Убить Хранителя (СИ)

Я кивнул и сказал:
— Мне все понятно.
Старик прокашлялся и продолжил:
— Эти миры существуют не сами по себе. Теперь уже существование реальностей нельзя пускать на самотек — за ними обязательно должен кто-то присматривать… Ох, вот старость! — вдруг воскликнул Рондал и всплеснул руками, едва не выронив посох. — Я уже совсем не тот, что был пару сотен лет назад.
Он встал, прошел в середину комнаты и начал делать странные пассы резным посохом, который вдруг тихо загудел. Тогда старик застыл в одной позе, словно окостенел, держа посох в высоко поднятой руке. Его губы неразборчиво зашептали, будто в молитве, не предназначавшейся для чужих ушей. Спустя несколько секунд Рондал легонько пристукнул посохом по каменному полу и перед нами возникли стол с парой стульев и еда.
Старческий перст указал на материализовавшийся из ниоткуда деревянный стул.
— Садись! Будем вести беседу. Заодно и подкрепимся.
Со стола сама собой поднялась бутылка и, чуть подрагивая и бренча о края бокалов, начала разливать густую красную жидкость.
Вино. Наверное, это вино. Очень надеюсь.
 14 
ОБЕД КАК ОБЕД, вполне сносно.
Обычные земные фрукты и овощи, много разного мяса разного, ароматные лепешки из тандыра. А вот вино я оценил по достоинству. Насыщенное, в меру терпкое, с постепенно раскрывающимся букетом. В обычной винной лавке такое не купишь.
— Так, Эрик. Напомни-ка мне, на чем я остановился? — спросил старик, утирая усы и бороду салфеткой.
— На том, что за мирами должен кто-то присматривать.
— Да-да, именно! Все верно, присматривать. И за ними присматривают, не сомневайся! За каждой реальностью стоит свой Хранитель. Могущественный и невидимый. Прямо как бог. Понимаешь?
Я не выдержал и громко рассмеялся. Наверное, выглядело сверхнеприлично, но — плевать.
— Никогда бы не подумал, — произнес я, — что буду пить вино с богом и беседовать с ним о параллельных мирах. Скажите, где я, что вам от меня нужно и что вообще происходит? Неужели есть и такая форма сумасшествия, когда можно бродить по мирам и пить вино с богами? Или это сон? Или виртуальная симуляция бреда?
Бледные губы старика тронула улыбка.
— Не спеши, Эрик, — сказал он и сделал глоток вина. — Буду объяснять по порядку, иначе можешь не понять. Позже, когда проясним ситуацию, — отвечу на любые вопросы. А пока слушай. Хранители действительно являются богами, если учитывать то, что во вселенной тех богов, каких себе напридумывали люди, не было и нет. Разве что в мифах и легендах. А возможности Хранителей безграничны. Могу привести пример. Вот это, — сказал он и обвел сухой, жилистой рукой треугольную комнату, — мой рабочий кабинет. Здесь я занимаюсь деятельностью, напрямую или косвенно касающейся вверенных мне на хранение миров. Иногда приходится выжимать все соки из своего старого мозга. Шутка ли, тысячу лет прожил. Понимаешь, Эрик, как бы проще объяснить… Человечество не успевает за собственным временем, нет нужного темпа прогресса. Вселенная мчится, а люди в трех мирах Созвездия Серого Льва просто-напросто не поспевают с действиями. Они волочат свою историю как тяжелый камень на привязи. Когда с каждым шагом должны пролетать несколько ступеней по лестнице прогресса. Постоянно являть миру гениальные изобретения, делать новые, волнующие разум, открытия. А они волочатся. Если так запаздывать, то за человечеством будет тянуться длинный хвост долгов перед мировой историей. Понимаешь? — Старик окинул меня изумрудным взглядом.
Я кивнул, хотя на самом деле пока не очень понимал, к чему он клонит.
— Ладно, — сказал Рондал и положил морщинистые руки на стол. — Не все сразу. Ты поймешь позже, обязательно поймешь, если захочешь. Ну так вот, человечество не поспевает за своим же течением времени. А я как Хранитель не могу оставить этого без внимания. Поэтому приходится проявлять фантастическую изобретательность, чтобы одаривать все три мира новыми идеями, вселять их в головы опытных ученых или просто смышленых ребят. Конечно, не все гениальные мысли принадлежат мне, но свою лепту я вношу исправно.
 
— Выходит, вы можете делать все, что взбредет в голову?
— В общем, да, могу. Однако каждый Хранитель должен понимать, что на нем лежит ответственность за судьбу нескольких миров. Если с мирами случиться что-то непоправимое, то Хранитель умрет. Мы связаны одной мировой пуповиной. Гибнет реальность — гибнет Хранитель. Не получится взорвать комнату и уцелеть, находясь в ней. Поэтому нужно соблюдать осторожность. Нельзя допустить роковой ошибки… хотя когда-нибудь мы все к ней придем. — Последнюю фразу он произнес так тихо, что я едва его расслышал.
— А чем три мира отличаются друг от друга? Есть какие-то принципиальные различия? Визуально-то я уже их успел оценить.
— Земля — мир, где господствует техника, мир разума и вычислительных способностей. Вселенная математики и логики. Это я объясняю, можно сказать, на пальцах. Захочешь углубиться — покажу библиотеку, количество книг в которой за тысячу лет сосчитать не смог даже я. Изучишь вопрос. Каулор — это мир магии, там нет ничего более значимого, всем управляют потоки энергии, которые можно подчинять своей воле. Я бы даже назвал его миром детских грез, в котором нет абсолютного Зла, он живет — пока в нем есть добрые улыбки и веселые шутки. На Земле же Добро идет бок о бок со Злом, жестокость соперничает с милосердием, ненависть с любовью. А Каулор похож на вселенский детский сад, где играют большие дети. Третий мир — Междуозерье. Имеет с Землей заметно больше общего, чем Каулор. В Междуозерье правят и техника, и магия. Они прекрасно уживаются вместе. Однако жестокость на несколько очков опережает доброту в их вечном соревновании. Там есть космос, в котором существуют галактики, солнечные системы, планеты с их спутниками… В общем, этот мир легко спутать с Землей во времена средневековья. Каулор же в этом смысле представляет собой большой остров, плывущий в никуда по бесконечному, разноцветному пространству. Конечно, Каулор имеет границы, которые можно назвать краем света. Но ты никогда не сможешь оказаться за его пределами, этого не смогу даже я. Каулор окружен естественным, свойственным только ему барьером. И этот природный барьер не под силу прорвать ни человеку, ни Хранителю.
— Почему вы называете мой мир Землей? Ведь там существуют миллиарды других планет! А значит, может существовать и другая разумная жизнь со своими планетами, со своими названиями.
— Увы, Эрик, — печально произнес старик и скривил губы в горькой усмешке, — вы, люди, одиноки в вашей карманной вселенной. Земля — это единственная обитаемая планета во всем космосе… не могу назвать его вселенной. Вселенная для меня имеет более широкое значение. Вы — одни на своей Земле. А чтобы на других планетах появилась первая разумная жизнь, необходимо прождать десятки, а, может быть, и сотни миллиардов лет. Но и это не гарантирует рождения нового разума на просторах вашего космоса.
— Но Хранитель может ускорить этот процесс?
— Я могу. Но не собираюсь. Не стоит лишний раз вмешиваться в свободное течение жизни Вселенной. Все случится само в назначенный для этого срок.
— Понятно. Но непонятно, откуда взялись сами Хранители?
Рондал поднялся со стула и, опираясь на посох, стал ходить из угла в угол.
— Разомнусь немного, тело деревенеет без движения, а ты сиди. Налей еще вина. История Хранителей — долгая, но для тебя постараюсь сократить. Первые Хранители появились в твоем мире, на Земле, миллионы лет назад. Но чтобы ты понял, придется рассказать о временах еще более древних. Миллиарды лет назад, на планетах, которые находились на таком расстоянии от Земли, что, если бы они сохранились и по сей день, ваши ученые вряд ли смогли бы их даже вычислить, зародилась первая жизнь. Каким образом — никто не знал и не знает. Появились люди, а вскоре начали появляться и первые признаки цивилизации. Прошли миллионы лет, и человечество достигло критической точки своего совершенства, что породило неотвратимую и невероятно жестокую войну между планетами, которая длилась несколько веков. Вот тогда и возникли первые предпосылки к появлению Хранителей. Сначала древние ученые открыли межпространственную черную дыру, смогли воссоздать ее в лабораторных условиях. Это открытие появилось задолго до войны, однако многие годы оставалось невостребованным. Черная дыра была, казалось, мертвым открытием. Люди не знали, что с ней делать, боялись неудачных опытов и катастрофы. Но незадолго до начала войны одна группа исследователей совершила прорыв. В эту пространственную червоточину сумели поместить целую научную станцию с живыми людьми. Поместить и не убить. Более того, удалось наладить связь и процесс возврата.