Дикая магия. Кукла для профессора

– Ни черта себе! – прохрипела я, разглядывая дьявольскую версию «собаки Баскервиллей». – У тебя глаза светятся.
– У тебя извилин, «мисс Эншантель», как у золотой рыбки, – деловито фыркнула Присцилла и принялась стаскивать с меня одеяло. – Это заклятье ночного видения. Пошли…
– Куда?
– Туда… Я одна боюсь.
Мгновенно стряхнув с себя остатки едва подступившего сна, я вскочила с постели и замоталась в кофту. Босиком – поди найди под кроватью форменные туфли – я пошлепала вслед за мисс Пруэтт, с завистью поглядывая на крепко спящих соседок. В отличие от меня, их не ждет очередное приключение, непременно опасное, нервное и ведущее к новым неприятностям.
  
– Ты ее сюда притащила? – тихонько вскрикнула я, разглядывая икринку, как ни в чем не бывало катавшуюся по коридору под нашей дверью.
Присс зашикала на меня и побежала ловить беглянку. Ухватив «арбуз» обеими руками и прижав к себе, мисс Пруэтт шикнула и на него. На всякий случай. И вот, что удивительно, – житель икринки мгновенно присмирел, довольно устроившись в ее объятиях. Я недобро прищурилась… Ох уж эта любительница волшебных монстров. И все-то они к ней льнут!
– Пора, – выдохнула дьяволица, с трудом волоча ко мне любвеобильную ношу. – Видишь, какие глубокие.
Да, трещины на икринке пошли серьезные… Не успела я в Эстер-Хаз.
– Наверх! – решение пришло мигом. – Я знаю одно место с роскошным бассейном.
Внимательно взглянув на меня, Присцилла выдохнула и согласно кивнула. На секунду в посверкивающих зеленых глазах мелькнуло доверие. С ума сойти! Это она еще не в курсе моих размышлений о гуманности и негуманности…
По очереди неся ценный груз, мы преодолели еще один лестничный пролет, бестелесными призраками прошуршали по коридору четвертого этажа и ввалились в преподавательскую ванную. Если Карпов не спал и услышал шаги, нам конец.
Но удобнее места для «вылупления» икринки не найти, так что рискнуть стоило. И бог с ним, что, на цыпочках минуя демоническое логово, Присцилла глянула на меня, как на сумасшедшую и всякий страх потерявшую. Уверена, в этот момент она меня даже законной «рыбной» извилины мысленно лишила.
– Гляди! – довольно зашептала я, включая ножкой напольную лампу.
Золотые блики улеглись на белый мраморный пол, и купальня Авроры Мудрой тут же окрасилась в желтые тона. Круглый бассейн, отделанный драгоценной мозаикой, привычно возвышался на постаменте. Увидев его, Присс растянула губы в довольной улыбке и, кажется, вернула мою извилину на законное место. То-то же.
– Набирай теплую, – выдохнула «зазнайка», прижимая к себе трепыхающегося подопечного. – Он волнуется… Значит, совсем скоро.
Я крутанула несколько вентилей, и в бассейн из стенок ударили мощные струи воды. Наполнив гигантский аквариум до краев, я помогла Присс опустить икринку внутрь.
– И что теперь? – нервно спросила девушка, как будто я была заслуженным специалистом по принятию родов у водоплавающих. – Сколько ждать?
– А я почем знаю? Можешь пока ванну принять. С пенкой, – я беззлобно ухмыльнулась и кивнула на ниши в стене, забитые душистыми растворами.
Присс оценивающе уставилась на медную купель с древними гидромассажными трубками, а я примерно тем же взглядом окинула саму «зазнайку». Выдающиеся округлые бедра, тоненькая талия, высокая пышная грудь, смолисто-черные волосы до пояса… Нет уж, ванну пускай принимает без меня. Не хватало еще помереть от зависти, когда у нас вот-вот неведомый зверь родится.
Он, кстати, развел в бассейне суету. Икринка бултыхалась, бороздя водные просторы от одного бортика до другого. На поверхности вздымались и лопались пузыри.
Вдруг что-то хрустнуло, раздался приглушенный хлопок… И бордовый с голубыми прожилками «арбуз» стал совершенно плоским. Нечто выбралось наружу, резко ушло вниз и черной тенью замерло на дне.
– Эй! А дышать? – взволнованно закричала Присс, и мне пришлось плотно зажать ее рот ладонью.
Демоны не дремлют! А если и дремлют, то некрепко.
Нас обеих нещадно трясло, дрожь электрическим током ходила от одного тела к другому, и от этого только усиливалась. Наконец, Присцилла первой размеренно выдохнула, перехватила мою ладонь, убрала от рта и крепко сжала. Да, так лучше. Я тоже начала дышать, и мы обе, не отпуская рук, перегнулись через бортик.
Существо недоверчиво поглядывало на нас из толщи воды. Глаза казались голубыми и странно блестящими, как у ламбикуров. Только молнии в радужке были серебристыми и очень интенсивными.
– Он же не умеет поджаривать взглядом? – прохрипела я.
– Скажешь тоже… – неуверенно ответила Присс и опустила свободную ладонь в воду. – Иди сюда, малыш. Мы не обидим.
– И ты нас, пожалуйста, не обижай, – на всякий случай добавила я.
В глубине почудилось шевеление. Подопечный сделал круг вдоль бортика, что-то неразборчиво пробулькал и медленно поплыл к поверхности. Вот показалась светло-серая круглая голова, покрытая на макушке золотистой шерсткой… Глазки-молнии, крошечный вздернутый носик, чем-то напоминающий человеческий… Рот, странно открывающийся, но не издающий ни звука…
– Ты видишь то же, что и я, «мисс Эншантель»? – чужим голосом просипела Присцилла. – Я что, украла ребенка?
В ответ я лишь судорожно сглотнула и обреченно покачала головой. Если и можно было вляпаться по-крупному, с эпическим размахом, то мы только что это сделали.
***
Малыш сидел под водой уже двадцать минут, мы с Присциллой засекли. Увидев две озабоченные – а точнее, перекошенные от ужаса – физиономии, наш подопечный психанул и снова залег на дно. И теперь, как дьяволица ни старалась умаслить детеныша, в ответ только взволнованно булькал.
– Мы его напугали, – жалобно простонала Присс и снова пошлепала ладошкой по воде.
– Мы – его? – переспросила я, потому что эффект мне казался совершенно обратным. – Он, кто бы это ни был, сидит в воде почти полчаса. И не дышит! Он… Если ты заметила… Без хвоста! С ногами! Руками! И… И…
– Да, «мисс Эншантель», я уже без тебя поняла, что это не русалка, – обескураженно прошептала Присс. – Но и не человек. Видела у него на ребрах эти штуки?
– Вроде боковых плавников?
– Да! И он в них будто заворачивается…
– Мерзнет?
– Вода теплая… Может, ему так плавать удобнее? Форма обтекаемая… Ну и прикрыться, заодно…
– Точно, мисс Пруэтт! Он тебя смутился, сразу, как увидел! – издевательски фыркнула я, красноречивым взглядом окинув аппетитную фигурку Присциллы.
В том, что имеем дело с существом мужского пола, мы обе не сомневались. Успели разглядеть, пока Нечто не занырнуло и не замоталось в полупрозрачные гибкие плавники, серым шелком тянувшиеся с боков крошечного, совершенно человеческого тельца.
– Ладно, у меня есть идея. Но она дурацкая, – сразу предупредила я и пошла за махровым полотенцем. – Сейчас ты будешь показывать ему волшебные огоньки. Все дети любят фокусы.
– Выманить магией? А что потом? – скептически протянула Присс, но жезл все-таки из кармана вытащила.
– Вот потом и начнется дурацкая часть. Но давай по порядку.
Присцилла принялась жонглировать над бассейном разноцветными магическими сгустками. Я даже засмотрелась, насколько ловко у нее это получалось.
Пиротехническое шоу нашего подопечного заинтересовало, и минут через десять над поверхностью снова возвышался золотистый хохолок взъерошенных волос. Кажется, даже вода не справлялась с их непокорностью.
Пока расширившиеся от удивления глазки изучали огоньки, я подкралась с другого края и дикой медведицей, вылавливающей в реке лосося, ухватила нашего кроху. Чудо принялось биться и выскальзывать из рук, но оно не знало, с кем связалось. Моего упрямства хватило на то, чтобы прижать вредного монстрика к себе и мумией замотать в полотенце.
  
Ребенок – иначе воспринимать его не получалось, несмотря на плавники, – неестественно широко раскрыл рот. И я приготовилась к истошному воплю. Сейчас Оно заорет, прибежит Демон и нашей «ля комедии» придет полная «финита».