Светлый пепел луны (ЛП)

Тем временем глаза Цзяо, питаемые смертельными обидами, продолжали наливаться кровью.
Гоу Ю продолжал говорить:
— Войдёшь и потеряешься в его бесконечном сознании. Твои память и сознание исчезнут. Ты даже не знаешь, кем станешь в его мире, камнем у дороги или птицей, парящей в небе. Потому предсказать, что с тобой случится — невозможно.
Су Су со вздохом ответила:
— Но иного выхода нет…
  
Она решительно шагнула вперёд.
Пан И Чже схватил её за рукав:
— Куда ты, третья госпожа?!
— Навстречу смерти, — с улыбкой ответила она.
Министр вспыхнул и пробормотал:
— Нет, нет, так нельзя!
«Он что, покраснел?» — мысленно спросила девушка у Гоу Ю, но тот не нашёлся, что ответить.
Дальше медлить было нельзя. Следуя указаниям своего хранителя, девушка вошла в сияние защитного артефакта и исчезла в одно мгновение.
Это случилось так неожиданно и быстро, что даже невозмутимый старец Цзи, удивленно воскликнул, пощипывая бороду:
— Какая бесстрашная дева!
Но он и сам понимал, что остановить превращение бессмертного дракона в демона можно только воззвав к его духовному сознанию.
Тан Тай Цзинь помрачнел, но, спустя мгновение, решился и, отдав нефритовое зеркало в руки главы Ночных Теней, вошёл в его зеркальное отражение. Его цель — диаметрально противоположна той, что преследует докучливая жёнушка. Он должен заставить Цзяо встать на тёмную сторону.
Е Бин Шан, побелевшая, как полотно, не сводила глаз со своего бесценного артефакта, прикрывающего сердце дракона. Она попробовала заставить кольчугу вернуться в свои руки, но обнаружила, что больше не может её контролировать. Она тихонько вздохнула, думая о растворившейся в зеркале младшей сестре и, стиснув зубы, тоже шагнула в зазеркалье.
Наследный принц в ужасе схватил жену за рукав платья, пытаясь удержать от безрассудного поступка. Е Бин Шан лишь с грустью посмотрела на Сяо Линя.
— Простите, ваше высочество…
Но он не отпустил её руки и лунное сияние, отраженное нефритовым зерцалом, поглотило их обоих.
Дядюшка Цзи повернулся к Юй Цину и безучастным голосом спросил его:
— Что, и ты пойдёшь?
Благоразумный Юй Цин в ужасе затряс головой, как погремушкой:
— Конечно, нет!
Только он сказал это, как мимо в направлении сияния метнулась фигура. Юй Цин крикнул вслед:
— Пан И Чже, а с вами-то что? Вы то куда?!
— Позвольте мне идти туда, куда она ушла: вдруг с ней что-нибудь случится? — ответил вельможа и растворился, как будто его никогда и не было.
Старец Цзи с досадой дёрнул себя за бороду:
— Какие же бестолковые! Прошлая жизнь Цзяо зачарована, попав туда, можно забыть обо всём и лишиться рассудка! Это не так легко, как им кажется!
В это время прагматичный Юй Цин рассуждал вслух:
— Младшая дочь семьи Е поддерживает наследного принца, значит, на нашей стороне в зазеркалье — четверо, а Тан Тай Цзинь — один. У нас численное преимущество!
Глава ночных теней — Нянь Бай Юй, услышав это помрачнел.
Юй Цин усмехнулся:
— Дядюшка Цзи, поторопитесь, наложите защитные чары, чтобы никто из людей Тан Тай Цзиня не смог туда проникнуть!
Старец всё понял и быстро вытащил причудливый амулет с помощью которого закрыл зеркальное сияние от проникновения.
Нянь Бай Юй почернел лицом от злости:
— Вы поплатитесь!
Старец и его ученик только рассмеялись.
Нянь Бай Юй был вне себя от ярости и бессилия. Какая досада, что здесь не осталось даосских монахов и заклинателей демонов, чтобы справиться с этой парочкой!
Меж тем в воздухе продолжалась борьба магических сил, и всем оставалось только нервно наблюдать за происходящим. Даже старец Цзи не мог предсказать, чем закончиться этот поединок. Да и кто может знать, чем обернётся проникновение смертных в зачарованную жизнь?
— У неё что, совсем стыда нет?
— Видимо, нет! Если бы был, она давно убралась бы восвояси. Это Шан Цин,* обитель бессмертных! Демону-жемчужнице здесь не место! Говорят, она родом из Мохэ. Вы видели эту реку? Вода грязная и зловонная, от одного взгляда на неё тошнит потом неделю.
— Как вы можете так говорить?! Наша госпожа самонадеянно вышла замуж за бессмертного правителя Мин Е*, а значит, мы должны звать её владычицей.
Саркастическое замечание вызвало злорадный хохот.
— Всем известно, бессмертный дракон её терпеть не может. За сто лет брака она ни разу не покинула собственный двор. Владыка женился на ней только ради девы-небожительницы. Целое столетие он разыскивал за гранью мира реликвию, чтобы разбудить мудрейшую, и совсем скоро она очнётся, а эта принцесса из мутной реки отправится восвояси.
Гоу Ю, ставший в зачарованной жизни обычным нефритовым браслетом, почувствовал досаду. Так значит, монстр со дна реки Мо десять тысяч лет назад был владыкой царства бессмертных, самым могущественным предводителем небожителей в борьбе с демонами. Тогда речной дракон был в одном шаге от превращения в дракона небесного и даже возглавил обитель бессмертных — Шан Цин. Звали его Мин Е. Сто лет назад он стал жертвой заговора, но бессмертная дева, которой он благоволил, спасла его от гибели. Оба они упали в реку Мохэ, что несёт свои воды в мире людей. Там их нашла и спасла маленькая принцесса Сан Цзю.** из племени ракушек-жемчужниц. Мин Е очнулся довольно скоро, но жизнь мудрейшей все это время висела на волоске. Клан жемчужниц выдвинул условие: если Мин Е женится на принцессе, они помогут сохранят жизнь деве-небожительнице.
И дракон согласился.
Так принцесса-жемчужница Сан Цзю стала его женой, но за сотню лет Мин Е не подарил ей и взгляда.
Не только владыка, но и все бессмертные небесного царства ненавидели и презирали Сан Цзю, полагая, что ненасытный народ Мохэ принудил их повелителя к неравному браку.
В клане жемчужниц тоже могли быть бессмертные, но их уровень духовного совершенствования не мог сравниться с обитателями Шан Цин. К тому же, они были слишком медлительными в своем развитии. Вот почему Сан Цзю, будучи светлым существом, удостоилась среди небожителей прозвища демон-жемчужница.
Сотню лет своего замужества принцесса реки Мохэ хранила чрезвычайную скромность. Пока её суженый Дао был занят поисками волшебного сокровища для пробуждения бессмертной девы, она не покидала свой бамбуковый домик и терпела унижения от других.
Вот и сегодня, промывая в ручье шёлковую русалочью пряжу***, она вынуждена была слушать насмешки. Рядом расположилась стайка юных бессмертных дев, которые охотно обсуждали принцессу-жемчужницу. Невинная Сан Цзю в их глазах была грязнее речного ила со дна реки. Они намеренно говорили громко, чтобы её унизить, и Гоу Ю разволновался. Он никак не ожидал, что в зачарованной жизни Су Су была уготована роль демона-жемчужницы. Это, конечно, лучше, чем карп или камень, но и не слишком удачно.
Положение Сан Цзю не имело особых выгод. Хотя формально она занимала высокое положение супруги правителя Шан Цин, на деле над девушкой, находящейся на низшей ступени совершенства, все насмехались и издевались. Она всем сердцем любила владыку Мин Е, но он настолько же сильно её ненавидел. И хуже всего то, что боготворимая им дева-небожительница вот-вот должна очнуться.
Если бы Су Су хоть немного повезло, она стала бы в мире речного дракона бессмертной девой с уровнем духовного развития немногим ниже её собственного. Но случилось иначе, и хранитель Гоу Ю не мог не грустить о невзгодах и испытаниях, которые его подопечная должна будет вынести в теле принцессы-жемчужницы. В зачарованной жизни Су Су не помнила себя, да и сам Гоу Ю — стал обычной безмолвной побрякушкой на запястье нелюбимой жены речного дракона.
  
Сан Цзю, которая шла с полной воды деревянной кадушкой, приостановилась и обернулась на смеющихся дев, которые от неожиданности замолчали.
— Что ж, вы сами назвали меня владычицей. И пусть Мин Е не любит меня, я всё равно принадлежу ему, а значит, ваша госпожа.
Сказав это, она выплеснула на них воду, накрыв болтливых дев мокрой паутиной русалочьей пряжи. Взбешенные сплетницы злобно кричали, разрывая нитяные путы: