Ермак. Противостояние. Книга одиннадцатая (СИ)

Императрица, заметив мой взгляд, развернулась кругом и, увидев горящий третий этаж Арсенального каре, побледнела, вскрикнула и начала заваливаться вбок. Я еле успел её подхватить, а посмотрев в лицо, понял, что Елена потеряла сознание.
«Главное, что император с Алексеем и императрица живы. Смуты не будет. Об остальных будем молиться», — подумал я и, поудобнее взяв Елену Филипповну на руки, понёс её к карете.
    
Глава 15
 
Последствия — 2
 
Как только из подземного хода достали всех, кто там находился, я отправил в казармы кирасир во вновь запряженной карете, так и не пришедших в себя императрицу с императором, его братом Алексеем, Ксению с её детьми и Мэй, которая взяла на себя уход за раненым императором. Следом за ними двинулись пешком и остальные спасенные. При этом старик Ли до отъезда Александра, успел его осмотреть и нажал несколько точек, отправляя мальчика в более глубокое бессознательное состояние.
Когда карета отъехала, Ли подошёл ко мне с озабоченным лицом и произнёс:
— У мальчика совсем плохо с рукой. Локтевой сустав сильно разбит. Вряд ли его получится восстановить. Боюсь, что придется ампутировать руку по локоть.
— Как случилось, что император так повредил руку? — спросил я старика.
— Я сам не видел, так как с Мэй замыкали группу, которую Великий князь Михаил Николаевич повел в подземный ход. Взрыв произошел, когда мы были в другой комнате. А в том зале, где находились великий князь, императрица, император с братом, Великая княгиня Ксения Александровна с детьми из-за разрыва снаряда на верхнем этаже обвалился потолок, и упала люстра. Когда я вошёл в зал, то увидел, что императрица лежит без сознания, ей часть, как её, — Ли сделал паузу, подбирая слово, — а вспомнил, часть лепнины попала по голове, но только оглушила. Больше всего не повезло великому князю и императору, которого он держал за руку. На них упала люстра, которая Михаилу Николаевичу расколола голову, а мальчику раздробила локоть и сильно ушибла бедро. Остальным, кто находился в комнате, повезло. Их не задело, только пылью припорошило и немного контузило. Я привёл в чувство императрицу, потом взял императора на руки, и мы спустились в подземный ход.
Я с уважением посмотрел на Джунг Хи. Александр был крепким и рослым для своих лет мальчишкой, так как пошёл в деда — Александра III и весил, соответственно, немало. А учителю Ли по моим прикидкам сейчас было за семьдесят лет, и он умудрился на руках спустить Александра в подземный ход по узкой лестнице. При этом ребенок был без сознания и висел на руках старика безвольной тушкой.
— Учитель, ты сможешь помочь императору и сохранить ему руку? — с надеждой задал я вопрос старику.
— Я постараюсь, если мне разрешат, оказать ему медицинскую помощь и мне будет помогать Мэй Лин. Она хороший хирург и специалист по переломам, даже лучше, чем я. В Японии у неё была богатая практика, — задумчиво ответил Ли, видимо, что-то решая в мыслях.
— Тогда пойдём быстрее. В лазарете кроме пары дежурных подлекарей пока никого нет, да и не уверен я, что и три лекаря, которые числятся, смогут что-то сделать, включая старшего врача коллежского советника Ольдерогге. Он не хирург, а коновал, хотя, терапевт и физиолог неплохой, — после этих слов я развернулся к кирасирам, которые стояли небольшой кучкой рядом, ожидая дальнейших распоряжений и лыбились, услышав мою характеристику их штабс-лекаря:
— Так, братцы, двое из вас спускаются в подземный ход, по нему выходят к винтовой лестнице, по которой поднимаются на второй этаж. Там находите тело Великого князя Михаила Николаевича и приносите его сюда. Если пожар и задымленность не позволит подняться по лестнице на второй этаж, то возвращаетесь назад. Всё ясно⁈
— Так точно, Ваше превосходительство. Постараемся вынести тело Его высочества, — браво отрапортовал один из кирасир.
— Постарайтесь, братцы, постарайтесь. За мной не заржавеет, — развернувшись от бойцов, я подхватил под руку Джунг Хи, закутанного в одеяло, и мы с ним быстрым шагом, чуть ли не бегом направились за великой княгиней Елизаветой Маврикиевной с детьми, ушедших уже далеко.
Нам на встречу пронеслось несколько повозок с бочками, в которых возили воду для лошадей кирасирского полка, вскоре показались и сами «синие кирасиры», бегом выстраивающие в две шеренги от пруда до дворца. Руководили всем этим унтер-офицеры, и получалось у них всё быстро и чётко. Какие-то мгновения и я увидел, как первые вёдра с водой в сторону дворца начала передавать друг другу первая шеренга, а вторая пустые ведра в сторону пруда.
Я посмотрел на часы на левой руке, которые мне подарил Сандро. От момента начала обстрела прошло двадцать восемь минут, а показалось, что вечность. Отметил про себя, что «гатчинские кирасиры» перекрыли нормативы по построению полка по тревоге почти вдвое.
Дойдя до плаца перед дворцом, я увидел высокую фигуру великого князя Николая Николаевича в короткой для него, накинутой на плечи шинели с унтерскими погонами и в солдатской шапке. Великий князь руководил кирасирами, часть которых тушила пожар в Центральном корпусе, чтобы пробиться на второй этаж Арсенального каре, часть начала разбирать завал и тушить пожар у входа Арсенального каре, ещё часть помогала раненым и с десяток кирасир собирала убитых и складывала их вдоль стены Кухонного каре.
— Тимофей, мне надо кое-что из медицинских инструментов и лекарств взять с собой для лечения императора. Они лежат в комнате, что мне выделили во дворце, — Джунг Хи кивнул в сторону Кухонного каре, которое, слава Богу, было целым, если не считать выбитых окон.
— Хорошо, учитель, пойдем.
Мы направились к входу в Кухонное каре, но были перехвачены Ник Ником, который, увидев меня, подбежал к нам.
— Как Александр и Елена⁈ — очень эмоционально задал вопрос великий князь, нависнув надо мною.
— Живы, но оба ранены. Императрица контужена, а у императора сильно поврежден локоть, но господин Ли постарается спасти ему руку. Великий князь Михаил Николаевич погиб. Остальные, кто был в подземном ходе все живы и целы, — ответил я, стараясь выглядеть спокойным.
Великий князь, сняв солдатскую шапку-папаху, перекрестился.
— Царства небесного Михаилу Николаевичу. А у нас Георгий Михайлович и его Мария легкораненые. Их осколками стекла посекло. Ниночка их жива, а младшая Ксения погибла вместе со служанкой. Маша в себе замкнулась и мертвую Ксению никому не отдает. Они в офицерское собрание добрались, когда я сюда уже уходил, — Ник Ник вновь перекрестился и одел шапку. — Мишу с Ольгой и Коленькой, и Сергея пока не нашли. Сандро с детьми и Константина Константиновича с младшим Георгием тоже никто не видел.
Я аж зажмурился и застонал, то ли про себя, то ли вслух. Если все, кого перечислил великий князь, погибли, то потери семьи Романовых просто катастрофичные.
— А Николая Михайловича кто-нибудь видел? — я поинтересовался судьбой Главнокомандующего войсками Гвардии и Санкт-Петербургского военного округа, которые надо поднимать по тревоге и вводить военное положение в столице и Санкт-Петербургской губернии.
Бог его знает, как дальше события будут развиваться, может 2-я Гвардейская пехотная дивизия под командованием генерал-лейтенанта Евреинова в Санкт-Петербурге бунт поднимет прямо сейчас. А от Царского Села до Гатчины трём полкам лейб-гвардейской бригады генерал-майор Кашерининова по дороге меньше тридцати вёрст. Один пеший переход. К обеду уже здесь будут.
— Николая тоже никто не видел, — Ник Ник поморщился.
  
Великий князь недолюбливал русского «Филиппа Эгалите» за его офранцуженные политические симпатии и либеральные взгляды. А ещё Ник Нику было обидно, что Николай II Главнокомандующим войсками Гвардии и Санкт-Петербургского военного округа назначил не его, а Николая Михайловича.
— А вы куда направлялись? — поинтересовался великий князь.
— Джунг Хи надо взять в его комнате медицинские инструменты и лекарства для проведения операции с рукой императора. Счет идёт на минуты для того, чтобы спасти Александру руку. Старший врач полка кирасир Генрих Васильевич на своей квартире, когда прибудет неизвестно. Да он больше администратор, чем врач, а тем более хирург. Лейб-медик Боткин Евгений…