Повелитель теней. Том 3 (СИ)

Неожиданно Марк резко развернулся и, схватив Роланда за волосы, оттянул его голову назад, свободной рукой вытащив из ножен стилет.
— Ты уверен, что тебе нужны оба глаза? — прорычал он, поднеся тонкое лезвие к лицу юноши.
Тот закричал, пытаясь вырваться, но Марк навалился на него всем телом, и блестящее остриё всё ближе опускалось к испуганно распахнутым глазам юного рыцаря.
— Я скажу! — воскликнул тот. — Пожалуйста, не надо! Я покажу дорогу!
Он разрыдался, и Марк отпустил его и сунул кинжал обратно в ножны. Издалека слышалась ругань и проклятья Маруэла.
— Ведите их сюда, — крикнул Марк, вставая. — Снимите с них доспехи и привяжите за руки к сёдлам, пойдут рядом. Гвардейцы, отдайте два арбалета Ла Молю и Арно. Они поедут позади и, если что, будут стрелять этим бандитам по ногам. Все по коням. Мальчик, пойдёшь впереди рядом со мной, — он нагнулся и, взяв плачущего Роланда за плечо, поднял его на ноги. — И запомни, если попробуешь обмануть меня, для начала лишишься правого глаза.
Карнач и Валуев быстро перерезали ремни, которыми крепились латы их пленников. Их привязали на короткие верёвки к сёдлам. То же проделал и Москаленко с Роландом. Возвращаясь к своему коню, он подошёл к Карначу.
— Думаешь, он блефовал? — с тревогой спросил он полушёпотом, посмотрев на барона.
— Понятия не имею, — проворчал капитан. — Но если они их убьют, мы — соучастники. А нашему командованию плевать на законы военного времени.
— Хока за такое со службы турнули, — напомнил Игнат.
Вскоре кавалькада снова двинулась в путь. Впереди ехал Марк, а рядом с его конём плёлся подавленный Роланд, слыша позади гневное ворчание Маруэла. По узкой тропе над пропастью они продвигались осторожно и вскоре снова оказались на тропе, петляющей меж гор. Марк всё же посматривал на карту, и пока они двигались по указанному на ней маршруту. Но вот, наконец, Роланд остановился, и показал на узкую расщелину в стороне.
— Там есть ещё один проход, мой лорд, — проговорил он устало.
— Веди, — кивнул Марк и свернул туда.
Расщелина была узкой, по ней мог пройти только один конь, но скоро она расширилась, вышла в каньон, по которому пробегал звонкий ручеёк. Какое-то время они двигались вдоль его русла, а потом начали подниматься в гору по крутой тропе. По оставленным на камнях клочкам шерсти и помёту было видно, что это звериная тропа и люди по ней не ходят. Она обогнула скалу и вышла на широкое плато, с некоторым уклоном спускавшееся с горы к обрыву. Марк невольно вздохнул свободнее, почувствовав вокруг простор, столь редкий в горах, и пришпорил коня.
— Стойте! — услышал он позади крик и натянул поводья. К нему подъехал Фарид, и внимательно осмотрел плато. — Ваня, дай мне бинокль! — обернулся он и, получив его, принялся рассматривать каменную осыпь и нависающую над ним скалу.
Тем временем к ним подъехал Карнач, за которым на верёвке плёлся мрачный Лоаран.
— Хорошая попытка, — кивнул Фарид и, нагнувшись, похлопал Роланда по плечу.
— Опасный участок? — спросил Карнач, забирая у него бинокль.
— Причём очень опасный. Внизу осыпь из мелкого камня, наверху — подмытый дождями карниз и скопление валунов, которые, видимо, во время каждого дождя приносит сюда вода. В этот раз они удержались наверху, но если кто-то пройдёт по осыпи, она неминуемо сдвинется и увлечёт за собой всю эту массу камней. Видишь широкие трассы вдоль склона? Оползни здесь сходят регулярно, уже проторили себе дороги. Вон там и там пройдут наиболее мощные потоки, а там остатки языка от прошлого оползня. Так что дальше дороги нет.
Он посмотрел на Марка. Тот мрачно кивнул:
— Я понял. На всякий случай нужно проверить, нет ли возможности обойти этот участок.
— Что-то мне подсказывает, что нет, — пробормотал Фарид и спешился.
С ним ушли Карнач, Валуев и Москаленко. Марк спрыгнул с коня и присел на валун у края тропы. К нему тут же подошли Ламбер и Арно.
— Если они не найдут обход, что делать будем, ваша светлость? — спросил Ламбер.
— Вернёмся в лагерь и доложим, что здесь не пройти, — проговорил Марк со вздохом.
 
— Король тебя за это не наградит, — заметил Ламбер.
— Я не могу по воздуху перенести всё войско к Грозовой горе! — огрызнулся Марк. — Дороги нет. Карта бесполезна. Пусть скажет «спасибо» тому, кто подсунул ему это старьё! — и уже спокойнее добавил: — Нужно искать другой путь.
— Давай я сам допрошу мальчишку, — предложил Арно, взявшись за рукоятку кинжала. — У меня он заговорит!
— Ты бы сказал? — Марк в упор взглянул на него. — И он не скажет. Я чувствую слабину, и если б она была, я бы его разговорил. Но мальчишка не прост, хитрый, как лисёнок. Он тут целый спектакль разыграл, чтоб привести нас к очередной западне.
— Но это всего лишь мальчишка! — воскликнул Ламбер.
— Сколько ему лет, по-твоему? Не рано для золотых шпор?
— Ты сам-то когда их получил? — усмехнулся тот.
— Вот потому я и знаю, каким надо быть, чтоб так рано стать рыцарем. Оруженосец должен на голову превосходить среднего рыцаря, чтоб до срока получить свои шпоры, или что там вместо них у алкорцев. Я себя в этом возрасте помню, и этот такой же. Мы можем разрезать его на куски, но он не скажет то, что не захочет сказать.
— И что теперь?
— Уведём их в лагерь. Пусть де Бове сам допрашивает их через своих палачей. А мы, что могли, сделали.
Через какое-то время вернулись гвардейцы с Карначом.
— Нет пути, Марк, — проговорил капитан. — Мы проверили две тропы и попробовали пройти через хребет. С той стороны, — он махнул рукой на восток, — только обрыв и пропасть. Разлом на многие мили в обе стороны. Моста нет. Думаю, что тот, что был, как раз и вёл к очередному ориентиру, но они его взорвали.
— Возвращаемся, — принял решение Марк и поднялся.
Обратная дорога заняла у них почти два полных светлых дня, потому что с ними были пешие пленники. Как ни злился на них Марк, но тащить их бегом по камням считал неразумным. В конце концов, они должны были сами дойти до лагеря.
Уже к вечеру последнего светлого дня отряд подъехал к долине, в которой расположилось войско. Навстречу им вышел патруль и один из солдат потребовал сказать пароль. Марк устало потёр лоб, потому что пароля он не знал, они менялись каждый день и каждую ночь.
— Пропусти, — проворчал вышедший из кустов сержант и кивнул всадникам. — Свои.
Они проехали в лагерь и, доставив пленников к шатру короля, передали их охране. После этого Марк вошёл в шатёр, а остальные разъехались по своим стоянкам.
Король был не один, в стороне в походном кресле сидел граф де Бове и рассматривал какие-то карты, разложенные у него на коленях. Марк кратко доложил о результатах своего рейда, готовясь к бурной реакции Ричарда на известие, что его карта оказалась бесполезна. Но как ни странно, король выслушал его спокойно, кивая в знак того, что понимает причины неудачи разведчиков.
— Хорошо, что вы захватили пленных и сохранили своих людей, — наконец, проговорил он. — Мы уже знаем, что этой картой, — он с ожесточением ткнул пальцем в бумагу на своём столе, — воспользоваться нельзя. Она устарела. Мы слишком поздно об этом узнали и не могли вас предупредить.
— Узнали? — Марк удивлённо взглянул на короля и перевёл взгляд на де Бове. — Откуда?
Граф поднял голову и посмотрел на него.
— У нас есть перебежчик, бывший рыцарь Девы Лардес, которого выгнали из Цитадели за какую-то провинность. Он очень обижен на них, хотя, я думаю, что выгнали его поделом. Он хочет денег и за хорошую плату готов провести нас к самой Грозовой горе.
— Я был бы осторожен с этим, — заметил Марк с тревогой. — Тот молодой рыцарь едва не завёл нас под оползень, когда согласился показать дорогу.
— Этот не такой, — усмехнулся Ричард. — Он и на рыцаря-то не сильно похож. Скорее, бродяга и вор. Но какое нам дело до его репутации? Главное, чтоб он выполнил свою часть сделки.
— Когда я буду допрашивать пленников барона де Сегюра, я расспрошу их о нашем приятеле, — кивнул граф. — Посмотрим, что они скажут о нём.