. Когда он подошел к столу, рядом появился Леня.
— Как себя чувствуешь? — тихо спросил он.
— Лучше не бывает.
— Никто не заметил? — продолжил тихо говорить Леня.
— Никто. По дороге встретил того парня, с которым ты бился сегодня на стадионе.
— И что он?
— Сказал, что пошел в лазарет, — кивнул Коля.
— Хорошо. Пусть идет.
Они синхронно развернулись и каждый пошел к своей компании.
* * *
До стадиона, как оказалось, я добежал вовремя.
Асая Рей стоял в своем кабинете с обнаженным мечом, а в дверном проеме встали преподаватели.
— Наташа, — с легким волнением говорил японец, и его акцент становился только сильнее. — Я не хочу вас калечить…
— Ты уверен, что у тебя получится? — наклонила голову набок Ермакова. Ее лицо ничего не выражало, впрочем, как и у остальных. Все смотрели на Рея немигающими, выпученными глазами. — Зачем сопротивляться? Наш хозяин нашел новый способ, как сделать мир лучше. Никаких войн, никаких конфликтов. Нас научат жить без злобы, без страха, без унижений. Где каждый будет равным.
— Зачем, если каждый был рожден уникальным? Зачем все это? Кто ты? — японец еще пытался достучаться до своих друзей и коллег. — Белозеров, ну ты чего! Забыл, как мы с тобой ловили рыбу? А с вами, Емельян Ильич! Я вам помогал строить теплицу!
— Напрасно пытаешься достучаться до них. Их разум полностью подавлен, — ухмыльнулся Белозеров и сделал шаг вперед.
Асая Рей вытянул меч, и кончик уперся в грудь Белозерову.
Я же решил немного понаблюдать. Разумеется, они не успеют напасть на преподавателя, но если будут продолжать болтать, то мне удастся узнать много нового.
— По крайней мере, мы знаем, что это божество, — констатировала Лора.
— Неужели ты готов убить преподавателя? — произнес Белозеров и сделал еще шаг.
Японец в последний момент убрал клинок, развернул тыльной частью и ударил, но его заблокировала Ермакова.
Два других преподавателя оказались с двух сторон. Они действовали очень скоординированно, как будто подчинялись одному разуму. Один обнял обе ноги до того, как Асая Рей смог сообразить. А Белозеров выпустил в него небольшой энергетический шар.
Тут-то мне и стало понятно, кто за этим стоит. Ничего нового. Мой старый знакомый хаос. Только на этот раз он начал действовать куда тоньше и изобретательней, захватив большую часть школы.
В этот момент у меня в кармане запиликал телефон. Как же не вовремя.
Все застыли и обернулись.
— А ты еще что тут делаешь?
— Беги! — крикнул Асая Рей, но Ермакова попыталась его ударить.
Вот только Болванчик уже был рядом и откинул ее на улицу. То же самое он сделал и с остальными. После чего запер дверь с японцем, отгородив его от нападения.
— Ученик, — встала Ермакова. — Ты понимаешь, что это нападение на преподавателя в неучебное время.
— Как на счет обратить его прямо сейчас? — предложил Фиалков.
— У нас не хватит сил. Нужно вести его к основному носителю.
— Ох, какие вы самоуверенные, — вздохнул я, доставая два меча. Ерх тут же отозвался приятной вибрацией на предстоящую битву. — А силенок-то хватит?
— А ты думаешь, что с тобой, новичком, не справятся четыре преподавателя? — удивилась Ермакова.
— При всем моем уважении к вам, Наталья Геннадьевна, боюсь, что уже нет, — улыбнулся я, снимая «хамелеон». Все равно после сегодняшнего он мне не нужен. Поменяю попозже.
На их лицах на долю секунды мелькнуло что-то похожее на панику.
— Кузнецов? — удивился Белозеров. — Почему ты тут?
— Как почему? Я же студент КИИМа, — развел я руками. — Ну так что, мы будем болтать?
— Жаль тебя разочаровывать, но мы знаем, на сколько ты силен, и драться с тобой нет смысла. Но запомни, теперь каждый из нас знает, что ты в институте, — оскалилась Ермакова. — Даже тот факт, что ты понял происходящее, тебе никак не исправить. Ты один.
— Ну тогда я постараюсь забрать хотя бы одного из вас, — и не дожидаясь, что они мне ответят, перешел в атаку.
Конечно, в бой полетели и детальки. И самое интересное, что вся четверка хотела сперва убежать, но куда там.
Болванчик сковал Ермакову и Белозерова, буквально создав из своих деталек коконы. Фиалкова и Месежникова я вырубил, сбив их с ног и пустив в голову энергию.
— А теперь, надо валить, — Лора показала несколько изображений, и сейчас, из главного корпуса и из жилого, сюда бежало около трехсот студентов. У всех глаза подозрительно горели в полумраке, что было довольно жутко.
Я подскочил к двери преподавателя и распахнул. И тут же поймал у самого лица метательный нож.
— Вы что, в своем уме? Так и убить можно!
— Миша? — прищурился японец.
— Если не хотите стать такими же, как они, советую уходить со мной и немедленно!
Повторять дважды не пришлось. Он схватил со стойки второй самурайский меч, напялил валенки и выбежал за мной.
— Ты что, берешь их с собой? — ткнул он в четыре тела на снегу.
— Да! Надо понять, как вытащить из них хаос!
Показались зомбированные студенты, несущиеся на нас.
Пришлось бежать со всех ног к выходу. Болванчик тянул четыре тела за нами.
— Да кто там звонит постоянно! — выругался я, не глядя сбрасывая звонок. — Блин, машина в соседнем квартале!
— Серьезно? — выдохнул японец.
Пришлось бежать дальше. Студенты тоже не отставали. Они молча преследовали нас, но никак не могли догнать.
Наконец, добежав до автомобиля, мы закинули четыре тела в багажник, и я включил функцию полета, заодно накрыв нас куполом защиты. И не зря. Как только мы поднялись над крышами, в нас полетели заклинания.
Я нажал на педаль газа, и мы быстро полетели в сторону моего поместья. В кармане опять начал трезвонить телефон.
— Да гадство… — мы были в относительной безопасности, так что я достал трубку. — Слушаю?
  
— Миша! — голос Трофима был немного встревоженным. — У нас ЧП. Мэйдзи разгромил лабораторию, убил представителей Северной Европы и улетел… Без дирижабля…
— Что? — не понял я, — Как такое возможно? С ним же было все впорядке!