Аз Есмь Мудищев (СИ)

Держа умеренно быстрый темп бега, чтобы преследователи не отстали, я распаковал камеру и теперь внимательно изучал инструкцию прямо на ходу. Так, вроде всё просто. Надеть толстый ошейник управления и запустить небольшого дрона. Потом подключить ошейник к телефону и начать трансляцию…
Но тут мне пришлось отвлечься от обучения на странного деда с костылями, который быстро ковылял мне наперерез. Он остановился, широко развёл руки и преградить мне путь. Его взгляд цепко держал меня и как только я слегка менял курс, он по крабьи смещался в том же направлении.
Пришлось остановиться прямо перед ним.
— Отец, ты чего, жить надоело⁈ — спросил я, с подозрением прищуриваясь.
— Нет, но моим внукам нужна квартира! — с вызовом произнёс он, хватая меня за футболку.
А-а-а, так вот почему было столько радостных комментариев под предупреждением о войне! Логично, чё уж. Значит и зрителей будет много!
Раз уж всё равно остановился, то закончу подключение, настройки и подготовлюсь к трансляцию. Всё равно бойцы теперь приближались осторожно, боясь атаковать издали и тем самым зацепить ушлого деда.
Готово! Теперь аккуратно выскользнуть из футболки, оставив её деду на память, и бежать к поместью Лукиных, пока сюда со всего района не сползлись старики, готовые ради своих потомков размазаться по асфальту тонким слоем. Чуть позже я дам им такой шанс — у меня уже появилась интересная мысль по поводу скупки душ за рубли, но это потребует надёжного источника стабильного дохода.
Камера бодро жужжала за моим плечом лопастями скрытых пропеллеров, не отставала и передавала отличную картинку. Если верить инструкции, то у неё имелось несколько запрограммированных алгоритмов кинематографических пролётов над местностью, управление жестами и автоматическое позиционирование по солнцу, чтобы не засвечивать кадры. Ориентировалась она с помощью ошейника, а так же имела минимальный набор сенсоров, чтобы огибать препятствия.
Что ж, пора начинать трансляцию!
Я взобрался на высокую красную машину, задал алгоритмы летающей камере и картинно развёл руки в стороны. Несколько секунд дожидался ветра нужной силы, чтобы тот красиво трепал мои чёрные волосы и, включив запись, громогласно и пафосно изрёк на весь район:
— Аз есмь Мудищев! Да свершится правосудие именем моим над нечестивцами, что отринули честь и благодетель! — и такой перст осуждающий вытянул в сторону наёмников.
Дрон сделал красивый облёт вокруг моего полуголого, поджарого тела с умеренным рельефом мышц, запечатлев эпичность момента и позы. Правда всё портили выпученные глаза на ошарашенных лицах мужиков, да дед, чья вставная челюсть упала на асфальт с громким стуком, когда он удивлённо разинул рот.
Ну, ничего не поделать, ведь не все обладают таким же выдающимся актёрским талантом как я! Поэтому невозмутимо продолжил:
— Пришло время отделить козлищ от агнцев и…
— Да деритесь вы уже! — перебила меня громким криком пухленькая женщина, активно лузгающая семечки на балконе пятого этажа.
— Стойте, нет! — сразу раздался ещё один женский выкрик из окна соседнего дома. — Дайте котлеты дожарить!
— Да, ёп, — громко поддержал беседу пьяный мужик со второго этажа, курящий на балконе, — давайте, ёп, минут через пять начнёте, а? Я пока за пивком сбегаю! Бля буду, я быстро.
Я с интересом огляделся по сторонам. Местные жители высыпали на балконы и пялились на нас в окна. Рядом со многими виднелись напитки и закуски. Хлеба и зрелищ народу в чистом виде, так сказать. Одобряю!
Всё это конечно забавно, но главный герой тут я, поэтому пришлось громко рявкнуть на всю улицу разом:
— А ну все заткнулись, нахер! Доставайте сапоги — сейчас тут прольются реки крови! — и жутенько так улыбнулся для пущего эффекта, а потом и вовсе расхохотался демоническим смехом.
Хитрый дед вдруг передумал умирать и быстро поковылял прочь, забыв на земле выпавшую челюсть и оставляя за собой мокрую дорожку.
Побледневшие наёмники кое-как сосредоточились, и, похоже, сжали не только зубы, но и ягодицы. Их трясущиеся руки направили пляшущее оружие в мою сторону, с трудом держа меня на прицеле. Но они всё-таки сумели раскрыть сведенные судорогой страха рты, чтобы призвать контрактных тварей.
 
— Да начнётся пир духа! — эпично взревел я и бросился в атаку.
— Пирдуха! — заржал откуда-то справа пьяный голос, ломая всю эпичность момента.
Глупые людишки предвкушали веселье и ещё не понимали, какое именно зрелище их ждёт!
  
Глава 13
 
Я сливаю всю оставшуюся отвратительную энергию на один единственный рывок, уже предвкушая сладкий вкус чистейшей силы Мироздания, из которой и состоят человеческие души.
Никто из присутствующих не в состоянии уследить взглядом за моими движениями — был только громкий хлопок, когда мое тело преодолело звуковой барьер. Миг спустя, я уже стою перед одним из наёмников, как бомж, поскольку одёжда конкретно стёрлась о воздух. У ботинок отпала подошва, а от шорт остались одни развевающиеся на ветру карманы, но телефон и ошейник в порядке, за что спасибо производителю.
В одно касание избавляю мясную оболочку от духовного наполнения, и в этот раз предусмотрительно съедаю душу сразу на пути в небытие, ловко отделив её от мерзкого клопа.
А теперь нужно эффектно «убить» на камеру уже мёртвое тело. Хватаю труп поперёк, поднимаю над головой и со всей силы дёргаю в разные стороны. С громким треском оно разделяется на две половины, заливая меня кровью с ног до головы и осыпая требухой. Что ж, налипшие на мою раскалённую кожу внутренности наёмника вполне годная одёжка для подобного шоу. Вокруг воцаряется звенящая тишина и кого-то из зрителей рвёт с балкона.
— Теперь настал ваш черёд, жалкие черви! — пафосно провозглашаю я, медленно поворачиваясь к оставшейся четвёрке позеленевших мужиков и небрежно убирая со лба свисающий кусок печени, который загораживает обзор.
— Сдохни! — отчаянно кричит один из них и пытается достать меня способностью духа.
Ключевое здесь — пытается. Ведь в отличии от местных, я прекрасно вижу эту дрянь и могу с лёгкостью уклониться.
Тугая струя какой-то дряни устремляется ко мне изнутри «пакета» через мясистый нарост. Смещаюсь чуть в сторону, а за моей спиной синенький автомобиль тут же превращается в дымящийся, ржавый кусок металлолома, под тихий, но радостный возглас его владельца.
Я перекатом ныряю в ноги смельчаку и выдёргиваю штурмовую винтовку из его рук, попутно ломая пальцы. Без особых изысков вгоняю её на ладонь в защищённую бронежилетом грудь и нажимаю на спуск. Длинная очередь превращает его позвоночник и мышцы спины в кашу, которая тут же вытекает из-под бронежилета сзади.
Поглощаю душу по уже отработанной технологии и готов продолжать.
На меня бросается другой наёмник, уверенный в собственной выносливости и защите, которую даёт мерзкий, гнилой куб. Мужик прыгает на меня и обхватывает руками, чтобы сковать, обездвижить и дать товарищам шанс на смертельную атаку.
Но, всё идёт не так, как он хотел.
Использовав толику энергии, я резко бью снизу в его подмышки рёбрами прямых ладоней и с лёгкостью отделяю руки от тела. Он умирает мгновенно, когда его душа идёт мне на корм в момент касания, но шоу должно продолжаться! Я провожу красивую серию ударов по голове его же конечностями, тем самым, наконец-то, забрызгивая округу более-менее приемлемым количеством крови и мозгов.
— Все сюда, скорее! — отчаянно орёт в рацию один из оставшейся двойки, при этом разворачиваясь и пускаясь наутёк.
До мерзких духов тоже доходит, что их явно втянули в заведомо проигрышную авантюру, и они быстро возвращаются на свой план бытия, оставляя человеков самостоятельно разгребать это опасное дерьмо.
Второй товарищ, видимо вспомнив такое слово как «тактика», швыряет мне под ноги оборонительную гранату и тоже собирается бежать, но ему не везёт. Едва он делает один шаг от меня, как тут же запинается и падает на четвереньки.