Трафт 4 (СИ)

Утреннее солнышко появилось над домами, и город окунулся в свой новый день. Надежда на то, что нас потревожат с рассветом, мягко говоря, не оправдалась. Нас никто не трогал и даже не подходил. Позёвывая и потягиваясь, мы вышли на улицу и, оглядываясь по сторонам, решили, что наш план не сработал, мы оказались никому не интересны.
По пешеходному тротуару с криками бегали взрослые мальчишки, размахивая газетами. У кафешек торговали горячим чаем и всякой сдобой, а вокруг сновали спешащие на работу люди. Олег пошёл взять нам чего ни будь перекусить, а я прикупил свежую прессу.
  
На развороте ожидаемо увидел нашего Князя, выступающего с речью на базе Орка. От чтения меня отвлёк запрыгнувший в кабину Олег с горой всяких булочек и двумя стаканчиками местного чая.
— Свежак, прямо из печи достали, — обрадовал меня мой друг, протягивая мне пирожки.
Продолжая читать, я поедал свежую сдобу, и тут буковки начали разбегаться, а мои глаза стали закрываться. Посмотрев на кивающего головой Олега, до меня дошло, что нас отравили, вернее усыпили. Даже наши противоядия и высочайшая закалка не смогли полностью нейтрализовать действие токсина, наши глаза упорно слипались. Теперь я на собственной шкуре ощутил, какие у нас непростые противники. Мы могли, конечно, прочистить организм и стать снова чистыми, вот только нам этого не нужно.
Поняв, что по плану мы со своей оранжевой закалкой должны уже вовсю храпеть, я наступил Рыжему на ногу и окончательно поддался влиянию отравы. В последний перед сном момент успел заметить, что и мой друг свесил голову на руль, поняв меня правильно.
Чёрное нечто поглотило мой разум.
  
Глава 19
 
* * *
— Чёрт бы их всех побрал, — в сердцах воскликнул Граф Сокуров, буквально рухнув за свой стол.
Он только что вернулся с совещания, которое проводил Князь Владимир. И такого разноса начальник Тайной канцелярии не получал уже давно. Впрочем, на орехи досталось всем. И надо же было «Его светлости» отправиться вчера на этот «Рыцарский турнир», вернее, на устроенный Буряком праздник. Особо расстраивало Графа, что он сам проигнорировал приглашение, а мог бы сгладить углы, вовремя дать совет, да и своими глазами посмотреть на всё это совсем бы не помешало.
Тогда бы уж точно не пришлось сегодня краснеть и лепетать всякую чушь. И казалось, Князь задал простой вопрос. Как «Волк» убил Виконта Ануфриева? Но ответа не нашлось ни у кого. Так мало того, ещё и этот разгром в «Стрелковом клубе» Виконта обрастает какими-то небылицами. Хорошо, что хоть сводку успел до совещания прочитать, а то вообще бы ничего не знал.
Какой позор, — подумал Граф.
Немного спасало ситуацию то, что за это нападение всех собак повесили на жандармерию, хотя это и не их зона ответственности, точнее, эти леса с их частными базами и рабочими площадками вообще ничейная территория, нет такой службы следить там за порядком, не создана ещё. Но Князю об этом не скажешь.
Ещё и эти «ЭВы», но тут явно наш просчёт.
Князя очень впечатлило, когда над половиной людей, собравшихся на этом празднике, загорелись над головами эти странные создания. А ведь давно пора разобраться, что это за существа, а то питаемся одними слухами. Поговаривают, что владение ими сил придаёт, но пока это лишь досужие сплетни.
— Да где этот Полковник, — не выдержав ожидания, проорал Граф.
Дверь тотчас отворилась, и в кабинет вошёл Примеренко Пётр Сергеевич, тот самый Полковник.
Будто под дверью стоял, а может и стоял, подумал граф.
На этот раз никакой доверительной беседы не планировалось, а скорее наоборот, поэтому Сокуров не покинул своего начальственного места.
— Ну что скажешь, полковник, — хмуря брови, спросил Граф. — Ты уж постарайся объяснить мне подоходчивей, что вообще происходит? А то я о разных событиях узнаю почему-то от Князя, а это непорядок, не находишь?
Меня интересует, что случилось в стрелковом клубе покойного Ануфриева, как он вообще погиб, и что вообще не поделили эти двое. Далее, перестрелка в коттеджном посёлке, где вновь засветились его люди. Ну и, конечно, работу в направлении «Золотого города» с нас никто не снимал. Слушаю тебя, и постарайся, чтобы я тебя понял.
Пётр Сергеевич, неспешно разложив бумаги по столу для совещаний, поднял на начальника глаза и начал свой доклад.
— Начну, пожалуй, с прошедшей на закрытии Рыцарского турнира дуэли.
Полное заключение баллистиков ещё не готово, но по предварительным данным смерть Виконта наступила в связи с проникновением твёрдого предмета округлой формы в головной мозг, нанеся увечья, несовместимые с жизнью, — протерев внезапно выступивший на лбу пот, Полковник дополнил.
— Однако, учитывая, что смерть Ануфриева наступила на дуэли и на значительном расстоянии от его оппонента, у нас появились вопросы, не находящие здравого объяснения.
Отложив листок в сторону, Пётр немного сконфуженно пояснил.
— Понимаешь, Илья, я сам присутствовал на этом чёртовом мероприятии и собственными глазами видел смерть Виконта. Мало того что «Волк» умудрился увернуться от двух пуль, выпущенных Виконтом, без применения защитной ауры. Он и убил его, не покидая места дуэльного барьера. Один из медиков, констатирующих смерть Ануфриева, наш человек. Так первое, что он сделал, это изучил место, где произошло убийство. Так вот, никаких следов рядом обнаружено не было, даже трава не замята.
Почему это важно? Если предположить, что «Волк», будучи Сверхом, смог мгновенно и незаметно переместиться к покойному, то хоть какой-то след, но остался бы. Но его нет ни рядом, ни до самого барьера.
Остаётся вариант, что оружие кинули в Виконта. Но тут не стыкуется вообще ничего, вот совсем, — разведённые в стороны руки дополнили его мнение.
Как можно запустить пистолет, чтобы его полёт не заметил вообще никто? Правильный ответ — очень сильно, так, чтобы его скорость не воспринималась человеческим зрением.
Даже не беря во внимание, что зрение у нас совсем не земное, всё равно никто ничего не заметил, даже присутствующие на празднике другие Сверхи. Ну и самое главное, это то, что при такой скорости полёта пистолета голова Виконта разлетелась бы как арбуз, а у него просто аккуратно вставленное в мозг инородное тело. К тому же не забывай про свойство эфира, уж след от сопротивления полёту пистолета заметили бы все.
— Да уж? — покачав головой, начальник Тайной канцелярии откинулся и, оглядев кабинет, продолжил задавать вопросы.
— Хорошо, эту непонятку пока отставим в сторону, расскажи мне, кто разгромил базу Ануфриева, с кем он что не поделил? И что за безумная смерть настигла этого Кулака?
— Тут такое дело. — Потупив взор, полковник стал смущённо водить пальцем по столу.
— Ну, думаю, это касается нашей операции с пленением двух людей «Волка». Разгром базы можно увязывать с неудачной попыткой поджога…
Спустя полчаса начальник Тайной канцелярии владел всей информацией, которая ранее была ему неизвестна. Орать он начал ещё на середине повествования, когда узнал про отвлекающий манёвр, придуманный полковником Примеренко. А в самый раж он вошёл в момент описания смерти Ильи Кулакова по кличке «Кулак». Получалась полная нелепица, где висящий в воздухе бандит взял и развалился на части. Можно списать на стрессовую ситуацию, но не у тридцати же свидетелей.
Вмазав кулаком по столу, граф Сокуров схватился за графин и, выпив примерно половину, тяжело рухнул обратно в кресло. Его раскрасневшееся лицо прибывало в вечном движении, словно пытаясь найти нормальное выражение. Но безуспешно, он начинал скатываться в неуправляемую ярость.
  
Больше всего его бесило, что вся операция проводилась за его спиной и наверняка в случае успеха была бы подана наверх в выгодном полковнику Примеренко ключе. Поэтому зашатавшееся под ним кресло он ощутил почти физически.
Ценой огромных усилий он подавил вспыхнувшую злобу и почти нормальным голосом проговорил: