Огненный холостяк, или Как заставить дракона жениться (СИ)

— Госпожа, — проскулила служанка, словно загнанный зверек.
Лира вцепилась в ее локоть, сжав кость с такой силой, что Санита вздрогнула и попыталась вырваться. Но травница, злая, как стая разъяренных драконидов, не собиралась отступать. Ее глаза метали молнии.
— Говори, стерва, где мое ожерелье? Иначе доложу Ее Величеству, и тогда тебе не сдобровать.
— Я не брала его, — взвизгнула Санита, испуганно оглядываясь по сторонам, словно ожидая удара в спину.
  
— А кто брал? Кто посмел?
Они приближались к мрачным воротам темницы, зияющим, как пасть чудовища. Стражники охраняли вход, но, завидев процессию во главе с королевой, согнулись в низком поклоне.
— Ее Величество желает навестить свою мантикору, — важно объявил Коэр.
— Да-да, — пролепетали караульные, мгновенно распахивая ворота.
И тут новый приступ воя, словно раскаленная игла, пронзил воздух над двором темницы. Он ввинчивался в сознание, парализуя волю, лишая способности мыслить. Свита зажала уши ладонями, пытаясь укрыться от нестерпимого звука. Гаринда, как встревоженная наседка, забегала вокруг королевы, предлагая ей какие-то заглушки для ушей, словно это могло помочь.
Из ворот, задыхаясь, выбежал командир караульных.
— Ваше Королевское Величество, — засуетился. — Нельзя! Там опасно. Мантикора вот-вот вырвется из клетки!
Обеспокоенный взгляд метался от одного важного лица к другому, и вдруг упал на Лиру. Его лицо исказилось, подбородок напрягся, а губы сжались в тонкую, дрожащую линию. Сегодня она была одета не в наряд придворной дамы, а в золотое платье невесты, сияющее, как солнце, поэтому Лира понимала причину его нервозности. И тут он совершил нечто неожиданное: одним стремительным движением выхватил меч из ножен и выставил его перед собой, преграждая путь.
— Ты спятил! — рявкнула старшая фрейлина и затрясла седой головой. — Как смеешь, смерд, обнажать оружие перед Ее Величеством?
— Будет тебе, Гаринда, — отмахнулась королева. — О небеса, как страдает моя девочка! Сердце мое разрывается!
Мантикора, словно и правда расслышав голос хозяйки, издала новый, еще более душераздирающий вопль, полный тоски и боли.
— Позвольте нам пройти! — решительно заявила Лира, в ее голосе звучала сталь.
— Нам? Кому? — нахмурился командир, окинув ее недоверчивым взглядом.
Лира кивнула на Саниту и крепче сжала ее локоть. Она видела, что служанка находится в полуобморочном состоянии, трясется, как осиновый лист, но это не остановило ее. Охранники, получив молчаливый приказ командира, расступились, пропуская их. Травница первой шагнула во двор темницы и потащила девчонку за собой. Служанка уперлась каблуками в землю, сопротивляясь и тормозя.
— Иди, зараза! Иначе… — прошипела Лира, и злобный взгляд, которым она окинула Саниту, заставил служанку всхлипнуть и покорно пойти следом.
Лира распахнула дверь темницы и шагнула в мрачный сырой коридор.
  
Глава 35
 
И, хотя в первый раз Лира оказалась в подземелье ночью, она шла уверенно. Ноги сами вели ее на стон животного, который становился все ближе, но тише, словно чудовище теряло силы.
За спиной слышался торопливый топот множества ног, но Лира не оборачивалась. Сейчас её мысли были сосредоточены на двух вещах: надо было разговорить Саниту и успокоить мантикору.
Исход этих двух задач определял её ближайшее будущее. Она надеялась завоевать расположение королевы и вернуться домой, обретя друзей (пусть это и прозвучит слишком громко), а не нажив врагов.
О приближении к логову мантикоры свидетельствовал и отвратительный запах, который становился всё более невыносимым. Санита задыхалась. Она жадно ловила ртом зловонный воздух, закашливалась и всем своим видом демонстрировала, как ей плохо.
Лира крепко держала её за руку, понимая, что девчонка не притворяется, но лишь упрямо поджимала губы. Если Санита не признается, кто заставил её опоить невесту, запереть её в клетке с мантикорой и украсть ожерелье, все усилия обратятся в прах.
Из коридора они попали в небольшой квадратный каменный зал, из которого лучами расходились в разные стороны проходы. Зал был хорошо освещен нещадно чадившими факелами, а коридоры утопали в темноте. В каком из них мантикора, Лира не знала.
На миг она растерялась, тем более, что королева со свитой отстали. Видимо, Коэр не позволил им идти дальше, и сейчас они с Санитой находились в мрачном зале совершенно одни.
Лира кинулась к одному проходу, прислушалась, бросилась к другому. И всюду тащила за собой Саниту.
— Пожалуйста, умоляю! — простонала Санита, не выдержав этих метаний. — Я отдам ожерелье. Только не ведите меня туда!
Лира остановилась и повернулась к ней. Они стояли уже совсем близко от чудовища. До их слуха доносилось его тяжёлое дыхание, казалось, сами стены пропитались мускусным запахом животного страха. Травница силой своего лекарского дара поняла, что мантикора не просто страдала, она боялась. Но чего?
— Значит, это ты украла ожерелье?
— Нет. Мне его отдали в награду за услугу.
— Какую?
— Ну, надо было…
Лира занервничала и напряжённо прислушалась. Отчего-то в груди вырос тревожный ком, который перекрывал дыхание, мешал мыслить здраво. Она почувствовала присутствие чужой магии, но что это было, никак не могла сообразить, мысли путались.
— Говори, живо! — прошипела она, желая избавиться хотя бы от одной головной боли.
Она вглядывалась в тёмную даль, откуда доносился странный звук, словно кто-то грохотал и гремел цепями, хотя Лира знала, что мантикора не прикована к стене.
— Меня попросила расправиться с вами леди Аврора. Но… — Санита вдруг испуганно съёжилась, и в её глазах заплескалась паника. — Я не убила вас.
— Т-а-а-к, — протянула Лира. — То, что это заказ Авроры, я не удивлена. А вот то, что ты не выполнила его, это уже интересно! Рассказывай всё, если хочешь жить!
— Я… я… не успела, — пролепетала Санита. — Пробил час Крысы, вот-вот в купальню должны были прийти уборщики, я уже слышала их шаги и разговор. Я спрятала вас в корзину с грязным бельём. Её унесли на кухню, к очагу для вываривания. А там стояла бадья с едой для мантикоры. Ну, я и перетащила вас туда. Едва успела спрятаться, как явились тюремщики и забрали бадью. Я думала, что вы уже… того… А потом вы появились на ужине у королевы…
Теперь всё стало ясно. Не сумев подставить Лиру на балу, Аврора нашла более радикальный способ избавиться от опасной соперницы. Золотых невест в отборе почти не осталось. Пышка Сияна не смогла бы встать у Авроры на пути.
Грохот цепей становился все громче, и последние слова Санита почти кричала. Лира уже хотела бросить ее и бежать спасать мантикору, как еще одна мысль пронзила голову.
— Ты же присматриваешь за ребенком принца? — резко спросила она.
— Д-да.
— Почему? Это не входит в твои обязанности.
— Ну…
Служанка замялась, закашлялась, согнулась пополам, словно ее выворачивало наизнанку. Лира и сама почувствовала себя плохо. Что-то влияло на них, что-то мощное и ядовитое.
— Мне поручила это леди Аврора, — прошептала служанка, едва шевеля губами.
— Как? Почему? Кто ты вообще, драконий хвост тебе в глаз?! — закричала Лира и так встряхнула служанку за плечи, что та лязгнула зубами.
— Я потомок драконидов, — прохрипела Санита. — Мой род идет из древности.
— Дракониды?
Мысли заскакали, как мыши: Лира пыталась вспомнить, где она слышала о драконидах. И тут словно яркая вспышка на миг ослепила ее. Точно! Возлюбленная принца была принцессой королевства драконидов. Так, может, Санита знала ее?
  
Только она хотела расспросить служанку об этом, а заодно выяснить, почему малыш превращается в монстра, как воздух взорвался звоном и грохотом. Стены задрожали, на головы девушек посыпались осколки камней. Один из узких проходов заполнила какая-то безобразная масса, которая начала выдавливаться в зал.
Девушки закричали от ужаса, бросились бежать, но Лира вспомнила, что за спиной королева и ее многочисленная свита, и остановилась. Она оттолкнула Саниту в сторону и выставила перед собой ладони. Удары сердца отзывались в ушах, но в душе горел решительный огонь. Она не собиралась сдаваться без боя.