Светлый пепел луны (ЛП)

Бурные волны Мохэ накатывали на берег, катая по дну пустые раковины. Сан Цзю опустила голову и тихо спросила:
— Брат, как там отец?
Сан Ю вперил в неё разгневанный взгляд и с горькой усмешкой спросил:
— Ты всё ещё помнишь об отце, а не только о своём бессердечном бессмертном господине?
Сан Цзю склонилась ещё ниже.
— Прости…
Проснувшийся в нефритовом браслете Гоу Ю с удивлением узнал в принце реки Мохэ вельможу Пан И Чжи. И он здесь?! Сколько же людей вошло вслед за ними в иллюзию, сотканную из воспоминаний дракона? Каких ещё сюрпризов ждать…
  
Принц отвернулся от сестры и сделал несколько шагов по воде, но, увидев, что Сан Цзю так и сидит неподвижно на берегу, вернулся и накрыл ладонью её макушку со смешанным чувством гнева и жалости.
— Ты вышла замуж за богоподобного Мин Е, а он даже не помог тебе избавиться от темной ци* мира смертных. Прошло сто лет, а ты нисколько не выросла духовно. Чем вообще ты занималась в Шан Цине?
Каждое десятилетие Сан Цзю передавала для царства реки Мохэ реликвию, но впервые за столетие встретилась с братом. Принц-моллюск был уверен, что его младшая сестрёнка давно избавилась от демонической сути, но она осталась такой же, какой была сто лет назад до своего замужества.
Сан Цзю поспешила его заверить:
— Ко мне относились неплохо.
Но и не хорошо. Никому не было до неё дела, никто не замечал её и тем более не хотел с ней разговаривать.
Сан Ю посмотрел на нее понимающим взглядом и проговорил:
— В Мохэ царит беззаконие с тех пор, как здесь побывал твой супруг и его прихвостни. Этот богоподобный дракон хотя бы догадывается, что ты сделала ради него?
Сан Цзю умоляюще вскрикнула:
— Брат!
— О, да, всё, что с нами происходит сегодня — на твоей совести. Смотри на эти грязные бурные волны, это он принёс нам несчастья! Сан Цзю, ты можешь это сделать, отплати ему!
Сан Цзю робко возразила:
— Брат, ему уготовано стать божеством.
Сколько времени потребуется для того, чтоб стать богом? Грядет битва между богами и демонами, если нечисть не остановить, не только Мохэ, но весь человеческий род погибнет.
Лицо Сан Ю дрогнуло. Он посмотрел на неё с сожалением, но настаивать не стал. Только проговорил сердито:
— Возвращайся в Шан Цин, король-отец не хочет тебя видеть.
Сан Цзю робко улыбнулась в ответ:
— Я сейчас же уйду.
Брат не знал, что для неё больше нет места в царстве бессмертных.
Уходя, принцесса оглянулась: бурные воды Мохэ утихли под золотистым свечением реликвии, и на её сердце стало спокойнее.
Принцесса жемчужниц долго скиталась по свету, пока не поселилась в волшебной бамбуковой рощице — обители маленькой феи земли. Сан Цзю очистила для неё родник, и вода в источнике стала чистой и сладкой, за что та позволила ей остаться и заниматься духовной практикой.
Сан Цзю была уверена, что Мин Е не позволит ей так просто уйти с украденной реликвией и явится рано или поздно. Но миновало две осени, а о нем не было никаких вестей.
Но вот на третье лето, когда софора расцвела и превратилась в цветочного духа, а маленький гриб перевоплотился в резвого мальчишку, бабочки над родниковой водой, а вслед за ними и все другие обитатели волшебной рощи, начали судачить о делах в Шан Цине.
— Дева-небожительница Тянь Хуань очнулась! — твердили они наперебой. Владыка Мин Е лично очистил её темную ци, в которой она пребывала почти сто лет!
Той ночью растревоженное сердце Сан Цзю не давало ей уснуть. Сквозь пелену слез она смотрела на луну в небе и не могла найти себе покоя. Девушка то и дело бегала к ручью, чтобы умыть горящее от слёз лицо родниковой водой, за что маленькая фея отругала её почём зря.
А на утро её пытка продолжилась. Волшебные обитатели рощи рассказывали друг другу наперебой:
— На торжестве в честь пробуждения Тянь Хуань владыка Мин Е подарил ей чудесное платье из туманной парчи. Говорят, этот наряд соткан из облаков и оттого невесом и прекрасен, а ещё в ткань вплетена сила земли и неба, которая защищает деву от всякого зла.
Сан Цзю закрыла лицо русалочьим шёлком рукавов, приказывая себе не ревновать.
— Говорят, после войны между богами и демонами они сыграют свадьбу.
— Правда ли это?
— Конечно, правда. Отец Тянь Хуань благоволит владыке, что и не удивительно, ведь он заботился о святом старце тысячу лет. Разве неправильно им породниться?
О Сан Цзю никто и не вспомнил. Только в Шан Цин знали, что у Мин Е уже есть супруга. Той ночью, выплакав все свои слезы, Сан Цзю решила больше не слушать ничего о счастливых влюбленных из обители небожителей. Она старательно очистила родник и попробовала воду на вкус: она была изумительна, как и раньше. Жизнь в бамбуковой роще постепенно вошла в свою колею, пока не началась война между демонами и бессмертными.
Феечка и её народец в спешке собирали свои волшебные пожитки.
— Советую и тебе уйти отсюда, пока не поздно, — наставляла принцессу хозяйка волшебной рощи — вчера я видела на горизонте сияние от разбитых артефактов. Многие бессмертные пали, мы не можем сражаться в этой войне, для нас единственный выход — найти убежище и спрятаться.
Сан Цзю переспросила:
— Бессмертные… пали? Что же теперь будет с обителью?
Фея ответила:
— Когда опрокидывается гнездо, яйца разбиваются. Бессмертным некуда деться. Война охватила Шан Цин. Ты слышала, богоподобный Мин Е не одолел повелителя демонов. Он упал в воды реки Жуо, и неизвестно, жив или мёртв. Нам всем лучше бежать.
— Что ты такое говоришь?! — в ужасе воскликнула Сан Цзю, и, прежде чем феечка успела ей что-то ответить, стремглав бросилась прочь.
  
Глава 41: «Ненависть Сан Цзю»
 
Речные жемчужницы обитают на пресном мелководье, в морской воде им не выжить, что уж говорить о магических водах реки Жуо*, в которой погибают даже демоны.
Сан Цзю родилась демоном-ракушкой. Приняв свой изначальный вид, она вошла в слабые воды, и перламутровые створки её раковины начали таять и растворяться в реке, стекая подобно розовым драгоценным слезам.
Когда-то принцесса сказала своему возлюбленному: «Я боюсь боли, не разбивай мою жемчужную раковину, это мучительней, чем дробить человеческие кости», а теперь она терпела чудовищные страдания, но даже глаза в слабой воде не закрыла, ибо боялась пропустить знакомую тень. Мягкая ножка ракушки случайно выглянула в прореху растворяющейся раковины и коснулась жгучей воды, в тот же момент страшная боль пронзила Сан Цзю, заставив судорожно сокращаться всё её нежное тельце. Но она продолжала безрассудно спускаться всё ниже и ниже в поисках раненного Мин Е.
Цзяо, речной дракон, могучий и сильный дух, восходивший к совершенству десятки тысяч лет, оказался в водах Жуо поверженным и брошенным. Никто не спешил к нему на помощь.
Мин Е, хоть и заслужил бессмертную судьбу своим упорством в самосовершенствовании, родился змеем-демоном. Потому для него, как и для всех демонов, слабые воды треклятой реки были смертельно опасны. Человеческое воплощение Сан Цзю тоже пострадало. Она понятия не имела, сколько костей в людском теле, и какие из них она уже повредила. От боли жемчужница почти не понимала, кто она и где находится, пока не увидела на дне очертания знакомой фигуры….
Когда она наконец-то смогла обнять его, от её раковины осталась лишь тоненькая скорлупка. Сан Цзю обхватила своего супруга прозрачными створками и понесла его вверх по течению. До этого момента она не пролила ни одной слезинки, но не сдержалась, когда нашла, наконец, своего суженого. В этом гиблом месте не водилось ничего живого — ни рыбы, ни водорослей, ни моллюсков — поэтому никто не увидел, как принцесса Сан Цзю плыла, обнимая Мин Е и роняя в ядовитую воду розовые слёзы.
  
Принцесса-жемчужница никогда не была плаксой. Как говорил её брат Сан Ю, в детстве она была самой беззаботной и радостной обитательницей подводного мира. Но так уж случилось, что с первого дня знакомства с Мин Е глаза её не просыхали от слёз. Вот так она и поняла, что значит влюбиться в неподходящего мужчину.