Собери себя сам 3 (СИ)

Как такое вообще стало возможно? Ведь ещё недавно люди не могли открыть даже секрет долголетия, а тут вдруг раз, и нашли способ стать богами. Ответ прост — Система. Татьяна не знала точно, что это такое. То ли передовая айти-разработка, то ли инопланетный артефакт, то ли магия (как учёному, в вариант с магией ей было поверить сложнее всего).
Но факт в том, что Система существовала, и позволяла совершать вещи, нарушающие все известные законы физики, биологии и прочего. И если правильно ей воспользоваться, можно было стать богом.
  
Ясное дело, не все разделяли эти идеи, и вскоре среди участников проекта сформировалась группа мятежников, которые хотели сорвать проект. Действовали они осторожно и скрытно, т. к. понимали — если их раскроют, то не просто выгонят из проекта, а устранят, как опасных свидетелей.
Вскоре вскрылась ещё одна пугающая информация: божественность не получить задаром, за неё придётся заплатить огромную цену. И цена эта — весь мир. Как только злодеи нажмут красную кнопку, произойдёт некая аномалия. Она уничтожит все достижения человечества, уничтожит многих людей, да ещё и исказит законы мироздания, из-за чего в мире начнут появляться опасные монстры.
— И как мы видим, проект увенчался успехом. Сорвать его вы не смогли, — сказал я.
— Да, не смогли, — с грустью произнесла Татьяна.
Мятежники сразу поняли, что сорвать проект у них не получится. Всё же безопасность там была на высшем уровне.
Тогда они приступили к разработке плана Б, призванного не сохранить мир, а скорее отомстить за него. Покарать экзоров уже в новом мире. Пусть они мнят себя богами и не подозревают, что над ними уже заносится дамоклов меч.
— И вы изобрели пустых? — догадался я.
— Не совсем изобрели, — ответила Татьяна. — Скорее, нашли.
Проникнув во внутренний код Системы, мятежники обнаружили, что её возможности очень широки. Она позволяла не только покупать простые товары и проводить махинации вроде обмена всего мира на божественность. Например, в глубине кода обнаружилась возможность покупать органы и конечности, причём не только людей, но и монстров.
— Раз вы нашли эти функции, то почему не воспользовались сами? — задал я очевидный вопрос.
Татьяна побледнела и скривилась.
— Конечно же, мы воспользовались… Мы ведь учёные… Любопытство — наш главный двигатель…
— Что это у тебя с лицом? Каков был результат?
— Человеческое тело оказалось не предназначенным для замены органов через Систему, вот какой. Я никогда не забуду, как те люди вопили, как искажались и ломались их тела, как их выворачивало наизнанку, как они забрызгивали весь кабинет кровью и внутренностями.
Но мятежников это не остановило. Они решили, что раз человек не может принять системные органы, то нужно найти того, кто сможет.
Одним из научных открытий, ставшим возможным благодаря Системе, был…
— Рахт, вы знаете, что такое Войд? — спросила Татьяна.
— Войд… Войд… А должен знать?
Я напряг память.
— Точно, это ведь название моего инвентаря! — Я нашёл в интерфейсе нужную строчку. — «Модуль пространственного хранилища VOID-68». Так он называется.
Татьяна кивнула.
— Войд — это некое место во вселенной, представляющее собой бескрайнее пустое пространство. Конечно, необразованный человек скорее скажет, что это какое-нибудь параллельное измерение. Но мы, учёные, в такие вещи не верим. Мы уверены, что это место существует где-то во вселенной, и до него можно долететь напрямую, если знать координаты. Но обладатели модуля VOID-68, такие как вы, могут получать к нему прямой доступ.
— Всё ещё не понимаю, как инвентарь связан с появлением пустых.
— Сейчас поймёте. Хранение вещей и правда стало основным применением Войда. Люди воспринимают его, как этакий пространственный мешок, в который можно скидать вещи, чтобы не таскать их в рюкзаке. Но изучив его глубины, мы обнаружили, что в Войде есть жизнь.
Обнаруженные существа представляли собой комки слизи, бесцельно летавшие по пустоте. Сначала они показались учёным примитивной формой жизни, лишённой разума. И в целом так оно и было.
Но у слизней имелась одна особенность — они обожали поглощать и присоединять к своему телу всё, до чего дотягивались. И не просто присоединять, а приводить в действие. Дай им шуруповёрт, и они начнут вращать насадку. Дай смартфон, и на нём начнут беспорядочно запускаться разные функции. Дай человеческую конечность…
— И вы дали⁈ — раздался удивлённый голос. Нет, не мой, а Вига.
— Мы учёные, Виг, — ответила Татьяна. — Да, мы дали. Добыли трупы нескольких бездомных (это несложно, если знать нужные каналы), и скормили слизням их отдельные конечности.
И это сработало. На руках шевелились пальцы, челюсти смыкались и размыкались, лёгкие дышали. Слизни могли воспользоваться всем, к чему прикасались.
— Но всё ещё были примитивными, лишёнными разума созданиями, — сказал я. — Как же вы научили их… то есть НАС, мыслить? Давай угадаю — скормили мозг?
Если так, то это многое объясняло. Откуда у меня взялась память, почему она знала про старый мир, но не знала про новый — всё вставало на места. Получается, мне досталась личность какого-то бомжа. В прошлой жизни ничего не добился, зато в этой стал убийцей богов.
Татьяна улыбнулась, а затем покачала головой.
— Нет, Рахт, мозги бездомных тут ни при чём. Мы нашли другой способ подарить вам разум.
  
Глава 11
 
— Нет, Рахт, мозги бездомных тут ни при чём. Мы нашли другой способ подарить вам разум.
— И какой же?
— Мы загрузили в вас нейросеть.
Современные технологии развились настолько, что нейросети стали почти неотличимы от людей. Например, ещё лет пятьдесят назад те же писатели смеялись над угрозами, что скоро их заменят нейросети, и уверяли, что нейросеть не сможет написать полноценную книгу, и уж тем более цикл.
Но потом им стало не до смеха. К 2072 году, когда Татьяна с коллегами изучала слизней из Войда, профессия писателя уже перестала существовать. Человек запускал приложение, запрашивал книгу на такую-то тему, задавал параметры, и получал цикл хоть на сотню томов. Причём такого качества, что не отличишь от работы человека. С тем отличием, что не нужно платить за каждый том и «ждать проду».
Более того, можно было на ходу запрашивать нужные сюжетные повороты. Например: хочу, чтобы герой прибыл туда-то. Или убил того-то. Или получил такую-то способность. Или наоборот, всё потерял и оказался на волоске от смерти. И нейросеть подстраивалась под любые хотелки, исполняла любые капризы. Могла переписать арку или целый том, если он не понравился читателю.
— Но что-то мы отвлеклись, — сказала Татьяна. — Всё же у нас тут разговор не про литературу, а про пустых.
В плане мышления нейросети тоже почти догнали людей, обрели эмоциональный интеллект и эмпатию. В общем, могли заменить разум тем, кто не имел его с рождения. Кроме нейросети, слизням также требовался мыслительный орган — либо мозг, либо компьютер. Но как только к ним подключили всё необходимое, оказалось, что слизни могут мыслить, разговаривать и считывать данные из памяти.
— Восхитительные существа, — произнесла Татьяна, разглядывая меня.
— Тань, я сейчас ревновать начну, — сказал Виг.
— Не переживай, у меня исключительно научный интерес. У меня нет цели вступать с Рахтом в романтическую связь. Меня вполне устраивает такая связь с тобой.
— Как-то это бездушно прозвучало…
Татьяна вздохнула, подошла к Вигу и нежно чмокнула в губы. Судя по тому, как в этот момент изменилось её сердцебиение и выделяемые запахи, это не было показухой. Она и правда питала к рыжему нежные чувства.
  
А когда эта сопливая сцена закончилась, Татьяна вернулась к экрану и продолжила рассказ.
Итак, слизни могли мыслить, говорить и считывать данные из памяти. Разве что чрезмерное поглощение данных приводило к перегрузкам, и пара подопытных экземпляров умерла от этого. Так что пришлось поставить ограничение, чтобы память выдавала информацию по крупицам.