Ты проиграешь, маг!

– Ты что от восторга дар речи потеряла? – вывел меня из задумчивости Дрейк. Наваждение спало. Точно, он тощий и хамло. И никакая смазливая физиономия его не спасет от моей изысканной мести за весь женский, обиженный род.
– Нормальный вопрос, – буркнула я и вырвалась из его почти объятий. Итак, вокруг нас начали собираться любопытствующие.
– Как тебя зовут, нахальный красивый рыжик? – Я даже не сразу сообразила, что парень обращается ко мне. Даже ответить не смогла. Не потому, что растерялась, а потому что у меня было столько вариантов, что не получилось быстро выбрать подходящий. Просто стояла и ошалело хлопала глазами. Ледяная статуя уверовал в свое бессмертие или что?
– Кажется, кто-то передумал! – хохотнул тот, кого Дрейк называл Андреасом, и я поняла, речь идет о споре. Даже не стесняются, мерзавцы!
– Может, заткнетесь? – от приятного обволакивающего бархата в голосе не осталось и следа. В интонации Дрейка захрустел лед. – У меня нет привычки нарушать обещания. Кажется, назревала перепалка, поэтому я воспользовалась случаем и сбежала. В любом случае, я узнала все, что хотела.
– Так как тебя зовут?! – услышала в спину и, почти не задумываясь, ляпнула: «Молли!» – надеюсь, соседка меня не убьет. Впрочем, я ее же спасаю. Пусть она меня об этом, и не просила.
Дрейк
– Молли… – Это имя резануло слух. Так, вообще, бывает? Рядом противно заржал Андреас, он меня, конечно, изрядно нервировал. К пятому курсу тихий рыжий мальчик, с которым я сидел в школе, превратился в громкого, наглого и нечистого на руку артефактора. Но дружить мы не перестали. В конце концов, желание убить – это не повод разрывать дружеские отношения.
Сейчас меня, куда больше волновала красивая рыжая заноза – такая яркая и дерзкая, что в толпе не пропустишь. Раньше я ее никогда не видел, значит, первокурсница, как и сестра Рика…
– Серьезно, Молли? – над ухом прошептал Андреас. Впрочем, его шепот слышал весь коридор. Я поморщился. Вот иногда мне казалось, что к блестящей политической карьере готовили только меня, хотя тут учился весь цвет аристократии.
Вот хотя бы Андреас – его отец министр транспорта, мать – известный меценат, создатель благотворительного общества. А сын? Сын изобрел артефакт, который открывает все двери в академии, и если раньше в аудитории можно было попасть только в те часы, когда у тебя занятия, а в другое время печать факультета, которая была у каждого студента на руке, просто не пускала, то сейчас Андреас обогатился, а студенты получили изрядную долю свободы. Но на этом достоинства Андреаса заканчивались. Он устраивал дикие вечеринки, громко ржал, жрал, впрочем, тоже громко и напоминал не сына министра транспорта, а наемника в отпуске.
– Чем тебе не нравится имя Молли, – задумчиво поддержал я разговор с другом, наблюдая за удаляющейся девушкой. Точнее, за ее виляющей пятой точкой.
– Каковы шансы, что это совпадение?
– Ну-у-у, может, это не совпадение? Тогда мне повезло. – Я пожал плечами.
– Тогда ты встрял, – заржал Андреас. – Такую просто не завоюешь! Но я бы не рассчитывал на то, что это та самая Молли. Имя довольно распространенное. Ты же помнишь, Рик всегда говорил, что его сестра – невзрачная заучка. А эта! Ты ее видел? Горячая девочка! Я уверен – она маг огня. Иначе и быть не может!
– Не пускай слюни! – огрызнулся я, испытывая иррациональное раздражение.
– Не рассчитывай, Дрейк – это не твоя Молли. Она совсем не похожа на Рика. Тебе придется соблазнять унылую заучку, а все красивые первокурсницы достанутся нам со Свэном! – Андреас указал на притихшего четверокурсника. На него Молли тоже произвела неизгладимое впечатление.
– Ой, достали! – буркнул я. – У меня сейчас тренировка. Я пошел от вас.
– Вот когда ты бросишь? – Андрес был мастером задавать тупые вопросы, ответ на которые известен уже много лет. – Ты же терпеть не можешь магбол! Зачем ты и себя мучаешь, и команду?
– Брошу. Ты прекрасно знаешь, когда. Как только выпущусь и получу престижную, с точки зрения папочки, работу. Все брошу – и зомби, и магбол. Буду работать на благо нашего славного королевства, скорее всего, за его пределами.
  
– Бросишь зомби, магбол и Молли! – пропел Андреас. Я словно пожевал лимон. От этих слов захотелось кривиться, поэтому и ответил резко, тщательно скрывая накопившееся раздражение.
– Молли я брошу значительно раньше. Все, закрыли тему. Я, правда, опаздываю. И ты, Андреас тоже.
– Я не в сборной.
– Ты не в сборной академии, – педантично поправил я. – Но у факультетских сейчас тоже тренировка. Пошли. Жрать сегодня все равно невозможно. Первый учебный понедельник – это ежегодный кошмар.
– Каждый понедельник – это кошмар, – поправил меня Андреас, и я согласился. В столовой академии с понедельника по пятницу готовили студенты. В понедельник – первокурсники, в пятницу выпускники, а в выходные работники столовой, поэтому адекватные люди до среды предпочитали питаться где-то в другом месте, ну или голодать… все лучше, чем плеваться и страдать животом.
Эрика
Синеглазый придурок. Бесит! Хотелось есть и откусить кому-нибудь голову. Я шла в общагу по узкому переходу, который соединял здание академии и третий этаж общежития. Я оценила, можно было не идти через улицу. Конечно, жителям первого этажа, ближе было выскочить и пробежать через двор, чем поднимать на третий, ну а мне нужно было просто пройти по длинному коридору, и вот я уже возле перехода. Даже курточку из шкафа доставать не требовалось.
– Все твари бездны! У меня артефакт кончился, Андреас – козел! – пробухтела симпатичная брюнетка, покрутив в руках невзрачный медальон.
– Он же обещал, что хватит на десять проходов, – отозвалась ее подруга.
– А сработал всего три!
– Вот ведь! Совсем обнаглел и не докажешь ничего. Ладно, когда в прошлом году его артефакты вместо десяти раз срабатывали восемь или девять! Но три! Совести у него нет!
Тема была интересной, и я замедлила шаг. Все аудитории, лаборатории и кабинеты пропускали студентов по одному принципу – сверяясь меткой факультета на руке. У меня вот на тыльной стороне ладони горела метка факультета артефакторики, она служила пропуском на территорию академии, который действовал до определенного часа, в общежитие и в учебные корпуса. Если у тебя сейчас физкультура, ты можешь пройти по этой метке в зал, а если нет, то даже не пытайся. Исключение – время открытых тренировок и вне учебных занятий. Надо тебе позаниматься в лаборатории во внеучебное время – получай дополнительный пропуск. Ну или… покупай вот такой артефакт – ключик ото всех дверей. Очень удобная и нужная вещь в хозяйстве. Можно задержаться в городе, и никто не узнает, доделать ночью артефакт или использовать это время для того, чтобы подработать.
Артефакты были моей слабостью. Точнее, артефакты и украшения. И я совмещала их в работе. Тот артефакт, который сжимала незнакомая мне девушка, был похож на невзрачную медную бляху с дыркой в середине, просто расплющенная монета чуть большим диаметром, я же любила изящные вещицы – серьги, кулоны, подвески. Правда, пока не могла создать ничего сложного, так, милые мелочи, например, сережки – бабочки, которые машут крылышками и рассыпают вокруг серебряную пыльцу. Правда, кузине я подарила с черным перцем. Но она заслужила.
Но если я найду, у кого купить артефакт… может быть, я смогу сообразить, как его повторить и усовершенствовать. Правда, не исключено, что в академии, и так эти артефакты делает каждый второй, правда, уставом, насколько я знаю, это запрещено. С другой стороны, если бы артефакторов было так много, наверное, не покупали бы у Андреаса, похожие на какахи амулеты, которые выдавали рандомное количество проходов. Мне кажется, или где-то тут притаилась золотая жила?
Я шла и размышляла об этом всю дорогу до комнаты. А надо бы размышлять не про то, как обойти запреты академии, а про то, как уговорить соседку мне подыграть! Я как-то даже не подумала, что делать, если Молли вдруг откажется от моей щедрой помощи.