Четыре папочки на рождество (ЛП)

Позади меня Адам тяжело крякнул, когда его разразил оргазм, его член пульсировал, когда он напрягал свое тело, его сперма брызгала глубоко в меня.
Всего этого было достаточно, чтобы последний оргазм сотряс мое тело. Я держала член Маркуса в своей руке, когда стонала и кричала, толщина Адама внутри меня доводила мое удовольствие до предела.
Когда я кончила, все, что я могла сделать, это делать один глубокий вдох за другим, пытаясь осмыслить то, что только что произошло.
Я перевернулась, семя Адама вытекло из меня, Маркус был все еще свеж на моем языке.
— Это было невероятно.
Глава 16
Тайлер
Мы четверо какое-то время ничего не говорили. Что вообще нужно было говорить после чего-то подобного? Адам накинул халат и побежал в гостиную, чтобы освежить наши напитки. Как только он вернулся, мы собрались перед камином, все мы смотрели, как танцуют языки пламени, потягивая вино или виски.
Я был справа от Обри, рисуя восьмерку на ее идеальном плоском животе. Ее вьющиеся волосы ниспадали на стройные плечи, груди покрылись прекрасным блеском от пота, который она нагуляла. Она не сказала ни слова с тех пор, как мы все закончили наше веселье, и я не мог не опасаться, что она пожалела об этом.
Наконец, она заговорила.
— Вау, — слово сорвалось с ее губ. — Я имею в виду… вау. Серьезно, это действительно только что произошло?
Мальчики и я, все еще голые, смотрели друг на друга с одинаковым удивленным выражением. Мы усмехнулись, делая глотки из наших напитков.
— Это точно только что произошло, красотка, — сказал Мак. — Итак, вот вам вопрос на миллион долларов, как ты к этому относишься?
Она поджала губы и отвела взгляд, как будто хотела дать мысли проскользнуть в ее голову. Когда она была готова, Обри оглянулась на нас и кивнула.
— Я чувствую себя хорошо. Я имею в виду, действительно хорошо. Я думаю, что, возможно, захочу изучить это подробнее.
— По-моему, звучит неплохо, — ответил я, и все мои братья согласились.
Она подняла палец, и Мак прищурился.
— Я чувствую, что надвигается «но».
Обри кивнула.
— Серьезно, если мы собираемся это сделать, я хочу, чтобы были правила. Или, по крайней мере, знать правила.
— Стреляй, — сказал Адам. — Что у тебя на уме?
Она посмотрела на всех нас четверых.
— Это было весело с вами всеми вместе, но каково правило в отношении секса? Нужно ли нам всем быть вместе для этого? Я имею в виду, я не хочу, чтобы вы, ребята ревновали, если один, или двое, или трое из вас останутся в стороне.
Я кладу руку на ее великолепное, шелковистое бедро.
— Тебе не нужно беспокоиться ни о чем подобном. Мы не ревнуем. Мы все можем быть вместе или порознь, или любым другим способом, каким ты захочешь.
Она медленно кивнула, обдумывая это.
— Итак, любая комбинация хороша: один на один, два на один, все остальное.
— Пока ты согласна, мы согласны, — сказал Адам. — У нас есть наши обязанности с близнецами, фермой и нашим бизнесом, но в остальном, ты скажешь, когда, и мы будем готовы.
Она ухмыльнулась. У меня возникло ощущение, что с каждым словом, слетающим с наших уст, ей это нравилось все больше и больше.
Однако ухмылка исчезла, сменившись гримасой.
— Что не так? — я спросил.
— Ничего. Это глупо.
— Если это глупо, — сказал я с ухмылкой, — Тогда я определенно хочу это услышать.
Она поджала губы, как будто не была уверена, стоит ли раскрывать то, что у нее на уме. Вздохнув, она начала.
— Это Эгги. Она настоящая сплетница. Если со мной что-то происходит и вы, ребята, замешаны в этом, она захочет узнать об этом. Типа, она это почувствует.
— Ты беспокоишься о том, что она расскажет людям? — спросил Мак.
— Не это. Она умеет хранить секреты, просто она почувствует, что что-то происходит, как только увидит меня. Мне нужно знать, могу ли я сказать ей, что между всеми нами что-то происходит.
Мы все обменялись взглядами, которые говорили, что никого из нас не волнует, расскажет она ей или нет.
— Конечно, можешь, — сказал Адам. — Хотя, возможно, лучше, чтобы она держала это при себе и не болтала об этом всему городу. Люди склонны судить о вещах, которых они не понимают, понимаешь?
  
Слова Адама заставили нас обменяться еще одним взглядом, на этот раз более серьезным. Мы знали, что он имел в виду.
— Тебе не нужно беспокоиться ни о чем подобном. Она любопытна, когда дело касается меня, но она хороша в осмотрительности.
— Хорошо. Что-нибудь еще у тебя на уме? — сказал Мак.
Она медленно покачала головой.
— Я думаю, что следующий шаг, это обработать все это. Мне… вроде как есть над чем подумать.
— Естественно, — сказал Адам. — Потрать столько времени, сколько тебе нужно.
На нас опустилась тишина, и я повернул голову к ближайшему окну. Снег все еще валил вовсю, и не было никаких признаков того, что он прекратится.
— Небольшая смена темы, — сказал я. — Но я не думаю, что тебе следует куда-либо ехать в такую погоду. Даже не возвращайся к себе домой, хотя это и близко.
Она кивнула.
— О, я знаю. Эгги уже написала мне и попросила остаться на ночь, что утром она позаботится о животных.
Мак опрокинул остатки своего виски, уперся руками в землю и приподнялся.
— Тогда давай устроим тебя в одной из гостевых комнат. Я бы поселил тебя здесь, но, э-э, ты, наверное, не захочешь спать на этих простынях.
— Или, может быть, я не против, — сказала она, подмигнув. — Теперь они пахнут, как вы, ребята, в конце концов.
Мой член немного дернулся от ее слов, не говоря уже о страстном выражении ее лица, когда она их произносила.
— Как бы я ни ценил это чувство, в этом доме никто не будет спать на мокром месте, — ответил Мак. Он подошел к ближайшему шкафу, выуживая оттуда запасную одежду. — Пойдем со мной, Обри, я помогу тебе устроиться.
Обри вытянула свои гибкие, тонкие руки, широко зевая при этом.
— Да, вроде как думаю, что после всего этого не помешает немного отдохнуть.
Мак протянул ей одну из наших старых темно-синих кофт и пару спальных штанов. Я ничего не сказал, любуясь тем, как она надевает их на свое невероятно сексуальное тело. Ее стройные ноги простирались ниже низа толстовки, и я не мог оторвать от них глаз.
Обри ухмыльнулась, надевая спальные штаны, ее взгляды прыгали от одного из нас к другому.
— Вы ребята, никогда раньше не видели, как девушка надевает одежду?
Мы с мальчиками посмеялись над тем, что нас так легко заметили.
— Не женщину, которая похожа на тебя, — сказал я.
— Хорошо, хорошо, — Мак надел свою собственную одежду для сна. — Спокойно садитесь и ждите, пока я не принес несколько ведер холодной воды, — он кивнул Обри, и она одарила всех нас последней улыбкой, прежде чем уйти с Маком.
— Спокойной ночи, мальчики, — сказала она, подмигнув. Выражение ее лица и ее пристальный взгляд, без сомнения, дали нам понять, что мы будем у нее на уме в ту ночь, когда она будет засыпать.
Как только она ушла, дверь в спальню закрылась, мы с ребятами погрузились в тишину, наблюдая за огнем и потягивая наши напитки.
Однако я никогда не был сторонником тишины.
— Черт возьми, она просто может быть той единственной.
Маркус бросил на меня тяжелый взгляд.
— Ты серьезно? Я имею в виду, ты действительно говоришь что-то подобное после нашего первого раза вместе с ней? — он встал, направляясь к своему нижнему белью, хватая его и надевая. — Ты немного забегаешь вперед, брат.
— Что? — я сделал то же самое, мое нижнее белье было на расстоянии вытянутой руки от того места, где я сидел. — Вы двое действительно хотите сказать мне, что не чувствуете чего-то более сильного, чем просто физическая связь?
Адам ничего не сказал, его глаза были устремлены на огонь. Я знал своих братьев достаточно, чтобы быть в состоянии сказать, когда они были в середине глубокой задумчивости.