Попаданка. Хозяйка врачебного кабинета для дракона (СИ)

– Я был не прав, Майя, я не хочу тебя отпускать. Я хочу, чтобы мама вернулась к нам. И мы жили дружной семьей, как раньше.
Его взгляд погрустнел. Вдруг Хелена не захочет вернуться домой? Нет, нет. Он не может этого допустить.
– Я больше не хочу, чтобы ты уезжала, Майя. Я буду сильно скучать по тебе, – шепнул Томас на ухо дочке.
Его голос звучал немного застенчиво, будто Томас сомневался, что она поверит такому отцу, как он. Строгому, злому, но все-таки бесконечно сильно любящему своих детей. Доверится ли она ему снова?
    
Глава 13
 
Майя вздрогнула, будто просыпаясь. И подняла на Томаса взгляд блестящих от слез глаз.
– Правда? – прошептала она севшим голоском, а потом сильно-сильно обняла его за шею. – Ты правда разрешишь мне остаться дома и никуда не уезжать? Ты… соскучился по мне за эти дни и больше не хочешь расставаться?
Майя спросила это просто, по-детски, даже не думая, что попадет в точку настолько, что Томас вздрогнет от этих слов. Но тут лесные создания, кружащие вокруг нас, зло зашипели.
– Она была несчастна! И плакала! Ты обманеш-шь ее! – это было сказано явно для того, чтобы посеять в Майе сомнения.
Она сжалась и медленно расцепила руки на шее Томаса. Вдруг и правда обманет? Она не хотела оказаться совсем одна в школе далеко-далеко отсюда, где будут только строгие наставники и ни одного знакомого лица!
Томас закружил дочку, светясь от радости. Где-то в голове засел страх. А вдруг все-таки проиграет? И Майя останется в лесу? И когда Хелена вернется, что Томас ей скажет? Что упустил ребенка? Да… лучше он сам останется с ней в этом лесу! Если не судьба ему спасти Майю. Но не оставит ее тут одну.
– Правда, моя девочка. Если ты не поверишь мне и останешься здесь, то придется им разрешить остаться и мне. А Джез отправится к мамочке жить. А я тебя не брошу одну здесь, среди чужих. Понятно?
Последние слова Томас произнес грозно и оглядел всех существ, которые бродили неподалеку. Пускай знают, что он так просто не сдастся. И не отдаст им дочь, магию которой им так хочется отнять!
– Я тебе верю! – радостно воскликнула Майя, обнимая Томаса. – Но я хочу домой! К тебе и маме!
Вокруг раздалось недовольное шипение, рычание, рев. Показалось, что сейчас набросятся все. Даже крохотные феечки, которые поначалу выглядели такими безобидными! Но это был обман. Сейчас и они щерились, как мелкие злые зверушки, носились вокруг разозленными осами. Майя испуганно вскрикнула и зажмурилась, прижимаясь к Томасу, как перепуганный котенок.
– Хватит! – Кайенна подошла к нам. – Он выполнил условие. Полночь еще не наступила. Они могут вернуться домой.
Существа недовольно отступили. А она со вздохом посмотрела на Томаса.
– Я провожу вас… на всякий случай. Нарушить уговор никто не может, но вот заставить побродить и заблудиться со зла – это запросто. Еще попадетесь волкам или в болота.
Томас нахмурился. Доверять лесной нечисти? Вот еще! Он и сам справлится, без помощников. Но тут Майя вцепилась в его шею и начала требовать, чтобы он разрешил Кайенне пойти с ними, иначе в лесу страшно и можно заблудиться. Томас тяжело вздохнул и кивнул.
– Хорошо, Майя. Только пообещай, Кайенна, что не обманешь нас. Откуда мне знать, может, ты и меня заколдовать хочешь, чтобы украсть Майю? – строго спросил Томас.
Кайенна рассмеялась:
– Если бы я хотела это сделать, то уже бы давно сделала. Нет, мои помыслы чисты. Ты можешь доверять мне, Томас. Просто Майя – хорошая девочка, и я желаю ей только добра. Мало кто, попав в наши руки, потом выбирается обратно на свет… из темноты. Из чащи лесной. Но и у тебя, и у ребенка все-таки чистые сердца. Раз ты смог достучаться до нее, а она смогла простить тебя за прошлые обиды и поверить тебе снова.
Так, разговаривая, они шли по лесным тропкам. Майя вечно останавливалась сорвать какой-то ночной цветок, но Томас не подгонял ее и не ругал. Пускай порадуется и отвлечется! Она многое пережила этой ночью. Но теперь все было позади.
***
Когда нанятый мной экипаж подъехал к крыльцу, Томас подбежал к нему. Как услужливый лакей, сам распахнул передо мной дверцу и протянул руку. Я сдвинула брови. Что за собачье заискивание в глазах? Я проигнорировала его помощь, сама спрыгивая на землю. Томас недовольно поджал губы. Он отдернул руку так, как будто ее испачкал.
– Вы можете ехать, – бросил Томас извозчику и кинул ему монету.
– Но я… – начала было я.
И осеклась под пристальным жестким взглядом. Томас одной этой монетой показал, кто здесь хозяин положения. И мне придется играть по этим правилам. Я посмотрела вслед уезжающему экипажу.
– У тебя такой вид, как будто ты в трауре, – фыркнул Томас. – Сделай лицо повеселее, Хелена. Ты ведь приехала домой.
– Где дети? – холодно процедила я.
– Ты вовремя приехала, сейчас как раз накроют стол. Проведем время все вместе, как в старые добрые времена.
Я повернулась к Томасу, собираясь высказать, что в старые добрые времена он не грозился отдать меня под стражу и состряпать по-быстренькому развод с женой-ведьмой. Не то вдруг я ему прищ на носу наколдую за то, что руку на меня поднимал, ой-ой, как страшно-то! Но сказать я ничего не успела. Ведь дверь распахнулась, и на улице вылетел Джез.
– Мама! Мамочка! – закричал он радостно. – Мы соскучились! Пошли скорее!
Джез обнял меня так крепко, как только мог своими детскими ручонками. Я с улыбкой погладила его по голове.
– Я так соскучилась, малыш, – прошептала я сдавленным голосом, на глаза невольно навернулись слезы.
Даже одна ночь вдали от детей оказалась для меня пыткой. Я не уснула ни на минуту. Лежала, глядя в потолок. Вспоминала о том, как обязательно на ночь читала Майе и поправляла Джезу одеяло. И буквально ломило кости, как на погоду, болью от того, что не могу этого сделать. К концу ночи я попросту разрыдалась в подушку. И поняла, что если Томас упрется, то я готова вот так, в ночной рубашке и босиком, побежать к нему, умолять не сдавать меня страже из-за магии, стерпеть от него все, только бы быть рядом с детьми. Наутро Шарлотта ничего не спросила. Хотя наверняка слышала все. Она спала в соседней комнате, а я не могла заглушить свои рыдания, даже закусывая уголок подушки. Но Шарлотта не стала лезть в душу. Лишь мягко коснулась ладонью плеча в знак поддержки и протянула пудру, которую взяла из дома. Она очень пригодилась. Ведь показываться Томасу с распухшими красными веками от слез я не хотела.
– Пойдем скорее! Майя тоже скучает! – Томас потянул меня за руку.
Я пошла за Джезом, но оглянулась. Томас почему-то замер. Застыл, глядя на меня внимательным долгим взглядом.
– В чем дело, Томас? – шепнула я ему, голос у меня был крайне неприветливый.
– Ты… какая-то особенно красивая сейчас. Когда заботишься о наших детях.
– О, комплименты пошли в ход? Приятно, – колко ответила я. – В прошлый раз ты называл меня, кажется, ведьмой, а не красавицей.
Может, и не стоило вести себя так с Томасом, злить его. Но внутри меня клокотала обида за то, как он поступил. Забрал детей, даже не поговорив со мной лично, так, отмахнувшись запиской! Нам нужно будет серьезно с ним поговорить, и я это понимала.
А пока из столовой доносился аромат свежеиспеченных блинчиков и, кажется, ягодного джема? В коридор выскочила Майя.
– Мама! – обрадовалась она. – Ты уже приехала! А я помогала на кухне.
Майя обняла меня, и я заметила пятнышко от муки на ее щеке.
– Я вижу, – улыбнулась я. – Значит, сегодня ты угощаешь нас всех блинчиками?
  
– Мы с кухаркой! Пошли скорее за стол! А бабушка не приехала? – погрустнела немного Майя. – Я по ней тоже соскучилась.
– У бабушки пока дела, но она передавала вам привет.
Мы сели за стол и принялись за еду.
– А где ты была, Майя? – спросил Джез, пододвигая к себе пиалку со сгущенкой для блинчиков. – Мне сегодня приснился кошмар. Про то, что я поехал в путешествие и заблудился в пустыне, а за мной гонялся большой скорпион! И я побежал к тебе, но тебя не было в комнате.