Ермак. Противостояние. Книга одиннадцатая (СИ)

Шлиффен замолчал и каким-то, можно сказать, злым взглядом уставился на карту. Реальная обстановка наглядно показывала, что его план новых Канн вот-вот провалится. Как оказалось, без тяжёлых осадных орудий бельгийские форты крепости Льеж и оборонные рубежи между ними были неприступными.
А он в своё время настаивал на принятии на вооружение тяжёлой 42-сантиметровой мортиры Круппа, которую разработчики назвали «Большой Бертой» и представили на конкурс. Комиссия посчитала мощь и стоимость этого орудия чрезмерной, как и 30,5-сантиметровой гаубицы Круппа, разработанной на основе осадного и морского орудия.
  
Если бы два года назад эти пушки приняли на вооружение, то форты Льежа уже лежали бы в руинах. А так отмечены только несколько повреждённых орудийных башен. Если быть точным, то четыре башни на двух фортах. А о затраченных для этого результата снарядах и их стоимости, лучше не думать, как и о потерянных орудиях и солдатских жизней от ответного огня бельгийцев.
— Насколько увеличились силы противника у Льежа и Намюра? — прервал затянувшееся молчание Вильгельм II, не отрывая взгляда от карты.
— По первоначальному плану у пяти армий, сосредоточенных у границ Бельгии и Люксембурга был перевес перед противником семь к одному. У Льежа сейчас сосредоточены подошедшие дополнительно силы 1-й армии и отдельные подразделения 2-й армии. Соотношение сил пять к одному. Перед Намюром, на сегодняшний момент стоят части 2-й и 3-й армии. Соотношение с учётом подходящих частей англичан составит четыре к одному. И там аналогичная с Льежем проблема с осадной артиллерией. Но расположение фортов на местности для наших войск более удачное, чем в Льеже, так как они построены были для сдерживания Франции. Поэтому на правом берегу Маас только три форта, а не пять, как в Льеже. Также там нет на настоящий момент эшелонированной обороны из окопов…
— А если перенести основной удар сюда, — перебил генерала кайзер и, взяв указку у Шлиффена, провёл линию к крепости. — Гвардейскими корпусами взять Намюр. Артиллерии у них достаточно для прорыва между фортов в сам город, где цитадель, можно сказать, утратила своё военное назначение. Мосты там ещё целы?
— Да, Ваше величество.
— Замечательно! — Вильгельм II воодушевился, и его усы распушились. — Взяв город, заставим капитулировать и форты, ведя по ним артиллерийский огонь из Намюра. Раз захотели бельгийцы войны, пусть почувствуют её последствия на себе в полной мере. Далее всеми силами 2-й армии наносим удар на Брюссель. Надо показать кузену Леопольду, что он напрасно не согласился на наше предложение. Силами 3-й армии в это время связать боем французские части и части британского экспедиционного корпуса. Да! 2-й кавалерийский корпус из 1-й армии передайте во вторую. Пусть он будет, как вы сказали, Альфред, наконечником копья, которым мы сразим столицу Бельгии.
Вильгельм расцвёл в самодовольной улыбке. Начальник германского Генерального штаба внимательно посмотрел на карту, после чего произнёс:
— После захвата Брюсселя 2-я армия, усиленная ещё тремя корпусами из 1-й армии, которая берёт в осаду Льеж, наступает на Лиль, а далее на Париж. В этот момент 4-я и 5-я армии из Люксембурга наносят удары на Реймс. 6-я и 7-я армии с прибытием русских экспедиционных сил завершают операцию «Сатурн». Берут Нанси, Туль и выдвигаются на Шалон. В этом случае французские войска в укрепрайонах Монмеди, Лонгви и Вердена также окажутся в окружении.
Кайзер, который указкой сопровождал по карте озвучивание нового плана Шлиффеном по направлениям удара и задействованных сил германской армии, одобрительно хмыкнул.
— А может получиться, Альфред. Точнее, должно получиться. По большому счёту мы смещаем южнее основной удар по левому флангу французских войск, усиливаем его в центре из Люксембурга и значительно усиливаем на юге за счёт русских экспедиционных сил. Жаль, что кузен Михаил не хочет воевать в Бельгии и бомбить форты Льежа. Мы давно уже взяли бы этот город-крепость, — кайзер нахмурился, положил указку на стол, после чего отошёл к окну и задумался, покачиваясь с пятки на носок.
Шлиффен смотрел на затылок кайзер и в уме начал прогонять новый план ведения боевых действий: «Новые Канны ещё могут получиться. Главное усилить значительно 2-ю армию, обеспечить быстрый прорыв через Маас, захватив Намюр. До Брюсселя от этого города по прямой меньше шестидесяти километров. Один дневной переход не только конницы, но и пехоты. Надо озадачить командира 2-го кавалерийского корпуса, чтобы он окружил бельгийскую столицу и не дал Леопольду II вместе с правительством ускользнуть в Антверпен. А там можно будет и принудить короля к капитуляции. Только надо действовать быстро и решительно. Не получился прорыв под Льежем, получится в Намюре».
— Альфред, сколько Вам необходимо времени, чтобы переработать план и перераспределить силы? — повернувшись, задал вопрос кайзер.
— Максимум три дня, Ваше величество.
— Хорошо. Даю два. И продумайте тактику наступления штурмовых отрядов между фортами Намюр, чтобы уменьшить наши потери. В прорыв пойдёт гвардия и мне не хотелось бы её потерять, — Вильгельм впился в глаза Шлиффена.
— Я всё понял, Ваше величество. Сегодня же отдам приказ о выдвижении к Намюру Гвардейского корпуса, который находился в резерве. Генерал фон Кессель опытный командир и сможет организовать совместный удар с Гвардейским резервным корпусом прорыв в Намюр. У них достаточно рот пионеров и два понтонных поезда, чтобы организовать переправу через Маас, если бельгийцы взорвут мосты. А также больше трехсот полевых орудий и четыре батареи осадных пушек, — не отводя взгляда, ответил генерал.
— Надеюсь, прусская гвардия не подведёт своего короля, — несколько напыщенно произнёс кайзер.
— Приложит все усилия, Ваше величество.
— Спасибо, Альфред. Жду вас через два дня с докладом, — Вильгельм сделал паузу, после чего быстро произнёс. — Хотя нет, лучше я приеду к вам в Генеральный штаб, а потом наведаюсь к адмиралу Тирпицу, чтобы узнать, когда же они дадут бой англо-французскому флоту.
— Насколько мне известно, Ваше величество, вся задержка произошла из-за русских. Точнее, из-за ледовой обстановки в Финском заливе. Зима у русских в этом году была морозной. Лёд в заливе ещё не сошёл до конца. К тому же русские вводили в строй третий дирижабль, а также доукомплектовывали четыре своих вспомогательных крейсера ещё двумя торпедными катерами типа «Барракуда». И теперь в атаке на Дюнкерк будут участвовать двадцать четыре быстроходных катера, как русские называют эти малые миноносцы.
— Значит, русские, как мы и планировали, задействуют в налёте на Дюнкерк три дирижабля и двадцать четыре «Барракуды»?
— Да, Ваше величество. Их вспомогательные крейсера с катерами уже прошли императорский канал и сегодня к вечеру должны прибыть в Вильгельмсхафен. По поводу трёх русских броненосцев и трёх крейсеров вам доложит адмирал Тирпиц. По имеющейся у меня информации они в сопровождении ледоколов вышли из Кронштадта два дня назад. Для охраны своего побережья и столицы русские оставили свои три броненосца береговой охраны и большое количество миноносцев от эсминцев до торпедных катеров. Есть ещё две или три подводные лодки типа «Касатка». В вопросе безопасности своего побережья на Балтике русские сделали ставку на минную войну, — генерал замолчал.
Кайзер задумался, и в кабинете на несколько секунд повисла тишина.
— От русских поступили данные по разведке Дюнкеркского рейда? — задал вопрос Вильгельм.
— Вчера генерал фон Хелиус прислал сведения, что 17 апреля на рейде у порта Дюнкерк находились шесть английских броненосцев типа «Дункан» и девять французских броненосцев, включая их новейшие «Иена» и «Сюффрен». Броненосные и бронепалубные крейсера в большом количестве, сопоставимом с количеством однотипных кораблей в наших четырёх эскадрах…
  
— То есть французы и англичане держат в Дюнкерке совместную эскадру по количеству кораблей равную нашему флоту? — кайзер перебил вопросом Шлиффена.